Мне 43 года, мой стаж ± такой же, как у автора. От дворника в 14 лет до разработчика в области оптовой торговли сегодня. Моё будущее в случае, если вдруг на нынешней работе не срастётся, — тоже довольно туманное. Но я не испытываю такого глубокого уныния, как автор, и скорее даже смотрю с оптимизмом на будущее.

В свои 43 у меня 2 незаконченных высших. Одно — педагогическое, другое — техническое. На курсах я никогда не был, за исключением курса FreeBSD, который меня пригласили вести (я не вытянул — сразу скажу).

Если вы думаете войти в IT, ну или ещё куда-нибудь — задумайтесь. Это здорово вам поможет.

А ниже — моя история. Автор, прошу прощения за некоторый сарказм, я не со зла, просто жизнь без юмора убивает.

Всё началось ещё в 1982 году, в одном городе на Крайнем Севере. В 2 года мои предки развелись, мать уехала к своей матери, ещё севернее — на берег Восточно-Сибирского моря. Время было неплохое, это был крупный рудник, мать работала то в детсаду, то на обогатительной фабрике. Проблем до 91-го я не знал. Отца у меня не было, но я рос в промышленном посёлке с адской смесью рукастых работяг и мозговитых ИТР. И было к кому обратиться с вопросами.

Развал СССР. Сложное, голодное время. К нам в регион перестали завозить продовольствие — ели грибы, рыбу и оленей. Отец вообще не участвовал в моём воспитании и никогда ничем не помогал. Я рос сам.

Пытался учиться, получал весь спектр оценок — от единиц до пятёрок, но всегда тянулся к электронике. Из ресурсов — только старые советские книжки, в которых почти ничего не понятно. Я вслепую паял детали, не умея ничего считать, просто на ощупь. Естественно, работало всё через раз. (Изменилось это только в ВУЗе уже, когда я нашел Хоровица с Хиллом, а так же друга котороый паял мое любимое — радиопередатчики). Жуки паял в общем — потом кстати в тюрьму загремел по этому делу.)

Мать предлагала записаться в радиокружок — я не хотел, ходил по знакомым, спрашивал, имел хорошие связи лет с пяти — от электроцеха до КИПиА. (На гитаре мать предлагала научиться — я тоже не захотел, а зря, кстати.). В целом мне в последствии этт набор навыков постоянно развиваемый между делом по приязни — помог найти одно из моих занятий о которых ниже.

В конце 90х в силу эвакуации с Севера меня мотало по 100500 школам. Предпоследняя, в которой я заканчивал 10-й класс, была с физкультурным уклоном — просто потому что другого варианта не было. В ней, кстати, я проходил практику младшего медбрата на УПК — был вторым парнем на курсе среди девочек-медичек, потому что на вождение и прочую «мужскую» деятельность не было мест. А так я был и в физмат-классах, и в гуманитарных — даже с хореографией в программе. Ух, ненавистная шляпа была...

От русского языка меня тошнило. И надо сказать, я вырос и понял почему. Русская прескриптивная традиция гоняет школьника по догматам, старательно избегая всех красивых языковых фишек. Впрочем, остальные предметы недалеко ушли.

А вот с литературой у меня было всё ок. В детстве, лет в 5, я прочёл на карте «Адриатическое море» — и понеслось: к первому классу я уже слов 200 в минуту читал. Спасибо матери, которая находила время мне читать и старалась поискать что-то интересное. В 7 лет у меня была собственная книжка про Хоббита, подписка на «Юный техник» (имею в нём публикации, кстати, в области транспортных трансмиссий. Правда, индекс цитируемости небольшой:) ). А в нашей комнате 20 метров одна стена — длинная, сверху донизу — была уставлена книгами самого разного толка.

Тоже не любил длинные книги, но так как они не были проблемой — я мог Хоббита прочесть за одну белую ночь летом, так что не критично.

Сочинения у меня всегда были сочинениями. Я не уверен, что они были хорошими, но за содержание часто ставили 5, и писал я то, что сам хотел. На экзаменах в вузе этот навык вытянул меня по русскому — я не знал почти ничего о фактологии произведения, по которому досталось задание, но вытянул на чисто авторском контенте, привязанном к крохам того, что я знал.

С русским у меня до сих пор проблемы. Я умею писать неплохо, но в повседневности не контролирую этот навык. Единственное, чего я задался целью — быть понятным. ИМХО, именно прескриптивная русская традиция в плане понятности текста дает куда больше проблем, чем возможные ошибки в грамматике. Потому что нормативный безошибочный текст может не реализовывать основную функцию языка — передачу смысла.

В школе я неожиданно стал отличником по геометрии и... химии. Первое — не знаю почему. Второе — я вырос между физической, геохимическими и другими лабораториями. А когда СССР распался и предприятие расформировали, знакомая начальница лаборатории подарила мне книжку Глинки (оооо — я делал пироксилин по инструкции из таинственного острова исправленной этим учебником — моя рубашка испарилась в горячей смеси азотной и серной кислот))) старого издания и разрешила взять в уже неработающей лаборатории всё, что я смогу унести. Впоследствии это знакомство помогло мне, не посещая семестр химии в вузе, прийти и сдать экзамен с потоком химиков. Но как будущее химия меня не интересовала.

В школе я ещё интересовался этнической культурой местных жителей. И так сжился, что иногда тоже чувствую себя чукчей.

Всё своё детство, кроме школы, я провёл среди работающих людей. После школы я тусил со сменой матери на фабрике — спал в чайхане, сделав уроки, получал инструктаж от мастера смены, грузил шары в мельницы со всеми наравне, прочищал трубы обогатительных установок от тяжёлого касситерита. Водил электровоз в шахте у тётки (на удалённом участке — отдельная штольня). Был на компрессорной станции, мылся в санбыткомбинате повседневно, у тётки на ТЭЦ, у дядьки в гараже, в клубе у художника (это целый мир с запахами). Был записан всегда, кроме последних лет 15, во все библиотеки в радиусе 10 километров, включая ведомственные ( справочники по горным машинам, геологии — это просто атас). Водил водовозку трёхосную — дядька помог. В общем, жизнь моя была интересной даже в 90-х. В 94-м у меня появился ИЖ Ю3, и я возил на нём соседей за банку бензина.

В 95-м работал дворником летом.

Далее меня мотало по стране по разным школам, (я даже в школе Артека на ЧМ (попал как ребенок севера — не потому что был отличником) был и учился (там кстати прокачался неплохо в плане развития интереса к ИТ)... в итоге я закончил обычную сельскую. Решил, что неплохо было бы стать преподавателем. Сказался опыт и знакомство с очень крепкими специалистами на севере, к которым я относился с большим уважением. Просто захотелось, в общем.

Проучился 2,5 года — интереса ноль.

К этому времени я уже работал — в охране. Жил в общаге. Сторожил стройки в кущерях, автозаправки, но интереснее всего была работа вышибалой в кафе «Лагуна». Вышибала из меня так себе, но работал и даже пару раз применял силу. Даже была возможность получить лицензию на оружие, но контора, в которой это предлагали, закрылась...

Как раз в это время возник первый предметный интерес к околокомпьютерной теме — хотя я и раньше интересовался, у меня в детстве был программируемый калькулятор, в программировании которого я был полный нуб. И сталкивался моментами то тут то там. Но тут мы с другом как-то провисели в лабе сутки — нас даже не заметили и закрыли. И так и повелось — кодили на pascal в основном всякую фигню. То фейковый интерфейс нортон командера без файлов, то еще какую нибудь галиматью.

Одновременно с этим, собирая знакомым компьютеры и помогая в этом, я завёл знакомство в компьютерной фирме. Разговорились в курилке — я принёс видяху по гарантии и начал про апач рассказывать. Парни впечатлились и пригласили меня на работу в ИТ.
Меня пригласили на работу в IT!!. Я и не знал, что мои навыки, которые я чисто для себя развивал по принципу лоскутного одеяла, стали применимы в коммерции.. количество перешло в качество.
Это была небольшая, но оборотистая мастерская-магазин, расположенная в нашем местном угасающем научно-инженерном раю, где я познакомился с людьми, имевшими возможность, например, кодить на PDP-11.
С первой зарплаты купил палку сервелата на радостях и сожрал.

Далее я решил перевестись в вузе на программиста — я уже пописывал самозагружаемые программки на ассемблере, что-то там на Паскале... Не вышло переводом. Перепоступил.

Поучился год — пропал интерес. Уволился, отчислился — ушёл в армию.

Вернулся, поработал, вижу — нет развития. Попробовал уйти к соседям в ремонт принтеров — освоил, не понравилось. Но опыт бесценный. Целая микрожизнь в сервисе.

Бывший коллега устроился к местному провайдеру — админом FreeBSD. И мне что-то зашло как он расскахывал про это, тем боеле с линнуксом я уже был шапошно знаком.. Я купил на всю зарплату книжку Эви Немет и Гарта Снайдера. О господи — она открыла мне глаза на администрирование, на то, какое оно похожее во всех операционках, на то, как работают железки. Не в деталях, но дала точку входа. Три месяца я сидел в сарае и мучил какой-то замшелый p166, не выходя. А потом поверил в себя и начал рассылать резюме.

Меня взяли в компьютерный клуб через неделю — главный в городе. Админом FreeBSD (хотя там было её с гулькин нос).

Далее пошла тема с ЭЦП и криптографией — меня взяли на работу к местному провайдеру криптопочты. Я там организовывал, помогал по части безопасности — это был второй в городе УЦ. И точка наивысшего сближения с госухой. После которой пошел спад (и слава богу).

Потом стало скучно — ушёл начальником в небольшой аутсорс. 2008 кризис... Ушёл в предприниматели — занимался силовой электроникой и бытовой техникой. Поработал — вижу, соотношение затрат и приобретений не очень. Начал искать варианты.

Решил податься на родину, на север — посмотреть, как там живут сегодня. Почти устроился в ЦГМС (бог миловал — настал кризис). Потом работал год системотехником в «Магните» — 300 км в день за рулем, кассовое железо, линукс, Firebird. Срочно нужно было искать работу — резко оборвались планы. Тоже не понравилось. Но опыт бесценный — общение, напряжение, люди и т.д.

Потом ушёл вахтой на Чукотку — инженером по радиосвязи и админом.

А после предложили попробовать себя в разработке коммерческих систем. И неожиданно это выстрелило. Ещё на заре карьеры мы все плевались от Excel и VBA — мол, это точно то, где мы не будем ни при каких условиях работать. Как ни странно, сейчас моя работа близко с этим как раз и связана — и она первая не скучная. Я пишу на T-SQL (на удалёнке) — это основа, иногда забегаю в VBA, занимаюсь самообразованием в проектах интерфейсов на Rails, реализую навык админа в DevOps в нашем небольшом отделе разработки.

Не скажу, что всё идеально — я порой чувствую ровно то же самое: что ничего не понимаю, постоянно вынужден привлекать справочные ресурсы, что у меня относительно слабая специализация. Я знаю, что мой проект не требует суперскилла в разработке, когда ночью спрашивают, какой индекс навесить куда, и ты с ходу отвечаешь. В общем — у меня вагон и маленькая тележка оснований для критики себя и скепсиса о будущем.

Но я нужен именно с этими навыками. В определённом смысле именно некоторая такая разносторонность - помогает мне не свихнуться: я поддерживаю, развиваю и рефакторю систему из легаси кода, наверное, тысяч на 100 строк. Ей лет 20, её разрабатывало стопитсот программистов до меня, она постоянно меняется (каждый день) и глючит.

В общем, в таком коротком тексте не написать всего.

Если коротко, моё мнение таково: советская система образования предлагала карьерные треки, и многие уже в современной России это предложение принимали и принимают. Но за этими треками нет реального развития, есть конкретная функция, которая нужна государству. Не то чтобы это совсем исключает развитие — если относиться критически и развиваться в собственных интересах, не распыляясь на внешние предложения, только по своему выбору… то это тоже работает. Ну то есть надо перестать ждать, что предложенный страной, или новостями, путь выведет тебя в люди, а напротив - даже в госконторе думать про это исключительно с позиции своих интересов.

Мне повезло, и я всю жизнь прожил по интересу. Занимался хоть и фрагментарно, но по интересу много чем — в этом был мой личный вектор развития. И все курсы, которые я прошёл, — это были те курсы, которые я сам себе и устроил.

И все эти кирпичики в итоге сложили жизнеспособную систему именно потому что строились вокруг одной общей точки — меня и моих интересов, а не от разных конъюнктурных новостей в IT. Если бы я следил за каждым поветрием и старался соответствовать всему — мне бы пришлось туго.

Не скажу что это универсальный путь — мой младший брат имел куда более скоростной карьерный рост, в гораздо более прикладной области, не в ИТ, уже в ВУЗе его искали как мотивированного спеца, и относились как к нужному человеку. И он работает в госкорпорации. Но насколько это хороший вариант сказать сложно. Как по мне — «на любителя». Не всякий сможет равзиватся в госсекторе против течения или найти такое место где развитие и нужды работодателя совпадают. У него вот - получилось.
Но имхо, все это тоже несет угрозу туманного будущего так как в бизнесе потом может быть трудновато.

Сейчас, в 2026 году, мне не хватает отпуска, чтобы отдохнуть. Я впервые в жизни загружен интеллектуально почти под завязку. У меня банально нет времени между работой и семьёй, чтобы даже обновить резюме на HH. В работе есть возможность и зарабатывать, и развиваться, и нормальное общение, и постоянные изменения. Я уже лет 5 работаю и до сих пор не выгорел. Во вот иногда вроде почти — но опять случается какая нибудь неведомая херня. И вот он я, тут как тут — от винта).

Все началось еще в 1991 году, на развале СССР. Сложное, голодное время. Мой отец постоянно грел голову, дрался в семье, а когда мне исполнилось пять лет — ушел из семьи. Фактически в дальнейшей жизни он где-то существовал, но вообще не участвовал в моем воспитании и никогда ничем не помогал. Я рос сам. Пытался учиться, получал весь спектр оценок — от единиц до пятерок, но всегда тянулся к электронике. Из ресурсов — только старые советские книжки по электронике, в которых ничего не понятно. Я вслепую паял детали, не умея ничего считать, просто на ощупь. Естественно, ничего не работало.

Потом была матшкола, где я часами мучал задачи Сканави. Я не был гением, я просто пытался понять логику. Простые задачи выходили, сложные — никогда. Но иллюзия, что «я смогу», потащила меня дальше — на технический факультет в университет. Возможно, пошел туда еще и потому, что искренне не любил гуманитарщину. От русского языка и литературы меня буквально тошнило — особенно от чтения «Войны и мира» и бесконечного написания сочинений. Может, дело было в школьном учителе, а может, изначально отсутствовало всякое желание что-то сочинять от себя. Я до сих пор путаюсь в элементарных «-тся» и «-ться».

Мои собственные сочинения всегда выходили тупыми, плоскими и одномерными. Чтобы учительница не поставила очередную двойку, мне приходилось открывать готовые сборники «100 лучших сочинений», на ходу подхватывать оттуда красивые обороты речи и тупо вставлять их в свой текст. Без этого чужого глянца мою писанину было просто невозможно читать.

Было лишь одно исключение — химия. Вот она мне по-настоящему нравилась. Я отлично знал этот предмет, потому что сразу и без усилий въехал в саму суть: понимал, как именно реагируют вещества, как выстраивается их взаимодействие на атомном и электронном уровнях. Химия почему-то давалась мне очень легко, включая даже сложную органическую часть. Возможно, дело было в интересных лабораторных опытах, а возможно — в какой-то другой, понятной мне логике процессов. Не знаю. Но связывать жизнь с ней я не стал, посчитав техническое направление более перспективным.

Студенчество: Копипаст как основа выживания

В вузе нас швыряли из стороны в сторону: Pascal, C, Assembler, Delphi, базы данных. Пока мой друг на ходу вникал в сложные алгоритмы распознавания символов и нейросети, я... просто смотрел на других. Я копировал готовые примеры, вставлял, пытался адаптировать. Постепенно что-то начало получаться само, но глубокого, «магического» понимания так и не пришло.

На пятом курсе я пошел работать сисадмином в местное образовательное учреждение — тащил на себе зал из 16 компьютеров, директора и бухгалтера. Получив диплом, решил, что пора двигаться дальше.

Госслужба: Грязь, удушающие рамки и выгорание мозга

Я устроился на госслужбу в ИТ-отдел на штатную инженерно-техническую должность. Звучит солидно для человека с высшим образованием? На деле это оказался тяжелый, грязный физический труд. Красивое слово «автоматизация» обернулось бесконечным монтажом СКС.

Я годами мотался по командировкам, лазил по пыльным углам, протягивал кабели, монтировал розетки, менял сдохшие жесткие диски на серверах и писал примитивные скрипты для бэкапов. Вся остальная работа — это бесконечная, тупая техподдержка по телефону. Каждый день: «у меня зажевало принтер», «программа не открывается», «связь потухла». Монотонная рутина, высасывающая мозг через ухо.

Главное правило госслужбы — никакой инициативы. Ничего своего придумывать нельзя: что сверху спущено и внедрено, то и используй. Помню, как нам сверху спустили новую программу. Она была абсолютно абсурдной, кривой и недоработанной. Мой мозг просто отказался принимать этот бред, я не смог заставить себя вникать в нее глубоко. Уже тогда здоровье начало сдавать: из-за дикой, хронической усталости я физически не мог концентрироваться на изучении чего-то нового дольше 15 минут. Работа за компьютером превратилась в насилие над собой. Никакого кайфа, никакой легкости — только бесконечное «через силу».

Однажды я попытался пойти на должность начальника, когда освободилось место. Ответ руководства был коротким: «Ты не подходишь». Всё. При этом мои друзья спокойно выросли до руководителей. А меня оставили сидеть на телефоне до самого 2020 года, пока не начались сокращения. Меня не то что не повысили — меня даже успели понизить в должности. Ни полномочий, ни роста.

Удаленка: Хаос, изоляция и синдром Мюнхгаузена

После сокращения я ушел на удаленку. Пять лет сисадминства здесь превратились в очередной ад. В компании постоянно всё меняется, я до конца не понимаю её структуру. Из-за первой линии техподдержки реальные настройки от меня практически скрыты. Мне приходится на ходу сидеть и буквально, как Барон Мюнхгаузен, дергать себя за волосы, чтобы вытащить из очередного технологического болота.

Технологии летят вперед с бешеной скоростью. Нас заставляют внедрять сервисы, которые я в глаза никогда не видел. Я тратил кучу собственных денег на курсы, но толку ноль: завтра появляется очередная неизвестная система, и ты снова дурак. В вузах нас учили разработке, но никто не дал базовой основы для эксплуатации чужих программ. Ты просто раб, запертый внутри чужого, постоянно меняющегося софта, который обязан чинить вслепую.

Программирование вообще полностью забылось. Сейчас я поймал себя на том, что даже простой скрипт не могу написать без нейросетей. Раньше я не лез в это, потому что не знал синтаксиса, а сейчас — просто не помню и физически не могу держать это в голове. Мозг выгорел дотла.

Платное обучение: Индустрия курсов и приговор «экспертов»

Пытаясь хоть как-то удержаться на плаву и угнаться за индустрией, я начал тратить собственные, тяжело заработанные деньги на обучение. Прошел специализированные сетевые курсы по оборудованию MikroTik: сначала базовый уровень, потом углубленные модули по маршрутизации и управлению трафиком. Проходил некоторые из них по нескольку раз. Да, какие-то чисто практические шаблоны я усвоил. Но глубокого понимания так и не появилось — те же механизмы очередей или маркировка пакетов в файрволе остались для меня темным лесом.

Позже я оплатил индивидуальные видеосозвоны с известным практикующим ментором по Linux. Мы занимались с ним полгода: пытались поднимать сервисы, руками вбивали в блокноте конфигурации и скрипты для создания баз данных под почтовые серверы Postfix. Результат — каша в голове. На нашей последней встрече этот ментор, будучи изрядно подшофе, высказал мне в лицо все, что думает. Он заявил, что я — обычный самозванец, который зря кичится своими двумя высшими образованиями. Сказал, что я «тупой и пустой», раз не знаю элементарных вещей и не читаю техническую документацию RFC в оригинале на английском. При этом сам он, имея за плечами всего 11 классов школы, являлся крутым спецом в программировании, администрировании, сетях и микросхемах FPGA. Это был сокрушительный удар по самооценке.

Затем были практические курсы-интенсивы от Rebrain. Я честно пытался вникнуть в задания, но из-за тотального выгорания концентрация внимания отсутствовала полностью. Я забывал прочитанное сразу же, как закрывал вкладку. Все, что у меня осталось после десятков потраченных тысяч рублей — это базовые спинномозговые рефлексы. Я все еще могу механически потыкать команды в консоли Linux, но созидать и строить системы осознанно я больше не способен.

Конец пути и Дамоклов меч в 2026 году

Сейчас, в 2026 году, я вышел из отпуска и понял: всё. Мне неинтересно. Я смертельно устал. И самое страшное — эта удаленка закроется в декабре. Прямо сейчас надо мной висит Дамоклов меч: потеря работы, отсутствие перспектив и незакрытая ипотека, которая душит каждый месяц.

Другая контора зовет меня разгребать сеть, которую 15 лет никто не обслуживал. Провести инвентаризацию и мониторинг чужого древнего хаоса, где концы с концами не сведешь. Это утопическая, каторжная работа, за которую платят жалкие копейки. Но выбирать не приходится, когда на кону жилье.

Проклятие «среднего человека» на фоне гениев

Самое унизительное в этой профессии — видеть, как работают те, у кого действительно есть к этому врожденный талант. Мои коллеги на лету, краем глаза прочитав статью на английском языке или ветку форума на Reddit, моментально схватывали суть. Им достаточно было увидеть край листа с технической документацией, как в их головах кипучая смесь разрозненной информации сама собой раскладывалась по полочкам. Этот навык работал у них как супероружие: они сразу, с ходу знали, куда нажать, и мгновенно задавливали сложнейшую задачу.

В то же самое время я мог сидеть долгими часами, до головной боли и рези в глазах, совершая жалкие, мучительные попытки настроить какой-нибудь элементарный веб-сервер Nginx. Ты смотришь на эту разницу в скорости мышления и понимаешь, насколько глубока пропасть. Пока они играючи щелкают проблемы, ты выжигаешь последние нервные клетки ради базовых вещей, которые у нормальных специалистов занимают пять минут.

Главный месседж

Мне 41 год. У меня больше нет здоровья, памяти и сил на этот экстенсивный, изматывающий труд. В IT вас ждет либо вечная гонка за технологиями, которые меняются быстрее, чем вы успеваете допить кофе, либо унылая рутина на дне техподдержки, где вы будете по колено в пыли монтировать кабели, а руководство скажет, что вы «не подходите» для роста. Вы будете вечно догонять уходящий поезд, тратить деньги на курсы, гуглить элементарный синтаксис и чувствовать себя беспомощным.

Если вы не родились гением алгоритмов, готовым жить на работе — не поступайте на IT. Это огромная иллюзия. Я выхода из своего тупика пока не вижу, зажатый между долгами, чужим кривым софтом и тотальным выгоранием. Не повторите мою ошибку.

Попытки «разогнать» мозг, отказы на рынке труда и выводы

Я честно пытался. Я инвестировал тысячи человекочасов и целые человекогоды жизни на то, чтобы понять, разобраться и практически осознать то, что я делаю. Я не ленился, я штурмовал эти знания. Но если подвести сухой итог: КПД от всех этих титанических усилий составил едва ли 1%. Результат нулевой. В какой-то момент я понял, что мой внутренний «процессор» просто не тянет этот объем хаоса, и начал искать спасение у специалистов. Я обращался к психологам, пытался изучать и применять на практике мнемотехники для улучшения памяти, искал способы искусственно разогнать когнитивные функции в голове. Вердикт: всё это полная шляпа и хня, которая никак не решает проблему выгоревшего в пепел ума.

Параллельно я пытался найти хоть какую-то альтернативу текущей удаленке и рассылал резюме. Итог на HeadHunter оказался отрезвляющим — тотальные отказы по всем направлениям. Единственное место, куда меня готовы взять с моим бэкграундом — это вахта на Крайнем Севере. Но и там ИТ-специалист на деле оказывается разнорабочим в стиле «принеси, подай, иди нахрен». Никакого интеллектуального труда, просто выживание в суровых условиях за те же копейки.

Если природа не наградила вас способностью на лету схватывать абстрактные алгоритмы и удерживать в памяти тонны постоянно меняющегося синтаксиса — никакие курсы, менторы, психологи и техники зубрежки вам не помогут. Вы просто сольете годы жизни, здоровье и кучу денег на то, чтобы в 41 год оказаться у разбитого корыта. IT не прощает отсутствия врожденного таланта к этому ремеслу. Экстенсивный труд через силу, когда приходится каждый день насильно заставлять себя садиться за монитор, имеет свой конечный ресурс. И мой ресурс исчерпан полностью.

Финальный штрих: Текст, который я не смог написать сам

И самое паршивое, самое добивающее во всей этой ситуации — даже этот манифест я не способен написать самостоятельно. Этот текст не родился из-под моего пера как цельный кусок текста. Я просто наговаривал и писал в нейросеть отдельные, рваные, кривые сообщения со своими мыслями, а она уже обобщала, выстраивала логику и формулировала предложения.

Если бы не искусственный интеллект, этот пост было бы физически невозможно читать. От осознания этого факта внутри остается отвратительное, липкое ощущение. Человек с двумя высшими образованиями в 41 год не может без помощи алгоритмов связно изложить историю собственной жизни. Технологии, от которых я так устал, в итоге стали моим единственным костылем, без которого я даже не могу закричать о своей боли так, чтобы меня услышали.