Историю страшную про запирание в туалете расскажу я.
В конце 1990-х работал программистом в одной компании.
Сотовых тогда не было в современных масштабах.
Как-то засиделся после работы.
Уже хотел уходить, но решил навестить WС. В туалетной комнате были две запирающиеся двери и умывальник. А днём я заходил в первую дверь и при выходе заметил, что запорный механизм (явно турецко-китайская мягкая латунь или плохая сталь) разболтан и того гляди сломается. Там для открывания пимпочка одна, и она была при смерти, и с трещиной притом. Без неё никак не отодвинуть щеколду.
Так вот: при подходе к туалету услышал сдавленные женские крики и стуки об дерево!
Побыстрее зашёл и увидел, что не может выйти из кабинки руководитель, дама средних лет. А снаружи несколько затруднительно её вызволить. Кое-ка, сбегав в кабинет, притащил длинные тонкие ножницы, смог просунуть в узкую щель и отжать механизм.
Руководитель уже была в слезах, лицо красное, вся растрёпанная...
Уж и не стал ей говорить, что ещё хорошо, что я задержался, а вообще в здании уже никого нет.
...Назавтра уже в обед пришли вызванные столяры или слесари, заменили все замки там.
Историю страшную про запирание в туалете расскажу я.
В конце 1990-х работал программистом в одной компании.
Сотовых тогда не было в современных масштабах.
Как-то засиделся после работы.
Уже хотел уходить, но решил навестить WС. В туалетной комнате были две запирающиеся двери и умывальник. А днём я заходил в первую дверь и при выходе заметил, что запорный механизм (явно турецко-китайская мягкая латунь или плохая сталь) разболтан и того гляди сломается. Там для открывания пимпочка одна, и она была при смерти, и с трещиной притом. Без неё никак не отодвинуть щеколду.
Так вот: при подходе к туалету услышал сдавленные женские крики и стуки об дерево!
Побыстрее зашёл и увидел, что не может выйти из кабинки руководитель, дама средних лет. А снаружи несколько затруднительно её вызволить. Кое-ка, сбегав в кабинет, притащил длинные тонкие ножницы, смог просунуть в узкую щель и отжать механизм.
Руководитель уже была в слезах, лицо красное, вся растрёпанная...
Уж и не стал ей говорить, что ещё хорошо, что я задержался, а вообще в здании уже никого нет.
...Назавтра уже в обед пришли вызванные столяры или слесари, заменили все замки там.