Попробуйте представить, что вы — мать и отец, которые слышат, что приговор вынесен. Что вы чувствуете, вашего ребёнка больше не вернуть, виновника называют виновным, но он остаётся на свободе? И бюджетные деньги, которые могли бы пойти на защиту детей, тратятся на компенсации уже после того, как ребёнка не стало?

Этот приговор — диагноз системы. Полномочия есть. Ответственность есть. А механизма, который заставил бы работать до трагедии, — нет. Безнадзорных собак на улицах меньше не становится, прикрываясь бирками и пройденной программой ОСВВ хищники стаями продолжают находиться на наших улицах. И пока мы не научимся спрашивать с ответственных лиц до того, как случится непоправимое, такие истории будут повторяться.

Фонд «В память о Вите» содействует пострадавшим в получении юридической помощи, консультирует, помогает разобраться в законодательстве, предоставляет образцы заявлений. Мы не даём обещаний, которые не можем исполнить. Но мы будем рядом с пострадавшими плечом к плечу. Потому что безопасность — это не привилегия. Это право. И мы будем добиваться, чтобы ответственность наступала до того, как прольётся кровь.

Мама погибшей от клыков прикормленных бродячих собак девочки:

- До сих пор гуляют. Да.

Анастасия с трудом сдерживает слёзы, говорит, после гибели дочки в СНТ, где живёт их семья, почти ничего не изменилось. Разве что некая защитница волонтёр с бригадой, которые оберегали и подкармливали проживающих в том же СНТ псов, куда-то пропали, а оголодавших по этому поводу псов стало меньше. А может случись это раньше и трагедии бы не произошло вовсе. Как знать?

- Я её видела, я пыталась с ней поговорить, на что были нецензурные жесты. Она закрывала окно в своей машине и уезжала.

- А кто это?

- Насколько знаю, какая-то Ляйсан.

До трагедии с дочкой, когда эти самые псы, находясь под покровительством охранника СНТ и бригады защитников разорвали котёнка из семьи, женщина пыталась выйти на диалог, не получилось. Покровительство продолжилось. Вот и в тот день оголодавшая стая ждала очередной благотворительной кормёжки.

- В этот день должна была приехать волонтёрша. Как будто бы они её ждали, но не дождались она опоздала, волонтёрша, дождались мою дочь.

Трагедия произошла 28 ноября 2025 года. Анастасия всегда встречала дочку из школы в одно и то же время, но в тот день опоздала на несколько минут, пришлось задержаться с младшим грудным ребёнком. Как только малыш успокоился, женщина побежала за ворота, навстречу дочке, телефон которой уже молчал. А за воротами толпились люди.

- Спросили не мой, я даже не узнала её. Может, от шока. Через секунду вернулась обратно.

- Действия группы лиц. Совершили указанное деяние, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, что повлекло по неосторожности, причинение тяжкого вреда здоровью и смерть малолетней.

В разряд обвиняемых тогда попало руководство благотворительной зоорганизации, с которой у района был заключён контракт на отлов и последующую стерилизацию бездомных животных. Но уже тогда обвиняемые уверяли, делали всё, что могли, но могли далеко не всё, поскольку после заключения контракта администрация района попросту свалила груз ответственности на зоорганизацию и благополучно о ней забыла.

И работать без обещанного финансирования на голом энтузиазме получалось, как получалось.

- Ни один частный приют, в том числе наш, который работал 6 лет по контракту, не был поддержан никем из чиновников, несмотря на многочисленные обещания. И никакое ни одно обращение не привело к результатам.

Биться с властьимущими трудно, с теми, кто считает себя особыми, собачьими благодетелями, порой пряча псов к приезду специалистов ещё труднее, делился тогда директор зооорганизации, от представителей которой прятали и ту самую стаю в СНТ. После трагедии определённая группа, считающая себя такими особыми благодетелями, отстаивала тех собак, как могла, выдвигая даже предположение, что никакой девочки не было вовсе, а всё это придумано, чтобы отловить стаю.

И даже спустя 21 день. После нападения, когда растерзанный ребёнок умер в больнице, не приходя в сознание, бредовое предположение благодетели не оставили, делились жители СНТ. Да и сегодня, воочию увидев рыдающую мать девочки, некоторые из особых не сдерживали ухмылок и злого шёпота, возмущались другие участники процесса. Не выдержала такого отношения даже судья. Только потерявшая дочку женщина, к счастью, ничего этого просто не слышала.

Судья: - Подождите, пожалуйста. Свободные слушатели, вам делается замечание, с внесением в протокол судебного заседания, за нарушение порядка судебного разбирательства.

Сегодня мать погибшей девочки в очередной раз упомянула о некой бригаде волонтёров-добровольцев, во главе с некой дамой. Имя её, кстати, было названо, которые систематически приезжали на территорию СНТ подкармливать стаю, разводимую одним из жителей. Его личность, к слову, тоже известна. Сама мать девочки не раз подходила к этим людям и просила не кормить собак где попало, держать их под контролем, но натыкалась лишь на откровенное хамство, рассказала сама женщина.

После трагедии об этой команде, об этой даме, об этой ли чности и об этом хамстве рассказывали уже многие другие жители СНТ, готовые предоставить даже видео с камер слежения. Возникает вопрос: почему не эти люди сейчас находятся на скамье подсудимых? Никто не захотел размениваться, выборы, кандидатуры посущественней или просто так надо?

Вопрос хороший, ответа на него нет и, наверное, уже не будет. Процесс пошёл.

Мария Молочникова,

Максим Зуйков,

телеканал Эфир.

Видео Татарстан 24 взято здесь

https://max.ru/Tatarstan24TV/AaA_IkjNMoM

https://kazanfirst.ru/news/dochka-sheptala-mama-startoval-su...

Вчера в Зеленодольском городском суде начался суд над теми, чья безответственность стоила жизни девятилетней девочке.

Вы помните эту историю? Осенью прошлого года в посёлке Васильево свора бездомных собак насмерть загрызла девочку, которая возвращалась из школы. Она звала маму, пока не потеряла сознание. Три недели врачи боролись за её жизнь. 18 декабря она умерла.

На скамье подсудимых — трое: директор приюта «Кот и пес» Альберт Галиев, его подчинённый Максим Иванов и руководитель департамента ЖКХ Зеленодольского района Нияз Мингазов. Первым двоим вменяют оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности. Третьему — халатность. Ту самую халатность, которая позволяет стаям годами жить рядом с детскими площадками и школами, а чиновникам — отписываться.

Сегодня в суде мама девочки Анастасия давала показания. Едва сдерживая слёзы, она рассказала, как в тот день задержалась на три минуты,чтобы встретить дочку — укачивала грудного младенца. Она выбежала за калитку и увидела толпу. А потом — дочку в луже крови. На голове не осталось волос. Девочка шептала: «Мама, мама». Пока не потеряла сознание.

Анастасия сказала в суде то, что мы слышим очень часто при обращении в Фонд: стая жила в СНТ давно, собаки уже нападали на людей, загрызли котёнка, председатель не раз писал заявки на отлов. Но за псами никто не приехал. Никто не приехал и тогда, и в тот роковой день.

Это не единичная трагедия. Это системный сбой, за который должны отвечать конкретные люди — те, кто получает зарплату за порядок, но не обеспечивает его.

Надежда есть. И она начинается здесь, в зале суда. В том, что к ответственности привлекают не только исполнителей, но и того, кто должен был организовать отлов, но не сделал этого. Мы верим — и требуем, — чтобы виновные понесли заслуженное наказание. Чтобы эта трагедия стала последней, после которой слова «я не знал» и «мы не успели» перестанут быть оправданием.

Мы надеемся, что этого никогда больше не повторится. Ни в Зеленодольске, ни в Красноярске, ни в любом другом городе. Но надежда — это не бездействие. Надежда — это когда мы все вместе требуем порядка. Когда мы не даём никому отсидеться за отписками. Когда мы помогаем пострадавшим, а не ждём, пока следующая стая убьёт следующего ребёнка.

Вместе мы можем сделать так, чтобы больше никто не стоял над телом ребёнка в луже крови. Надеемся — и делаем.

❤️https://vk.ru/fondovite