раскрыть ветку (2)
В лесу у болота, под елью игластой,
В норе у лисицы резвились лисята.
ПУшистых комочков, забавные игры,
Лиса охраняла в тиши терпеливо.
Болотом в деревню тайком пробираясь,
Цыплят им носила, для них лишь стараясь.
Дождливыми днями и ночью морозной
Собой закрывала, под небом беззвёздным.
Лисята росли и лоснились их шкурки,
А мать обучала их хитрой науке.
Всё больше еды добывать приходилось,
В норе всё теплей, но тесней становилось.
Но мать не роптала, она их любила,
Она ради них про себя позабыла...
От краж, подуставшие люди в деревне,
Засаду устроили рыженькой ведьме.
Всю ночь по болоту ползла истекая,
К лисятам, к лисятам.. От боли слепая.
Но страшно болото, жестоко и грозно,
И тянет на дно, так заманчиво, злобно.
И глотку срывая лисица завыла,
Болото сомкнулось, и сердце застыло.
А солнечным утром пушистые крохи,
Зевая и щурясь сидели на хвое,
Беспомощьно тыкались носом друг в друга,
А брюшко сводила голодная мука
В норе у лисицы резвились лисята.
ПУшистых комочков, забавные игры,
Лиса охраняла в тиши терпеливо.
Болотом в деревню тайком пробираясь,
Цыплят им носила, для них лишь стараясь.
Дождливыми днями и ночью морозной
Собой закрывала, под небом беззвёздным.
Лисята росли и лоснились их шкурки,
А мать обучала их хитрой науке.
Всё больше еды добывать приходилось,
В норе всё теплей, но тесней становилось.
Но мать не роптала, она их любила,
Она ради них про себя позабыла...
От краж, подуставшие люди в деревне,
Засаду устроили рыженькой ведьме.
Всю ночь по болоту ползла истекая,
К лисятам, к лисятам.. От боли слепая.
Но страшно болото, жестоко и грозно,
И тянет на дно, так заманчиво, злобно.
И глотку срывая лисица завыла,
Болото сомкнулось, и сердце застыло.
А солнечным утром пушистые крохи,
Зевая и щурясь сидели на хвое,
Беспомощьно тыкались носом друг в друга,
А брюшко сводила голодная мука