На втором курсе института мы сдавали очень важный и нужный зачет. Настолько он был важный, что я с перепугу даже не помню название предмета. Что-то по педагогике. Важный он был потому, что вела его строгая и страшная то ли зам декана, то ли зам ректора (если такая должность существует вообще). Кароч, какое-то полубожество институтское. Ходили слухи, что незадолго до этого супруга ее, который ловко проставлял экзамены и зачеты всем желающим за отдельную большую плату, взяли с поличным и надавали по жопе за коррупцию и взяточничество. С тех пор так повелось, что взятки в этой семье не прижились. Соответственно сдавать предстояло самостоятельно, без дополнительных вариантов. То есть у раздолбаев типа меня шансов на пересдачу было примерно столько же, сколько лет дали мужу нашей преподавательницы. Много.
Это страшило всех настолько, что в коридоре почти от всех пахло валерьянкой. Знаниями и готовностью к зачету, тем не менее, попахивало не от всех. Лично я из багажа знаний с собой прихватила только полиэтиленовый пакетик, в котором бережно хранилась информация из одного выученного билета и фио преподавателя. Чтобы, когда буду молить о пощаде, случайно не тем именем не назвать.
Первой из кабинета вышла наша отличница-зубрилка. Бледная и с направлением на пересдачу. Трясущимися губами она прошептала «перцептивность» и ушла плакать. Следом за ней второй, третий, четвертый передовики учебы с заваленными зачетами сообщили, что жестко валит наша женщина вопросом, которого в билетах не было. По их рассказу, выслушав прилежно выученный ответ на билет, она достает из-за пазухи контрольное в голову «что такое перцептивность?».
Естественно все, кто не еще не успел пройти на плаху, тут же побросали все свои последние шансы подучить хоть что-то и кинулись изучать вопрос убийственной перцептивности. К тому моменту, когда тянуть дальше уже было некуда и настала моя очередь заходить в кабинет, я уже знала о перцептивности, кажется, все. Что это, зачем это, где училась, за кого могла бы выйти замуж и почему не вышла.
Поздоровалась, вытянула билет, села готовиться. Готовить было нечего. Вопросы из билета видела впервые, а перцептивность уже и так отлетала от зубов.
- Ну, *фамилия*, отвечай по билету.
Точно не знаю, на что я рассчитывала, но я вдохнула в себя побольше воздуха, зажмурилась и решила сразу зайти с козырей:
- Первый вопрос: история возникновения учреждений для воспитания детей, - невнятно пробубнила я. И тут же громко, почти встав на стул, как в садике на новый год, начала с выражением декламировать: ПЕРЦЕПТИВНОСТЬ (многозначительно посмотрела на препода) – ЭТО (улыбаясь во весь рот) …. Далее по тексту.
Не знаю, что больше сыграло мне на руку: моя экспрессия или она просто устала и вообще меня не слушала, но в то, что мой ответ с вопросом из билета совпал только в буквах, женщина-педагог не заметила.
Подойдя к концу своего повествования, я немного занервничала, потому что ответа на второй вопрос у меня не было так же, как и на первый, а слова про перцептивность подошли к концу, да и вряд ли она не заподозрила бы меня в мошенничестве, услышав повторно ПЕРЦЕПТИВНОСТЬ – ЭТО!!!
Но, видимо, от меня она получила даже чуть больше, чем ожидала, поэтому просто восхищенно сказала: достаточно, на второй можешь не отвечать, давай зачетку.
То волшебное слово и что такое студенческая смекалка, я запомнила навсегда. А из института, кстати, меня все равно отчислили. Но не за это.
