Старый и бородатый, но вспомнилось)
Прекрасный августовский вечер,
примерно 18-00. Я проснулся оттого, что мой пес лизал мне лицо и чуть-чуть попискивал. Накануне была какая-то вечеринка с количеством алкоголя, не совместимым с жизнью. Открыл глаза, пес продолжал свое занятие. У меня было легкое, ненавязчивое похмелье. Выражалось оно в частичном параличе половины моего тела, т.е. правая рука и правая нога не слушались моего мозга. А так же я оглох, и левый глаз перестал видеть. Если бы я даже захотел в этот момент что-то сказать, у меня бы максимум, что получилось, это:
— Аааа. Ууу. Гггг.
По глазам своей собаки я понял, что если в ближайшие минут 5 я не выведу его на улицу, то к запаху моего перегара добавиться еще и запах его дерьма.
Я накинул джинсовую курточку (которая в последствие сыграет не маловажную роль) и вывалился на улицу. Было воскресенье.
Вы когда-нибудь пробовали ходить с полностью не подвластной вашим желаниям рукой и ногой? Я дополз до ларька. Жестами показал, что мне надо два пива. Одно из которых было уничтожено моментально.
А жизнь-то по ходу налаживается. И посему решено было отправиться на прогулку в Ботанический сад. Это минут двадцать ходьбы.
И вот я на месте, собаки, люди, вечер, тепло. Я же пытался найти укромный уголок, чтобы спокойно выпить вторую бутылку пива, а мой пес мог спокойно погонять. Чего сделать в Ботаническом саду в воскресенье, просто не возможно.
То ли пиво, то ли вчерашняя вечеринка, сейчас сказать трудно. Но мой организм испытал первую волну. Люди, вас когда-нибудь переезжал каток? Меня в тот день переехал. Он наехал мне на голову и медленно начал двигаться по направлению к ногам. Единственным местом, через которое могло выйти все то, что двигал каток, была моя задница. Холодный пот покрыл все мое тело в одно мгновение. Моя задница спросила у меня:
— Слышь, брат, а может погадим?
И в тот же миг, волна пошла на убыль и пропала вовсе. Вот человек, ну дураку понятно, надо потихоньку идти домой. Но с другой стороны, все прошло, жизнь прекрасна.
И поэтому, я прислонился к дереву и закурил.
Вторая волна пришла как ураган. Резко, мощно, она попыталась выдавить из меня все одним махом. Я, по-моему, даже хрюкнул. Холодный пот уже второй раз за вечер покрыл мое тело. Я не просто захотел погадить, я понял, что или я сейчас это сделаю, или надо пальцем затыкать задницу. Вторая волна плавно пошла на убыль.
Я снова закурил. Собака мирно грызла палку, мне было хорошо. Но уже тогда тревожные нотки зародились в моем мозгу: «А не пойти ли мне домой?» Но вторая бутылка пива в моей куртке, сигареты и прекрасный вечер, отогнали эту мысль очень далеко. Моя правая половина тела, начала приходить в себя, я начал слышать двумя ушами.
Третья волна пришла как цунами.
Моя задница меня уже ни о чем не спрашивала, она просто кричала:
— А вот теперь парень, давай я буду гадить! Она не спрашивала, она утверждала.
Мои глаза вылезли из орбит, у меня по-моему даже язык вывалился изо рта. Титаническим усилиями сжав свои полупопия и сведя вместе колени, я понял, что у меня есть максимум минуты три-четыре, больше я не выдержу. Пристегнув собаку к поводку, я ломанулся просто, куда глаза глядят. Люди, Вы когда-нибудь пробовали бегать с плотно сжатыми полупопиями и сведенными вместе коленями? Я бежал и тащил за собой собаку.
Пробежав метров тридцать, я понял, что в том направлении, куда я несусь, я не смогу погадить. И поэтому я резко поменял направление и побежал в другую сторону. Сориентироваться на местности мешало то, что пыталось вылезть из меня. Когда я мельком взглянул на собаку, которая летела за мной, не касаясь земли лапами, то в ее глазах был всего один вопрос:
-Хозяин, ты что п…лся так быстро бегать?
Давление в заднице достигло критических параметров.
Мне уже было все по барабану. Я готов был просто сесть и погадить там, где стоял. Но мое воспитание не позволяло мне этого сделать.
Майка прилипла к моему телу.
Силы начали покидать меня. Я практически увидел, как моя задница начала открываться. Мое сознание исчезло, остались только дикие инстинкты. И о чудо, небольшая полянка, укрытая от взоров кустами. Как я быстро снял штаны — я сделал это по могучему, не стесняясь и не думая ни о чем. У меня было дикое расстройство желудка.
Вы, наверное, знаете — собачий нюх раз в сто сильнее человеческого обоняния. Мой пес, странно повел носом и очень уверенно направился, к моей заднице. Но получив два удара кулаком по морде, понял, что это не самое лучшее его решение.
— Ой, а кто тут у нас такой красивый?!
Я чуть не о…уел. Я даже чуть не ляпнул, что красивый это я.
Прямо по направлению к моему месту испражнения, шло очень милое создание женского пола с французским бульдогом.
У меня оставалось всего два варианта:
1. За 2 секунды вытереть задницу, надеть штаны и предстать во всей красе. Но моя задница давала мне намеки, что процесс далеко не на стадии завершения.
2. Продолжать сидеть в этом положении, делая вид, что просто присел на корточки.
Я выбрал второй вариант. Накинув одним движением себе на ноги курточку. Я остался сидеть!
— А у вас мальчик или девочка, а то я забыла дома очки и не вижу, — сказала пелотка, приближаясь ко мне.
— У меня, ма-ааааальчик, — выдавил я из себя. Я не контролировал свою задницу — мы жили в тот момент разными жизнями.
Пишу эти строки и плачу. Как тяжело гадить перед симпатичной девушкой, при этом делать вид, что просто сидишь на корточках.
Мой пес резво играется с бульдогом по кличке Муся. Ну как можно было назвать бульдога Мусей?
— Ой, вы знаете, мы недавно переехали сюда и у нас нет друзей, — прощебетала девушка.
Подожди, я ща прогажусь и стану тебе другом — пронеслось у меня голове.
— У кого это у Ва-аааас, — мля, моя задница меня сейчас попалит.
— Так у нас с Мусей, — захихикала девушка.
У меня затекли ноги. Шла десятая минута разговора. Вот только бы она не меняла свою позицию, в противном случае она сразу увидит мою голую задницу и то что, под ней, а там было на что посмотреть. Во время всего разговора, я чувствовал как из задницы постоянно, мелкими порциями, выливается г…вно.
— Ой, а Вы на выставки ходите? — проворковало создание.
— Хо-оооди-иимм, — простонал я.
— Ой, как интересно, расскажите, — невинно хлопая глазками, пропело создание.
Звездец, это просто звездец, я гажу прямо перед симпатичной девушкой и она меня еще просит рассказать, как мы ходим на выставки!
— Ну, мы это, чемпионы Укра-ааааины-ыыыы, — еще пару таких звуков и она подумает, что мне не хорошо. А мне действительно уже не очень хорошо. Идет двадцатая минута разговора. Она щебечет про то, как кормит и воспитывает Мусю, а я гажу помаленьку.
Я перестал чувствовать свои ноги. Попытался чуть выставить вперед одну из них — затея мне не очень понравилась, потому, что я чуть не упал в своё г…вно. Пора это все прекращать, вот только как? Сказать, что я сейчас погадил и мне надо вытереть задницу, и после этого мы продолжим нашу милую беседу? Нет, вариант отпал.
— Меня зовут Анжела, а вас как? — сказала девушка.
Ты мне еще руку протяни, для рукопожатия.
— А меня Са-аааашша-аа, — звездец, моя задница окончательно решила испортить эту идиллию.
— Я вот гуляю утром в 10-00 и вечером в 19-00, смотрите, как ваша собачка играет с моей, запишите мой телефон, давайте вместе гулять — выдает создание.
Если честно, очень хотелось послать ее на … вместе с Мусей, но я полез в карман куртки и честно начал записывать ее телефон. Писец, снял девку, когда гадил, гы-гы-гы, но именно тогда мне было уже не до смеха.
Моя задница сама по себе издала до того противный звук, что описать его, наверное, не получится. Но, скорее всего, это было похоже, на мокрый, прерывистый, гулкий п…деж, с вкраплениями звука падающего, жидкого г…вна. Я попытался скрыть эти звуки за своим кашлем. Может, девка ничего и не поняла, но Муся четко уловила направление этих звуков. Муся, не спеша, потрусила прямо ко мне. Мой же сука, пес, лежал себе и грыз палку. В моих мыслях было только одно — как отогнать Мусю. Если она подойдет чуть ближе, то она непременно уловит тонкий запах мои испражнений, и вот тогда Муся точно решит узнать природу происхождения этих ароматов. Задница опять издала звук, я уже ничего не заглушал, просто сидел, слушал щебетание девушки и ждал своей участи.
Муся, осторожно пройдя мимо меня, направилась к моей заднице. Я не знаю, что она там делала, но я четко ощущал её горячее дыхание, прямо возле задней части моего тела, мне захотелось плакать. Но Муся пошла намного дальше, она начала лизать мне задницу, сам анус. В моей голове пролетела мыслишка. Если Муся лижет мне задницу, значит, она стоит как минимум по пояс в моем г…вне. Вот тут, я совсем охренел, я просто представил себе вид этой Муси, когда она закончит лобызание.
Хозяйка Муси продолжала лепетать про проблемы воспитания собак, кормежки и дрессуры. Муся продолжала лизать мне задницу, а я просто закурил и заплакал.
И вот именно в этой райской идиллии наступил момент истины.
Четвертая волна калоизвержения была подобно девятому валу.
Я уже не мог контролировать ни себя, ни свою задницу. Я даже и не пытался сдержать эту волну. У меня создалось впечатление, что из меня в тот момент вырвалось наружу килограмма два г…вна. Муся странно хрюкнула и затихла. Я уже даже не потел, я просто ждал.
— Муся, Муся, девочка, иди ко мне, — встревожилась хозяйка.
А раньше, сука, ты не могла позвать свою собаку?! — в тумане пронеслось в моей голове.
Когда я увидел Мусю, я понял, что все страхи, которые мною испытаны до этого, были просто детским лепетом.
Муся двигалась странным зигзагом, постоянно натыкаясь на палки и ветки. При этом она издавала звуки какого-то мокрого кашля и сипов. Когда Муся проходила мимо меня, я просто ох…ел. Я полностью обгадил Мусю, с ног до головы, я загадил Мусе все — глаза, уши, рот, нос и вообще все тело. Это был большой кусок г…вна на бульдожьих ножках.
У Вас была собака белого цвета? Но теперь она у Вас коричневого. Вы забыли дома очки? Что Вы сделаете? Правильно, Вы возьмете ее на руки, дабы определить, странные перемены в окрасе вашего любимца. Хозяйка Муси взяла её на руки…
