Доктор Пётр⁠⁠

Дверь районной поликлиники, жалобно звякнув сразу всеми стеклами распахнулась, впуская в провонявший антисептиками и хлоркой вестибюль, молодого парня в замызганной дермантиновой куртке. Не обращая внимания на толчею возле регистратуры, он нетвердой походкой, будто с жесткого бодуна, оттерев плечом давно прописавшихся тут бабулек, доковылял до окошечка.

- Куды ж ты прешь, ирод окаянный! Мать твою веслом через плечо во все дыры. Зенки зальють с утра и шастают, шастают лишь бы не работать! - Заголосила бабка в малиновой беретке поверх крашенных в рыжий цвет волос.

- Да мне только спросить... - с трудом вымолвил Вовчик и показал куда-то за спину.

- Всем вам тока спросить, а потом шнырк и уже в кабинете, вырастили на свою голову ахламонов! - вступила в бой, сухонькая старушенция в вязаной пухлявой кофточке, с интересом разглядывая полированную ручку ножа, торчащего из Вовкиной спины, - тут люди с утра очередь держуть, смотрите нарисовался, спросить ему!

Вовка махнул на них рукой и болезненно сморщившись нагнулся к окошечку.

- Ал! Живые есть?

- Мущщина, вы не видите у нас планерка! - возмутилась девушка в белом халате, дожевывая печеньку. - Ожидайте!

Вторая регистраторша ничего не сказала, она разливала кипяток по чашкам из пожелтевшего, пластикового чайника с гордой надписью " Tafel" на боку, но посмотрела очень грозно и Вовка, испуганно отпрянул от зловещего окошка. Он попытался присесть на ободранную клеенчатую кушетку, но ног уже почти не чувствовал, а потому просто грузно завалился на бок, заняв половину неудобной, жесткой скамьи.

- Ты посмотри хамло какое! Пожилые люди стоят, а он барон, етить его мать - развалился! - сорвалась на визг крашенная бабулька.

- Да не говори, Петровна! Что ж тебя отец в унитаз не сплюнул, рожа твоя бесстыжая, - поддержала пухлявая кофта, - никакого уважения! Ч ты глазы то вылупил, ч вылупил?

- Да наркоман, поди!

- Что ж за молодежь пошла...

Вовка уже не слушал возмущенные вопли, он угасающим взглядом изучал плакат нарисованный фломастерами и приклеенный скотчем к облезлой стене. "Это надо знать о СПИДе!" - гласили кривые, разноцветные буковки. Огромный зловещий шприц, который несла на спине странная козявка в мини юбке и ажурных чулках, как бы намекал - бойся, мол Вовка беспорядочных связей с гигантскими шприцами и козявками трансвеститами. Он прикрыл глаза.

- Мущщина! Мущщина с перегаром! - противный, как лязг ножа по пенопласту, голос вырвал его из накатывающего оцепенения. - Доктор по адресам у тяжелых, будет только в одиннадцать.

- А я мля, легкий, - с трудом разлепляя ссохшиеся губы прошелестел Вовка.

- А я вас не взвешивала, - огрызнулась регистраторша и захлопнула окошко.

Длинный коридор поликлиники с облезлыми ДВП-шными дверями оканчивался зарешеченным окном. "Что тут воровать, плинтуса что-ли?" - подумал парень и решил сам поискать помощь. Шаркая, вдруг ставшими такими тяжелыми ногами по вздувшемуся, местами вытертому линолеуму, он поковылял вглубь учреждения, читая стеклянные таблички на кабинетах.

Старшая сестра - заперто.
ЛОР - этот уши ремонтирует.
Бухгалтерия - вообще мимо кассы.
Электрощитовая - мало ему клинка в спине.
Эндокринолог - что-то совсем мистическое.
Зам. по АХЧ - прапор что ли?
Кабинет физиопроцедур - дверь приоткрыта.

- Здрасте! - Просунул лохматую башку Вовка.

- А-а-а! - Завизжала голая по пояс толстуха, безуспешно пытаясь прикрыть маленькими ладошками, героические сисяндры.

- Вам, что горит? - с укором спросила строгая, процедурная сестра, - видите, женщина электрофарез принимает!

- У меня нож в спине торчит, - парень повернулся, показывая свою беду.

- Фу, мерзость какая! - Воскликнула толстуха и закрыла ладошками глаза. Освободившиеся, вдруг, тяжелые груди радостно запрыгали, как бы, здороваясь с Вовкой.

- Так это не ко мне, это к хирургу милок. - Тетка поправила очки и внимательно присмотрелась, - только он сегодня не принимает, на завтра талончик возьми.

- В рот мне... - начал, было парень, но тетка ловко захлопнула дверь, прямо перед его носом, не дослушав изысканную речевую конструкцию.

ХОЗ. инвентарь - прочел следующую табличку Вовка и грустно понурившись, поплелся дальше.
Апостол Петр - это что за доктор такой?
Вовка толкнул дверь и ослепительный, золотистый свет, вдруг заполнил мрачный коридор поликлиники.

- Здрасте! Можно к вам?

- Конечно! Проходи, раз пришел...


© РусланТридцатьЧетыре