Мир глазами... 1 часть
Я сидел в клетке. Клетка моя была хороша, ничего не скажешь! Прутья были ярко-желтого цвета, они напоминали мне пшеницу. В некоторых местах с них слезла краска, это напоминало мне поле после сильного ветра. В клетке была сделана масса разных удобств: на самой верхушке висели качели, справа и слева – колокольчики с зеркалами на пестрых разноцветных кольцах. Жердочек имелось целых три! Ничего не мешало с комфортом передвигаться по моей просторной клетке. Кормили и поили меня вдосталь и даже иногда отпускали полетать. Семья, в которой я жил, была достаточно большой.
Я любил усаживаться на плечи и клевать им уши, цепочки, копошиться в их шевелюре. Правда, они этого не любили: цепочки ломались, а в волосах оставались неприятные им следы. Я не боялся кошки, которая жила в доме, скорее, наоборот, она боялась меня, хотя иногда лениво замахивалась лапой. Так, мне кажется, она пыталась утвердиться в своих глазах, но мы оба знали, кто в доме хозяин. Меня это никогда не пугало, бывали моменты, когда я спокойно восседал у нее на спине, а она, казалось, не замечала этого. Забавная была кошка, как и вся семья. Я боялся и не любил только одного – человеческих рук. Это всегда вселяло в меня безграничный ужас, напоминало мне о прежней жизни, но об этом я расскажу позже.
Моя новая семья пыталась научить меня говорить и так приставала ко мне с этим, что я один раз сказал словечко, но больше решил их не баловать. К моему удивлению, это их сильно впечатлило, до сих пор вспоминают. Мне кажется, я идеальная птица: пою по утрам, кошку не обижаю, иногда выбираюсь сам из клетки, чтобы показать свою ловкость и необыкновенный ум, но они почему-то меня постоянно ругают перед гостями; переносят из комнаты в комнату; вечно убирают за мной мои перья и шелуху от зерен. Зачем? Мне нравится, когда меня окружают родные предметы. Одно время моя клетка стояла в коридоре на пианино, там было темновато, но когда один из человеческих детенышей играл на нем, я с удовольствием подпевал. Потом меня перенесли в гостиную, здесь тоже неплохо: я могу клевать цветы, но и за это меня тоже ругают. Да, здесь вроде бы хорошо, но все равно, я не могу долго оставаться в неволе. Скоро и эту комфортную, но все же клетку, я покину.
Страшные воспоминания не оставляют меня, будоражат по ночам. Когда я был еще птенцом, мне ломали крылья, купали в воде и кормили раз в неделю. Не знаю, как мне удалось выжить. Я не могу передать словами, как ужасна была прежняя семья. Их руки, их ужасные, зловещие руки тянулись ко мне, сжимали так, что я задыхался. Воистину, моя жизнь была нелегка. В доме присутствовали и другие животные, некоторые жили здесь еще до меня, некоторые появились гораздо позже. Все они были несчастны, я же еще боролся, не давался и кричал что есть мочи. Как только эти проклятые руки пытались схватить меня, я клевал их пальцы так, что они начинали кровоточить. Но и мне после этого причинялась ужасная боль. Так я пытался отстаивать свое право на свободу. Со временем у меня созрел план побега: всю осень, зиму и весну я изо дня в день долбил прутья клетки. Занимался я этим поздно ночью, как же я боялся, что меня заметят! Но все обошлось. И вот пришло лето, хозяева начали открывать окна. В одно прекрасное раннее утро я вылетел в мир. То, что я почувствовал тогда, было самое лучшее в моей короткой жизни. Я видел небо, видел деревья, цветы, птиц. Все радовало меня. Несколько недель я спокойно впитывал в себя все прелести свободы. Но разве что-то может жить без живительной силы воды? Пару дней бушевал сильнейший ветер с дождем. Каждую секунду я рисковал своей жалкой жизнью. Но мне повезло, я выжил. Когда все поутихло, я кое-как перебрался на куст смородины. Именно там меня и схватили. Вот так я обрел новый дом.
Из всего, что я говорил ранее, ясно, что новый дом не был для меня адом. Но постепенно старая мысль о побеге возникала в моей голове. Серое вещество интенсивно работало. Я не мог больше находиться здесь. Как бы я ни старался внушить себе, что это мой дом, клетка все равно оставалась для меня клеткой. Я желал свободы, я хотел снова быть высоко в синем бездонном небе. Я хотел ощущать прикосновения ветра у себя на крыльях; я хотел купаться в белом пушистом снегу и не мерзнуть; я хотел засыпать под осенним листом в дупле старого дерева. Все это были мои мечты…
Сказать по правде, я совершил эту глупость. Я улетел снова. И да… я парил в синем небе, да, я ощущал ветер у себя на крыльях, да, я купался в снегу, да, я спал под осенним листом. Но умер я, как и все бродячие птицы – по своей глупой неосторожности, небрежности и неумению выживать… Я был просто-напросто съеден дворовой кошкой.
Теперь, здесь, в другом мире, я задаюсь вопросом: зачем мне нужна была эта свобода? И от кого? От людей, которые меня любили? Лучше бы я остался с ними. Порой, тот, кто родился в неволе, никогда не сможет стать по-настоящему свободным, ему всегда будет не хватать хозяина и желтой клетки с тремя жердочками.
Я любил усаживаться на плечи и клевать им уши, цепочки, копошиться в их шевелюре. Правда, они этого не любили: цепочки ломались, а в волосах оставались неприятные им следы. Я не боялся кошки, которая жила в доме, скорее, наоборот, она боялась меня, хотя иногда лениво замахивалась лапой. Так, мне кажется, она пыталась утвердиться в своих глазах, но мы оба знали, кто в доме хозяин. Меня это никогда не пугало, бывали моменты, когда я спокойно восседал у нее на спине, а она, казалось, не замечала этого. Забавная была кошка, как и вся семья. Я боялся и не любил только одного – человеческих рук. Это всегда вселяло в меня безграничный ужас, напоминало мне о прежней жизни, но об этом я расскажу позже.
Моя новая семья пыталась научить меня говорить и так приставала ко мне с этим, что я один раз сказал словечко, но больше решил их не баловать. К моему удивлению, это их сильно впечатлило, до сих пор вспоминают. Мне кажется, я идеальная птица: пою по утрам, кошку не обижаю, иногда выбираюсь сам из клетки, чтобы показать свою ловкость и необыкновенный ум, но они почему-то меня постоянно ругают перед гостями; переносят из комнаты в комнату; вечно убирают за мной мои перья и шелуху от зерен. Зачем? Мне нравится, когда меня окружают родные предметы. Одно время моя клетка стояла в коридоре на пианино, там было темновато, но когда один из человеческих детенышей играл на нем, я с удовольствием подпевал. Потом меня перенесли в гостиную, здесь тоже неплохо: я могу клевать цветы, но и за это меня тоже ругают. Да, здесь вроде бы хорошо, но все равно, я не могу долго оставаться в неволе. Скоро и эту комфортную, но все же клетку, я покину.
Страшные воспоминания не оставляют меня, будоражат по ночам. Когда я был еще птенцом, мне ломали крылья, купали в воде и кормили раз в неделю. Не знаю, как мне удалось выжить. Я не могу передать словами, как ужасна была прежняя семья. Их руки, их ужасные, зловещие руки тянулись ко мне, сжимали так, что я задыхался. Воистину, моя жизнь была нелегка. В доме присутствовали и другие животные, некоторые жили здесь еще до меня, некоторые появились гораздо позже. Все они были несчастны, я же еще боролся, не давался и кричал что есть мочи. Как только эти проклятые руки пытались схватить меня, я клевал их пальцы так, что они начинали кровоточить. Но и мне после этого причинялась ужасная боль. Так я пытался отстаивать свое право на свободу. Со временем у меня созрел план побега: всю осень, зиму и весну я изо дня в день долбил прутья клетки. Занимался я этим поздно ночью, как же я боялся, что меня заметят! Но все обошлось. И вот пришло лето, хозяева начали открывать окна. В одно прекрасное раннее утро я вылетел в мир. То, что я почувствовал тогда, было самое лучшее в моей короткой жизни. Я видел небо, видел деревья, цветы, птиц. Все радовало меня. Несколько недель я спокойно впитывал в себя все прелести свободы. Но разве что-то может жить без живительной силы воды? Пару дней бушевал сильнейший ветер с дождем. Каждую секунду я рисковал своей жалкой жизнью. Но мне повезло, я выжил. Когда все поутихло, я кое-как перебрался на куст смородины. Именно там меня и схватили. Вот так я обрел новый дом.
Из всего, что я говорил ранее, ясно, что новый дом не был для меня адом. Но постепенно старая мысль о побеге возникала в моей голове. Серое вещество интенсивно работало. Я не мог больше находиться здесь. Как бы я ни старался внушить себе, что это мой дом, клетка все равно оставалась для меня клеткой. Я желал свободы, я хотел снова быть высоко в синем бездонном небе. Я хотел ощущать прикосновения ветра у себя на крыльях; я хотел купаться в белом пушистом снегу и не мерзнуть; я хотел засыпать под осенним листом в дупле старого дерева. Все это были мои мечты…
Сказать по правде, я совершил эту глупость. Я улетел снова. И да… я парил в синем небе, да, я ощущал ветер у себя на крыльях, да, я купался в снегу, да, я спал под осенним листом. Но умер я, как и все бродячие птицы – по своей глупой неосторожности, небрежности и неумению выживать… Я был просто-напросто съеден дворовой кошкой.
Теперь, здесь, в другом мире, я задаюсь вопросом: зачем мне нужна была эта свобода? И от кого? От людей, которые меня любили? Лучше бы я остался с ними. Порой, тот, кто родился в неволе, никогда не сможет стать по-настоящему свободным, ему всегда будет не хватать хозяина и желтой клетки с тремя жердочками.
