И снова Евро-2016. Только теперь про турнир расскажут не игроки, а помощник тренера Александр Зарубин. Кстати, он ещё вёл видео-блог с турнира, благодаря чему сохранилось много бытовых и игровых эпизодов, а также прогулка команды по Будапешту. Для участников это способ оживить воспоминания, а для нас — увидеть то, что никто не передаст словами.
Мы обсудили несколько тем: подготовку состава, создание формы для сборной, силу команды в отдельных матчах, моменты взаимодействия между игроками из разных стран, тонкости работы тренерского штаба. А ещё удалось узнать секрет украденного флага, про который уже упоминали ранее.
— Как получилось стать помощником тренера?
— Вообще я собирался играть за команду, постоянно тренировался с парнями, дополнительно ходил в зал на любимый баскетбол, набрал хорошую форму. И вот пошёл в апреле на лишнюю тренировку, на которой не должен был идти, потому что был в каком-то болезненном состоянии. Показывая молодым игрокам упражнения, неудачно поскользнулся, упал и порвал крестообразные связки.
Это сильно повлияло на меня психологически. Совсем дурацкая, необязательная травма, которая лишает возможности выступить за сборной. Так что если кто-то чувствует, что не хочет быть на тренировке, почему-то не готов к ней, лучше её пропустить.
Но была и другая сторона истории. Я в организации сборной участвовал практически с самого начала, ещё на чемпионате 2014 года. Правда, я не выбирал тогда игроков, только организовывал всех для получения американской визы. Всем занимались Дэвид Диамонон и Женя Архипов.
В любом случае у меня был какой-то опыт и представление о процессе. В каких-то моментах уже участвовал, так что после травмы полностью переключился на организацию. Решил, что всё равно поеду и помогу сборной, пусть и не буду бегать с клюшкой.
— Как формировался состав?
— Первое желание было — позвать американцев, с которыми мы выступали на чемпионате мира. Но мы уткнулись в паспортную проблему: можно было пригласить только 4 непаспортных игрока. Потом оказалось, что мы участвовали впервые, поэтому лимит был 8 человек.
В конечном итоге из мундиаля к нам попали только двое: 19-летний Алек Тилли с российским паспортом, который в первом же матче получит травму и больше не сыграет, и вратарь Дрю Замбелли — этот без паспорта как легионер, хотя работал в Москве и играл за MLC.
Остальная группа иностранцев была такой: Джонатан Мелвин, Фрэнсис Маунтджой, Бобби Гроув и Гас Питерс — все работали или учились в Питере и играли за WK; а также братья Дженсен и Дима Макаровы из Колорадо.
Макаровы — русские по отцу, американцы по матери. Джейсон очень крутой вратарь, год играл за Мэриленд — там лакросс на уровне религии. Они так много отдают лакроссу, что почти не учатся. Он это вовремя понял и вернулся в Колорадо, чтобы учиться, а не вечно тренироваться ради третьей вратарской позиции. Хотя играл за местный вуз, конечно. По моим меркам он игрок топового уровня, который может решать исход матча. Вообще Макаровы — классные ребята, приехали с родителями, достаточно хорошо и мило со всеми общались, со многими подружились.
Как паспортные за команду играли Джейкоб Шарп и защитник Таннер Шепардсон (у него есть брат-близнец, но на турнир не выбрался). Они, как и Алек, были ребятами-сиротами, которых усыновили американские семьи. У всех были старые паспорта РФ, поэтому организаторы признавали за ними гражданство и они вошли в состав вне лимитов.
— Как оцениваешь уровень команды?
— В целом команда собралась нормальная. Думаю, она была слабее состава чемпионата 2014, но зато играло больше наших, кто за два года набрал неплохой опыт и навыков. Плюс добавились по-своему интересные игроки. Я бы сказал, что на ЧМ у нас было слабое нападение и очень хорошая защита. Это если судить по именам и опыту. А на ЧЕ произошёл перекос в сторону нападения: теперь защита проседала; кстати, она как раз из наших состояла.
Универсальным игроком был Роберт Грув, собственно, он это доказал тем, что позже стал тренером университетской команды Dominican Penguins в Калифорнии, но его одного на защиту не хватало.
Бобби Гроув сейчас вообще тренер университетской Хотя, опять же, команда могла быть сильнее. Просто собрались те, кто смог приехать или заплатить за своё участие. Без официальной поддержки только такой принцип работает для подбора людей. Повезло, что турнир был не таким дорогим, потому что это достаточно ближнее зарубежье со всеми вытекающими. А для американцев наоборот, поэтому часть и не прилетела.
— Кто и как сделал форму?
— Тут всё просто. Недолго думая, мы просто повторили дизайн, который был на чемпионате мира. Только в этот раз заказывали форму не в США, а в Чехии у компании Jersey 53 (Jer53y). Один из создателей компании — Мартин Рупек, бывший вратарь НХЛ и КХЛ. Не помню, какими путями мы на него вышли. Когда-то он делал чёрно-красную форму для MLC, что-то делал для WK. И когда обратились уже с вопросом для сборной, он даже скидку сделал. Получился такой выраженный орёл на груди — белый или красный, в зависимости от цвета джерси.
— Какой была обстановка вне поля, бытовые моменты?
— Был июль, жара. Жили мы в городке Гёдёллё, это спутник Будапешта. Это был кампус университета святого Иштвана. Там много всяких учебных корпусов, общежитий, несколько полей с натуральным и искусственным покрытием, даже бассейн под открытым небом.
Было пару вариантов общежития, и мы, как люди, привыкшие к спартанской обатсновке, забронировали самые дешёвые места. Там всё было с виду советским, без ремонта, санузлом на этаже. Конечно, нам организовали кормёжку, но она была какой-то дорогой и невкусной. Поэтому сразу решили, что готовить будем сами, и тут во всей красе проявил свои кулинарные таланты Дмитрий Хамин.
Также сами организовали себе WiFi, повесили большой флаг в коридоре. Его в последний день украли. И тут я не подозреваю поляков, а точно знаю, что это они. Спустя пару лет я работал судьёй на турнире в Польше и после игр за чешским пенным один поляк признался, что это были они.
— Что скажешь про матчи в группе?
— Сначала были тренировки, потом две товарищеские игры, а потом уже официальная часть. В первой игре проиграли голландцам, во второй взяли верх над Словакией. Потом снова поражений и вторая, она же последняя, победа над Францией. Отдам должное этим двум командам — они приехали в очень слабых составах. Буквально это были пузатые дядьки, особенно французы. На чемпионате за них играли спортсмены-американцы, а это реально местные игроки, поэтому мы с ними легко справились.
Против Польши был самый запоминающийся и драматический матч, наверное, вообще во всей истории нашей сборной. Мы проигрывали 4-5 мячей, и в четвёртой четверти совершили камбэк. Никита Сорокин не должен был бросать, но бросил и получилось слабо, поляки начали ответную атаку, забили гол. И мы выигрываем вбрасывание, до конца 30 секунд, Дима Макаров на последних секундах броском справа попадает в штангу.
Вместо овертайма и реальных шансов на победу проиграли. Это был такой эмоционально сильный, запоминающийся момент. С поляками ощущалось особое соперничество и было бы приятно их обыграть. Мне кажется, я даже плакал после свистка, хотя мне был 31 год, вроде взрослый дядька. Казалось, что вот-вот сбудется сказка, она рядом, но моментально испарилась.
— Как работал тренерский штаб?
— Главными тренерами были Майк Тумим и Дэн Уилсон — они прилетели за своё счёт и сделали большую работу для сборной, за что им огромная благодарность. Это люди с большим открытым сердцем, замечательные люди, которые сделали многое для российского лакросса. Они показали пример бескорыстной любви к спорту, любви к игре и вообще к людям, к миру, к чему-то новому.
Я старался перенимать их опыт, учился в каждом эпизоде, постоянно что-то спрашивал и уточнял. Мы уже были знакомы с чемпионата мира, а с Дэном даже с 2013 года в Турции. За годы сложилась нормальная человеческая симпатия, получался классный рабочий тандем. Ну и был у нас общий вайб, юмор, подколы — я это всё передавал игрокам, которые не знали английский, работал на атмосферу.
Если на чемпионате мира нашим тренером был топовый специалист Питер Миллиман, который тренирует команду универа Джона Хопкинса, то теперь более скромные по заслугам, но не менее талантливые. Майк был тренер школьной команды из Денвера, а это средний запад США, одна из редких точек вдали от восточного побережья, где вообще играют лакросс. По меркам Колорадо это хороший специалист, его команды не раз побеждали в своих дивизионах. И этот уровень идеально подходил для нашей команды. Тренер был ближе к игрокам, лучше понимал как они могут где-то мяч не поймать и тому подобное.
Ещё с тренерской бровки нам помогал отец Макаровых. По сути он был после нас 4-ым тренером, и вполне справедливо. Постоянно что-то подсказывал, переводил с английского на русский и обратно.
— Этот опыт помогает тебе сейчас?
— Да, конечно. Я получил гигантский опыт в понимании лакросса, игроков, людей, как они воспринимают информацию, учатся, как работает их внимание, как они взаимодействуют внутри команды. Хотя, должен сказать, опыт работал в две стороны.
Были моменты, которые мне не нравились или я понимал, что что-то неправильно объясняется. Я это говорил, меня слушали, меняли решения. Например, после поражения от Швеции была сильная моральная усталость. Уже играли без огонька, без искры в глазах, словно без желания, особенно у русскоязычных.
Мы пояснили Майку, что надо команду встряхнуть, буквально наорать. Я подсказал, как именно, какие слова добавить. Кое-что именно в переводе применил. Парни вышли на последний матч совершенно другие, по желанию и самоотдаче действительно произошла ментальная перемена. И пусть мы проиграли Бельгии, но мне как тренеру никак не стыдно. И вообще появилось полное понимание, что помимо стратегии и тактики есть ещё настроение, с ним тоже нужно уметь работать.
— Были ли серьёзные конфликты в команде?
— Не сказал бы, по крайней мере, ничего серьёзного, что нельзя было предотвратить. Американский вратарь Шарп имел несколько завышенную самооценку, из-за этого пару раз были разговоры на повышенных тонах. Он тоже из усыновленных ребят был, молодой пацан, прилетел с папой, хотел показать себя. Просто нужно было с ним вовремя поговорить, наладить контакт, но никто этого не сделал, потому что турнир был скоротечным, все думали только про матчи, тактику, а не про командный дух.
В целом же в команде была дружелюбная атмосфера. Русские американцы и экспаты, которые более-менее сносно общались по-русски, были как бы мостиком для общения для всех сторон. Все ребята были весёлые, на одной волне.
— Что ещё хочешь добавить?
— Скажу про церемонию закрытия, но нужна предыстория. Перед турниром рулакс был в тяжёлом эмоциональном состоянии. Нас и так немного, так ещё произошли две трагедии. В июле 2015 внезапно умер вратарь Алексей Чернышёв, совсем молодой парень. Он просто не проснулся, что-то с сердцем. А в феврале 2016 возле Ялты из-за тумана и ошибки навигатора Google сорвался со скалы защитник Николай Ефимов, мой друг.
Это были эмоциональные очень сильные потери. Эти люди точно бы выступили с нами на Евро. И в память о них тренер Дэн Уилсон сделал “шутерс” — майки под джерси с номерами этих игроков. И на церемонию мы взяли их с собой, таким образом отдали дань, почтили их память.
