Аниматор⁠⁠

Программеры в то утро, как и всегда, вяло шелестели клавишами, глядя не в монитор, а куда-то сквозь него, непосредственно в виртуальность. В серой бесконечности ничего не маячило, потому что четверг - это ещё не пятница, да и четверг ещё только начинался.

Бесцветные строчки кода возникали одна за другой, подобные диковинным насекомым, строящим то ли улей, то ли муравейник, то ли просто кучу компоста, - нечто бесформенное, мучительно-бессмысленное, ничем не напоминающее кристальную элегантность исходного алгоритма.

На лицах ясно читалась одна и та же мысль, как будто все программеры были однояйцевыми близнецами и думали одинаково, а если точнее, то однояйцевыми дебилами, которые одинаково не думали.

То один, то другой программер время от времени отрывал задницу от стула, шёл к куллеру, наливал себе мерзейшего вонючего "нескафе классик", после принятия которого внутрь на лице его ненадолго появлялось бледное подобие выражения. И снова - серая муть, шелест клавиатуры, каменные глаза, как два пупка, взгляд сквозь ничто, бесконечная мысль ни о чём.

Так было, до тех пор, пока однажды нас не посетил Аниматор.

В комнату вдруг вошёл начальник отдела. На щеках его горел нездоровый румянец, как будто ему к скулам приложили и потёрли разрезанную пополам свёклу. Мышиные глазки начальника блестели и как-то воровато бегали, а матово-жёлтая лысина была украшена алмазной пылью капелек пота. Похоже было, что сейчас кого-то уволят. Может быть, даже всех.

За начальством следовал тип, с первого взгляда показавшийся нам странным. Во-первых, он был рыжий. Нет, не так. Он был РЫЖИЙ!!! Впечатление было такое, что у него в шевелюре свил гнездо персональный солнечный луч. И вообще, всем нам почему-то сразу стало ясно, что это - человек, который начинается с большой буквы и кончается восклицательным знаком. Может быть, даже и не одним.

"Не иначе, начинающий программист под ЛИНУКСом, - подумал я, - все они поначалу офигевают и восторгаются, а потом находят спонсора побогаче и исчезают."

Что отличало его "во-вторых", никто додумать уже не успел, потому что события понеслись цугом.

Не дав начальству разинуть рот, чудо природы заявило громовым баритоном:

- Здрахуйтэ! Я ваш новый аниматор. Можете не представляться, мне вас всех показывали по скрытой камере.

И, - о ужас! Этот клоун отвесил нам поклон, вызвав в комнате маленькое торнадо, которое пронеслось по столам, вздымая бумаги и сбрасывая на пол погрызенные карандаши. Каждый из нас невольно задумался о том, как (в деталях) он провёл последние полчаса.

- Не слышу аплодисментов! - заявил он, выпрямившись.

И он-таки получил свои аплодисменты! Хотя никто задним числом не припомнил, как вышло, что он радостно хлопал в ладоши, как идиот.

- Мнэ-э... Аниматор - это, видите ли, нам сверху... - попыталось проблеять начальство, но мощная харизма Аниматора буквально выдавила его в коридор.

- Ниночка! У меня для вас цветы, - тут же подкатил он к одному из программеров.

Программер покраснел, как помидор, захлопал глазками и заулыбался. Маленький букетик фиалок материализовался у него, точнее, у неё в кулаке. Оказывается, среди нас скрываются женжины?!. Похоже, этот факт оказался откровением для большей части сотрудников.

- А для вас, Леночка - маленький, но ценный приз.

И вот уже другой программер зашуршал обёрткой от совершенно невообразимой какой-то конфеты, упакованной в блестящую бумагу с ленточками и розочками.

А потом началась настоящая вакханалия. Он показывал нехитрые фокусы с исчезающим ластиком и летающей шариковой ручкой. Он рассказывал анекдоты, порой довольно неприличные (ну, мы ведь теперь вспомнили, что здесь дамы), он даже пробовал что-то работать на свободном компе, - и умудрился повесить сервер так, что пришлось помогать сисадмину его поднимать.

Откуда-то выглянуло солнце.

Оказалось, что солнце включается, если убрать с окна жалюзи.

В беспощадном солнечном свете стало видно, что клавиатуры сильно напоминают помойку, а мониторы потеряли яркость вовсе не от возраста, а вследствии покрывающего их слоя пыли, грязи и прочих отложений и напластований. Кто-то побежал мочить тряпку, а кто - занять у секретарей влажную салфетку для протирки экрана...

В это время с натужным скрипом гранитной плиты сдвинулась фрамуга, и неземная свежесть омыла сморщенные лёгкие вернувшихся с тряпками и салфетками.

Потом упал и разбился стакан со сладким чаем. Все участвовали в ликвидации последствий.

Чуть позже через открытую фрамугу влетел воробей, и его сначала кормили, а потом он нагадил на Толика, и Толик совместно с аниматором его ловили и выдворяли. Толик во время воробьиной охоты столкнул с полки прошлогодние каталоги, и они рухнули, погребя под собой программера Леночку, зато открылась спрятанная за ними початая бутылка армянского коньяка, - вся в паутине и окаменевших крошках печенья.

Нескафе, при долитии в него волшебной добавки, обрёл несвойственные ему ранее качества, подозрительно похожие на вкус и где-то даже и аромат.

Затем было много чего, и много с кем, потом был обеденный перерыв, который пролетел в приятной беседе, - мы решили все вместе пойти в столовку, как в старые добрые студенческие времена, - потом мы вернулись, всё ещё возбуждённые чудом взаимного узнавания, работали, шутили, устроили чемпионат по метанию канцелярской скрепки в системный блок, и опять же работали, Ниночка потрясающе пела а-капелла, и снова...

В общем, когда с третьего раза до нас начало доходить, что звенит будильник, знаменующий конец рабочего дня, мы с изумлением поняли, что Аниматор давно нас покинул, ещё задолго до обеда незаметно прошмыгнув в коридор, а может, в виде дыма вылетев в форточку или смывшись под плинтус разлитым чаем. Никто уже не был уверен в том, был ли вообще Аниматор, но это, - по большому счёту, - уже было и не так, чтобы важно.

За окнами дул ветер и чирикали птички, и даже громыхающий во тьме красно-жёлтый трамвай уже никому не казался катафалком, приехавшим по его душу. Мир вокруг опять стал большим и круглым, а не пыльным и квадратным, как мы думали ещё с утра.

А потом...

А потом мы как-то походя создали Продукт с большой буквы "Пэ", а потом всем кагалом, прихватив с собой кто - родных, а кто - близких, махнули в Турцию, а потом...

В общем, и потом всё было хорошо.

Главное же заключалось в том, что и сами мы знали, что всё - хорошо.

Потому что Аниматор к нам больше не приходил.

©Николай Басов