Дик Рафси и его судьба⁠⁠

Сегодня расскажу о Дике Рафси (туземное имя Губалаталдина) – коренном жителе залива Карпентария (Австралия), талантливом художнике и писателе. Судьба у него сложилась интересная, и он описал ее в автобиографической книге «Луна и радуга».

Родился он в ничем не примечательной бедной семье аборигенов. Незадолго до его рождения в заливе Карпентария был убит первый миссионер – священник Холл. На его место прибыл новый священнослужитель Вильсон, который рьяно взялся за создание школы для местных детей.

Жизнь Дика в тот период была тяжелой. Каждое утро его будили ушатом холодной воды и целый день заставляли зубрить тексты из библии, мыть полы, стирать и выполнять работу по саду и заготовке дров.

После эпидемии трахомы у Дика ослабло зрение, и до конца жизни видел он не слишком хорошо. «Обычно старики все болезни лечили теплом. Однажды вечером мой, в то время уже старый дядя сидел, склонившись над пылающим костром, оттянув нижние веки, чтобы как-то согреть глаза. Один из моих товарищей, который тоже сильно страдал от трахомы, примостился по другую сторону костра. Когда он поднял голову, то увидел глаза старика и решил, что перед ним злой дух. Мой друг завопил и кинулся на несчастного старика с головешкой. Потасовка продолжалась до тех пор, пока, наконец, не выяснилось, в чем дело».

После окончания миссионерской школы он должен был пройти обряд инициации, но Вильсон не позволил туземцам продолжать этот обычай, что чрезвычайно расстроило старожилов – старый уклад жизни постепенно уходил в прошлое.

Дик взрослел, занимался охотой на дюгоней и сбором моллюсков. Затем женился на своей соплеменнице.

После Второй мировой войны крохотное суденышко, на котором были Дик и другие охотники на дюгоней отнесло в открытый океан, и они едва избежали гибели. Спасшись от смерти в океане, охотники едва не погибли от рук враждебного племени, которое собиралось уничтожить их стоянку, а также миссионера. Но все обошлось благополучно, и им удалось уйти водным путем.

Тем временем белые завезли в залив Карпентария стада коров и пытались наладить работу ферм. Местные жители долгое время никак не могли понять, почему нельзя убивать рогатый скот. «Не было в стаде почти ни одной коровы, в которую не летели бы копья. Скот стал очень пугливым, собрать его было просто невозможно – коровы разбегались, едва почуяв запах человека».

Чтобы избежать этого, чиновник по делам аборигенов ввел наказание за убийство домашнего скота – пойманных на место преступления стали отсылать на остров Палм сроком до одного года.

Местных жителей такая мера не испугала. В тюрьме провинившихся кормили, а когда они попадали на свободу, получали работу на близлежащих ранчо.

Дик и его товарищи решили специально убить быка, чтобы попасть в тюрьму. Так они и сделали, только вот в тюрьму их так и не посадили – в то время белая администрация была все еще озабочена последствиями войны.

Дик стал подрабатывать пастухом, потом участвовал в поисках упавших на мелководье американских самолетов.

После этого он некоторое время занимался угоном скота. Лучших коров перегонщики забивали на обед. Подстреливал их всегда один и тот же приятель Дика. «Выбрав и подстрелив упитанное животное, он соскакивал с седла и тут же срезал с туши тавро и уши. Затем хватал палку и запихивал эти знаки собственности глубоко в кишечник коровы. Ни одному белому человеку не пришло бы в голову рыться там. Так было гораздо надежнее, чем закапывать срезанные куски или прятать их в дупле. Затем Билли надрезал шкуру по хребту и сдирал ее с одной стороны. Мы отрезали эту часть туши, накрывали остатки шкурой, переворачивали тушу нетронутым боком вверх и уходили. Затем к делу приступали вороны, динго и дикие свиньи, и через два-три дня все выглядело так, как если бы животное умерло естественной смертью».

Завязав с этой преступной деятельностью, Дик некоторое время поработал на одном ранчо, а затем устроился палубным матросом на небольшое судно, снабжавшее провиантом все поселки и миссии вдоль залива. Матросы часто забавлялись с островитянками, многие из которых подхватили на японских судах всякую заразу. Однажды молодой кок переспал с одной такой девицей и подцепил нехорошую болезнь. Старпом отказался принимать завтраки от такого кока и отправил его в местную больницу. «Через несколько недель мы снова оказались на острове Четверга. Как-то вечером мы с коком возвращались на «Кору», навстречу нам попалась та самая бабенка с острова Хорн. Она позвала кока:

- Пойдешь со мной? У меня кое-что есть для тебя.

Кок выругался и спросил:

- Ну, что еще теперь – проказа?

Они поскандалили, и дело кончилось тем, что кок погнался за ней по дороге, размахивая бутылкой».

Много раз бывало и такое, что к судну на лодках подъезжали старики и пытались продать молодых дочерей. Один из матросов-полукровок стащил у Дика его вещи, чтобы расплатиться с таким сутенером.

Со временем «Кору» сняли с рейса и Дик снова потерял работу. Долгое время он изготавливал бумеранги для сувенирных лавочек, потом устроился дворником в устье реки Норман. В свободное время он продолжал свои поделки.

«Как-то раз нам довелось принять участие в съемках телефильма об охоте на крокодилов. Мы исполняли там песни и танцы нашего племени. Самый неприятный момент при съемке был тот, когда нам пришлось ворочать и таскать дохлого крокодила, так чтобы он казался живым. Он уже четыре дня как издох, и вонь стояла ужасная!»

Волей судьбы Дик познакомился с одним командиром самолета и показал ему несколько рисунков. Тот заинтересовался аборигеном и стал помогать ему советами. Через пару лет Дик стал настолько известным, что смог организовать выставку своих работ в библиотеке художественного училища. С тех пор жизнь его изменилась – директор департамента по делам островитян забрал его в Брисбен, где он познакомился с видными исскуствоведами.

Затем Дик вернулся в родные места и продолжал рисовать. Много путешествовал по побережью, изучая наскальные рисунки, охотился, принимал участие в съемках фильмов об островитянах. У него было уже пятеро детей.

Во время проведения крокодильих бегов Дик с друзьями поймали в лесу плащеносную ящерицу (мулгаджи) и раскрасили ее акварелью в цвета самолетов компании «Ансетт», которая проводила торжество. На боках ящерицы даже вывели имя главы компании «Рег Ансетт».

Одевшись самым нелепым образом и ярко себя раскрасив хулиганы явились на бега и объявили, что хотят выставить никому не известного чемпиона. Вот только держать его будут в мешке до самого старта.

Все телекамеры были направлены на беговую дорожку. Грянул выстрел, Дик распахнул мешок и мулгаджи вырвался наружу, шипя и плюясь, встал на задние лапы и понесся вперед, с легкостью опередив всех крокодилов. Покрыв всю дистанцию за пять секунд, ящерица взмыла на забор, а оттуда сиганула прямо на зрителей, продолжая шипеть. Все до единой телекамеры были прикованы именно к ней, и самих крокодилов никто не заснял. Естественно, был шумный скандал, и всю команду Дика остранили от крокодильих бегов навечно. Ящерицу отправили в зоопарк, где она еще долгое время увеселяла туристов.

После этого Дик еще несколько раз устраивал бучи, однажды даже подрался на бумерангах с собственным братом Линдсеем, также художником.

До самой своей смерти он продолжал рисовать, охотиться на эму и кабанов, и написал книгу, в которой рассказал о своей долгой и интересной жизни, а также о многих интересных обычаях и верованиях своего племени.

Ниже некоторые картины Дика Рафси.