Пролог
Песок раскалённый. Воздух дрожит над камнями, как над открытым пламенем. Я лежу на краю каньона, вжавшись в щель между двумя скальными выступами. Гимнастёрка промокла насквозь, прилипла к лопаткам.
Проверяю детонатор. Пальцы скользят по холодным контактам, зажимаю переходник, подтягиваю ослабший штекер. Три опоры, пять килограммов на каждую. Если рассчитал верно — центр пролетит вниз, края зависнут. Конвой не пройдёт. Никогда.
Пахнет потом, порохом и раскалённым металлом. Осколок в боку ноет — тупая боль, от которой темнеет в глазах. Проверяю бинт. Кровь пропитала ткань, но не сочится — затянулось. Пока. Военная дисциплина — лучший анестетик. Но кроме осколка, ноет ещё кое-что. Затылок. Там, где под кожей прячется старый нейрочип. Шрам чешется, когда нервничаю. Сейчас зудит нестерпимо. Тру затылок о камень — легче не становится.
Вспоминаю, как устанавливал заряды три часа назад. Спускался по тросу на опору, ветер раскачивал, как маятник. Каждый заряд крепил к балкам в точках напряжения — рассчитал по чертежам моста. Если я ошибся, то не узнаю. Взрыв всё спишет. Глотаю слюну — она вязкая, почти не помогает. Смачиваю губы кончиком языка. Потрескались. Солёные.
На горизонте облако пыли. Сначала едва различимое марево, затем плотная стена, поднимающаяся на десяток метров. Гул турбин становится слышимым — низкочастотная вибрация, от которой звенят камни под локтями. Зубы начинают ныть.
Щурюсь, оцениваю расстояние. Колонна идёт точно по графику. Пунктуальные, сволочи. Хоть бы раз опоздали. Нет, куда там — корпоративная точность. Они и в аду будут являться минута в минуту.Поднимаю бинокль. Стекло треснутое, но работает. Первая машина. Логотип на броне: «Интеграл Биотех». Тот самый символ, который я видел на документах людей, отдавших приказ бомбить госпиталь.
— Приехали.
Планшет с картой — потёртый, в царапинах, экран треснут. Открываю схему моста, сверяю с местностью. Точки напряжения отмечены красным. Краем глаза замечаю ящерицу. Пробежала по камню, скрылась в трещине. Ей всё равно. Ей не грозит конвой, дроны, осколки. Завидую ей на секунду — и тут же отбрасываю мысль. Ящерица не сможет нажать на кнопку. А я смогу.
До входа колонны на мост — тридцать секунд. Проверяю таймер на детонаторе. Двадцать пять. Двадцать. Если рассчитал верно. Если они не свернут. Если не остановятся. Никаких «если». Они поедут по мосту. Им нужна скорость.
Первый транспортер въезжает на мост. Шестиколёсная махина переваливается через стык асфальта и металлического настила. Массивные колеса дробят гравий — звук похож на треск костей. Металл моста стонет под весом. Вибрация поднимается от опор, передаётся в землю, в камни под моей грудью. Чувствую её всем телом — зубы ноют.
Второй транспортер следом. Расстояние — метров двадцать, стандартная дистанция. Дроны по бокам покачиваются, их сенсоры сканируют берега, но не смотрят под мост. Я проверил. Мёртвая зона. Единственное, что корпораты не учли. Или им было плевать. Колонна растягивается по пролёту. Самый тяжёлый транспорт — в середине.
Палец на кнопке дрожит. Не от страха — от слабости. Кровь уходит, сознание мутнеет. Сжимаю челюсть, заставляю себя держаться. Перед глазами — её лицо. Светлые волосы, улыбка, глаза, которые смотрят с надеждой. Земля. Дом. Они заберут всех. Её голос в голове. Или моя собственная память. Я делаю это не ради войны. Ради спасения остальных.
Конвой на середине моста. Максимальная нагрузка на конструкцию. Закрываю глаза на секунду.
— Прости.
Нажимаю кнопку. Металл под пальцем проваливается внутрь с тихим щелчком.
