truetutu

А может и в самом деле - не надо ворошить прошлое? Пусть лежат на дне комодного ящика эти пожелтевшие листки, открытки, фотокарточки? Ведь они уже пролежали там четверть века. Несколько листков от попавших на них слёз истлели. Пройдёт время - истлеют и остальные. Уже сейчас приходится их чистить с трудом. А потом.... Что будет потом?

Его сын вырос. Растут внуки. Так ли всё идёт сейчас, как хотелось ему? Или может что-то надо изменить? И если надо , то почему? Но разве мы должны отчитываться перед тем, кого давно нет в живых? Разве мы обязаны? Я одна и краснею. Ах, это от того, что подумала, будто мы ему ничем не обязаны. А ведь может быть, что самолёт на нас - остановил он. Тот танк, что хотел раздавить нас - задержал он. Того фашиста, который хотел убить нас - убил он... Так значит, мы ему обязаны тем, что живы, тем, что каждый день приносит нам радость, солнце, любовь, жизнь.

Кто же ты, наш незнакомый отец? Какой ты? О том, что другого такого нет, что ты - лучший из людей, что если бы ты был жив - это было бы такое счастье - это я всё знаю. Свекровь говорит об этом не часто, но убедительно. О чём ещё она говорит? О том, что ты был очень красивый и добрый... И если б ты был жив, то жизнь была бы совсем другой! Может быть так оно и было. Ведь тогда она бы не придиралась к моим стихам: "Ну о чём ты пишешь? Ну кому это нужно? Ты вот напиши о нас, таких как я! Напиши, чтобы с нами не случилось, как бы не коверкала нас жизнь, а мы всё равно любим их, своих погибших мужей и ждём их. Не понять тебе, как мы их ждём... Вот об этом напиши!"

Но я бессильна так написать. Я слишком счастлива чтобы понять чужое горе. Но дети наверно не простят мне того, что их дед будет забыт, что они о нём ничего не знают. И я снова беру в руки письма с фронта, и снова в мою комнату входят годы войны.

Тоска по дому, по мирному труду заставляет пересмотреть свой жизненный путь.

" Здравствуй моя родная...Если бы можно было располагать временем, писал бы тебе без конца, кажется, не устал бы никогда. Очень часто просматривая свой жизненный путь, сравнивая его с настоящей жизнью, я вижу что стал совершенно другим человеком. Особенно большое влияние оказывают на "перерождение" боевые действия, в которых сам участвуешь. Такую же перемену вижу и на товарищах. Убедился, что люди, побывавшие на фронте, в боях - очень скромны.

Людей, которые строят из себя вельмож, ставящих на первое место своё "я" - таких на фронте нет. Я как-то, упрекал своего брата Ваню, "Ты слишком добрый для всех!", он ответил "Если придётся побывать на фронте и участвовать в боях, то узнаешь почему я такой". Эти слова подтвердились с некоторым добавлением - добрый для братьев по оружию и враг для гитлеровских насильников, вот этими двумя чувствами живут фронтовики и я с ними"

Если б ты знала какую радость мне принесло последнее письмо, я его получил в самый решающий момент, забыл про страх и опасность, загорелся таким желанием скорей разделаться с подлыми людоедами и придти к тебе на помощь. Признаюсь от чистого сердца, твоё письмо мне здорово помогло, откуда появилась только сила, сообразительность, находчивость, которые и принесли успех. И я прихожу к выводу, что в такую критическую минуту получить письмо от родной милой семьи, значит получить от неё практическую помощь по разгрому фашистских бандитов" А в конце письма приписано: я буду тебе высылать по несколько листов бумаги, чтобы было на чём писать мне письма.

Час расплаты настал, недалёк тот день, когда зардеют красные знамёна над городами и сёлами нашей Родины, временно попавшей под ярмо фашистского сапога и тогда в числе других и мы с тобой заживём радостной и счастливой жизнью, как жили до вероломного нападения фашистских полчищ на нашу жизнь и свободу.

"Дела мои идут лучше некуда, приобрёл новых друзей, с ними сроднились в совместных боях. Признаться по совести, я за всю свою жизнь не имел таких близких друзей, как сейчас, с которыми делишься всем, вплоть до своей жизни, знаешь что и его жизнь зависит от тебя."

Письма,письма, сколько строчек любви,нежности и гнева умели вы сохранить!

Она пришла, эта счастливая жизнь, но до сих пор её омрачают два письма, написанные незнакомыми людьми

"Дорогой Валерий! Я только что прочёл письмо, которое ты писал своему папе. К сожалению ответить на него он уже не может и потому я, его боевой товарищ пишу тебе ответ. Всякое бывает в нашей жизни, и хорошее и плохое. С твоим папой случилось несчастье, он хорошо дрался с фашистами, бил их беспощадно, смело вёл в бой своих бойцов, но осколком вражеского снаряда был убит.

Очень жаль нам боевого друга, знаю, чьл ждя ьеюя это большая утрата, но ты уже большой и должен понять, что плакать в такое время нельзя - слезами горю не поможешь. Упорно учись, будь так же настойчив и упорен, как был твой папа - гвардии капитан Жогов. Когда ты вырастешь, ещё сумеешь свести счёты с фашистами, а мы здесь на фронте сумеем отомстить за его смерть

До свидания. Целую тебя. С приветом, Миша Алексеев

Второе письмо получила жена. Такие письма получали солдаты. Я смотрю на штемпеь полевой почты - оно написано 5 августа 1944 года и номер этого письма 103

"Уважаемая товарищ Жогова!

Как ни печально, но факт остаётся таковым! Ваш муж, а мой командир гвардии капитан тов. Жогов в борьбе с финскими бандитами погиб смертью храбрых на поле боя и лично мной похоронен южнее в 1,5 километрах населённого пункта "Ихантала" на высоте 31.0

Я считаю, что как ни тяжела утрата для вас как для жены, но вы трезво отнесётесь к этому и встретите это печальное известие с должным спокойствием, свойственным русскому воину.

С ком. приветом, гвардии майор Родионов

Эти парни отнюдь не новое явление, всё те же лозунги и методы:

Александр Сергеевич Пушкин

Ты просвещением свой разум осветил,

Ты правды лик увидел,

И нежно чуждые народы возлюбил,

И мудро свой возненавидел.

Ты руки потирал от наших неудач,

С лукавым смехом слушал вести,

Когда полки бежали вскачь

И гибло знамя нашей чести.

Фёдор Михайлович Достоевский

критик о Смердякове из «Братьев Карамазовых»:

Подымется в России лакей и в час великой опасности для нашей родины скажет: «я всю Россию ненавижу», «я не только не желаю быть военным, гусаром, но желаю, напротив, уничтожения всех солдат-с». На вопрос: «а когда неприятель придёт, кто же нас защищать будет?», бунтующий лакей ответил: «В двенадцатом году было великое нашествие императора Наполеона французского первого, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки».

Лев Николаевич Толстой

Степан Аркадьич не избирал ни направления, ни взглядов, а эти направления и взгляды сами приходили к нему, точно так же, как он не выбирал формы шляпы или сюртука, а брал те, которые носят. А иметь взгляды ему, жившему в известном обществе, при потребности некоторой деятельности мысли, развивающейся обыкновенно в лета зрелости, было так же необходимо, как иметь шляпу. Если и была причина, почему он предпочитал либеральное направление консервативному, какого держались тоже многие из его круга, то это произошло не оттого, чтоб он находил либеральное направление более разумным, но потому, что оно подходило ближе к его образу жизни. Либеральная партия говорила, что в России все дурно, и действительно, у Степана Аркадьича долгов было много, а денег решительно недоставало. Либеральная партия говорила, что брак есть отжившее учреждение и что необходимо перестроить его, и действительно, семейная жизнь доставляла мало удовольствия Степану Аркадьичу и принуждала его лгать и притворяться, что было так противно его натуре. Либеральная партия говорила, или, лучше, подразумевала, что религия есть только узда для варварской части населения, и действительно, Степан Аркадьич не мог вынести без боли в ногах даже короткого молебна и не мог понять, к чему все эти страшные и высокопарные слова о том свете, когда и на этом жить было бы очень весело. Вместе с этим Степану Аркадьичу, любившему весёлую шутку, было приятно иногда озадачить смирного человека тем, что если уже гордиться породой, то не следует останавливаться на Рюрике и отрекаться от первого родоначальника – обезьяны. Итак, либеральное направление сделалось привычкой Степана Аркадьича, и он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове

Анна Каренина. 1873—1877

Николай Семёнович Лесков

«Если ты не с нами, так ты подлец!» По мнению автора статьи «Учиться или не учиться», это лозунг нынешних русских либералов. Мы совершенно согласны с автором, что приведённая фраза есть действительно лозунг наших либералов. «Если ты не с нами, так ты подлец!» Держась такого принципа, наши либералы предписывают русскому обществу разом отречься от всего, во что оно верило и что срослось с его природой. Отвергайте авторитеты, не стремитесь к никаким идеалам, не имейте никакой религии (кроме тетрадок Фейербаха и Бюхнера), не стесняйтесь никакими нравственными обязательствами, смейтесь над браком, над симпатиями, над духовной чистотой, а не то вы «подлец»! Если вы обидитесь, что вас назовут подлецом, ну, так вдобавок вы ещё «тупоумный глупец и дрянной пошляк». При таких-то воззрениях в наше время слагаются репутации многих или почти всех общественных деятелей…

Из статьи «Деспотизм либералов», 1862 год. [10]

Хорошая подборка есть на сайте, ссылка в комментах