ProgrElectrMehan

Ребята привет. Нашел на просторах thingiverse мишку и захотел незамедлительно напечать.

При печати особых трудностей не возникло. Печатал в 0.8 масштабе. В итоге моделька в "рост" получилась около 10 см.

Процесс печати:

Из нюансов: Стоит уделить внимание соединительным элементам. Немного обработать ножом. Мелкие детали (поворотные крепления, глаза, нос) лучше печатать с 100% заполнением. Так же и "руки". Связано это с тем, что в плече имеется трубочка, на нее идет большое воздействие при повороте.

Шкурить модель не обязательно. Так она лучше выглядит. Слои дополняют геометрию полигонов. Модель с подвижными суставами.

Покраска. Красил с баллончика специализированной краской для пластика. Как вариант -напечатать разными цветами.

Перед покраской экспериментировал на кусочках пластика. Шлифовал, покрывал грунтовкой, обрабатывал ацетоном, комбинировал все вышенаписанные методы. Но остановился на обычной покраске. Поясню почему.

1) Шлифовка. Энерго и времязатратное дело. Можно размыть контура граней. Из плюсов - матовая поверхность при покраске.

2) Покрытие грунтовкой. Немного сгладит шероховатости. Но без шлифовки модели не даст должного результата. Только лишний расход средств.

3)Обработка ацетоном. Для лучшего результата необходимо заранее обработать наждачкой. Один большой минус. "Сжирает" края геометрии. Также придает модели глянцевый вид. Но это на любителя.

4) Покраска без предварительной обработки. Простой метод. Но не устраняет дефекты печати. Жаль не было шпаклевки. Замазать проблемные места и пройтись вдоль канавок острым предметом, тем самым наметив новые линии.

Преимущество метода- простота и отсутствие бликов.

Собираем всё вместе и получаем вот такого косолапого

Модель рассчитана на несколько положений. При вращении суставов, геометрия не нарушается. Все грани можно выставить в параллель.

Ссылочка на модель: https://www.thingiverse.com/thing:919380

Начало: https://pikabu.ru/story/shvartsengold_ili_molodoy_uchyonyiy_...

Источник: https://t.me/Schwarzen/11

Профессионалы

– Инесса Васильевна, мне для экспериментальной установки нужна такая подставка и держатель образцов, – Андрей Шварценгольд показал своему научному руководителю свою гордость – чертёж – плод работы трёх бессонных недель. – Тут надо приварить три металлических рейки, а вот эту деталь надо выточить…

– Хорошо, – сказала профессор Копытько ничего не поняв. – Я позвоню Сан Санычу – завлабу на машиностроительном, и он всё сделает.

Поход в лабораторию кафедры «Машиностроительные технологии» вселял оптимизм. Среди нагромождения пыльных токарных и фрезерных станков, Сан Саныч – 50-летний мужик с большими руками и красным лицом – посмотрел чертёж и авторитетно сказал: – Для такого профи, как я, это как два пальца об асфальт. Приходи через неделю. С тебя могарыч и штукарь за материалы.

Прошла неделя и Шварценгольд, с двумя бутылками коньяка «Ной» в пакете из «Магнита» и надеждой, постучал в двери лаборатории кафедры «Машиностроительные технологии». Ответом была тишина. Хотя Шварценгольд приходил ещё пять раз – от двери веяло холодом и тишиной.

Всю неделю Андрей наведывался в лабораторию утром, днём и вечером – результат был неизменен. Всё было заперто.

Через неделю случилась первая удача – он встретил Сан Саныча в коридоре Университета.

– А, Андрюха, – от завлаба попахивало свежим амбре. – У нас тут аврал один был, приходи в следующую среду.

В следующую среду двери лаборатории остались закрытыми. Оказалось, что Сан Саныч заболел.

– Что-то несерьёзное. Перепил или грипп, – сказали на кафедре.

Ещё через неделю Сан Саныч оказался в командировке в Геленджике, где кафедра «Машиностроительные технологии» проводила Международный семинар «Новые инновации в традиционном машиностроении». За придание международного статуса отвечал приятель заведующего кафедрой из Беларуси, с которым они пили на протяжении всей недели.

А ещё через неделю… Андрей не выдержал и пришёл жаловаться своему научному руководителю. Профессор Копытько позвонила заведующему кафедрой «Машиностроительные технологии» и дело сдвинулось с мёртвой точки.

Через два дня Шварценгольду позвонили и сказали прийти в лабораторию. Андрей был на месте через одну минуту и тридцать девять секунд – именно столько времени у него занял галоп с пятого этажа кафедры «Наноэлектроники и физики дискретных квантовых вычислений», где он работал, до первого этажа второго корпуса, где находились лаборатории кафедры «Машиностроительные технологии».

Начало: https://pikabu.ru/story/shvartsengold_ili_molodoy_uchyonyiy_...

Источник: https://t.me/Schwarzen/11

Большие учёные

– Это что за мощи? – Андрей Шварценгольд разглядывал, как немощного старца со странной улыбкой аккуратно под руки ведут двое студентов.

– Мощи? Это ты точно подметил, – засмеялся аспирант третьего года обучения Семён. Фамилию Семёна Андрей не знал, что совсем не мешало их общению. – Это же Илларион Петрович Бабков. Ему 84. Профессор и Академик. РАЕН правда.

– РАЕН – это что? – заинтересовался Андрей.

– Российская академия естественных наук. Это такая организация для тех, кто очень хочет быть академиком, но для настоящей Академии наук, это которая РАН, рожей не вышли: либо папа не Академик, либо денег не хватило. Вот и есть такой бюджетный вариант – РАЕН.

– А что его притащили?

– Сегодня же защитный Совет.

– Чего? – Андрей растерялся от обилия новых понятий.

– Вот всё, вам, молодёжи, надо объяснять, – снисходительно сказал Семён младшему товарищу. – Ты думаешь, что написал диссертацию и тебя сразу сделали кандидатом наук? Нет. Там много всякой фигни надо сделать, но главное защита, которая происходит на заседании Диссертационного Совета. В этот Совет входит пару десятков профессоров, которые якобы являются специалистами по теме диссертации.

– «Якобы»? – недоумённо повторил Андрей.

– А ты думаешь, что Илларион Петрович может быть специалистом в чём-то кроме пожрать, поспать и посрать? Причём в различных последовательностях. Или твоя Копытько является спецом в «Химической технологии», членом Диссертационного Совета по которой она является? – фамилия научного руководителя привлекла внимание Андрея.

– Я, вообще, не могу понять, в чём она является специалистом... – задумчиво промолвил Шварценгольд и ткнул пальцем в уводимого вдаль Академика. – Но зачем же его таскают на эти Советы?

– Да некому в этих Советах уже заседать. Они же последние 20 лет такого дерьма назащищали, что твоя 60-летняя Копытько у них самая молодая девочка-член Совета.

– Девочка-член Совета, – улыбнулся Шварценгольд. – Подожди, но каждый год же защищается много кандидатов и докторов...

– И? Защищают же всякий хлам за бабки или другие ништяки. Вот сегодня защита кандидатской директора заправки – ему уже по статусу положено, – и докторской замглавы Урюпинского района. Сам понимаешь, какие это учёные. Вот такие многочисленные доктора и могли бы, потом заседать в этих Советах, но тут есть засада. Что бы быть членом Диссертационного Совета необходимо иметь свежие публикации в научных журналах, а у наших «докторов» всю науку после защиты, как отрезало. Ну, это ясно почему. И вот оказалось, что вроде докторов полно, а кроме побитых молью профессоров и мощей, как ты правильно заметил, никого не осталось тут. Выжженная земля. И с учётом того, что средний возраст в этих советах приближается к 80-ти, то они просто вымирают.

Семён подмигнул товарищу и продолжил.

– Тут самая фишка даже в другом, помнишь Тиртичного Якова Петровича?

– Это который полгода как умер?

– Его самого, – радостно закивал Семён. – Он всё ещё числится членом этого Совета! Этих членов должно быть 19, по-моему. И им просто некем его заменить. Вот он пока в членах и заседает. Даже сейчас.

– «Мёртвые души». Том третий, – поражённо вымолвил Шварценгольд.

Начало: https://pikabu.ru/story/shvartsengold_ili_molodoy_uchyonyiy_...

– Шварценгольд, не хочешь подработать? – Игорь Бедных, аспирант кафедры химии ГУКУ, радостно стучал Андрея Шварценгольда по спине.

– Разгружать фуры я больше не буду.

– Нееее, я тоже этим уже не занимаюсь, – рассмеялся химик. – Ты слышал про «Академию Эйнштейнов»?

– Что-то писали в «Молодёжном вестнике ГУКУ»…

… У Ирины Леонидовны Дьячко – Проректора ГУКУ по социальному развитию и академическому непрерывному образованию (или кратко СРАНО – до сих пор не известно, в чьей светлой голове родилось такое замысловатое название) – было любимое детище – «Первая Академия Урюпинских Эйнштейнов №2» , созданная на базе общеобразовательной школы №2, отданной под шефство ГУКУ, чем и объяснялся странный порядковый номер Первой Академии.

– Это будет действительно элитное заведение, где мы будем готовить элитных школьников для элитных специальностей ГУКУ, – тяга к «элитности» у Ирины Леонидовны была с детства, проведённого в селе Золотари, Волгоградской области.

Элитными направлениям в ГУКУ считались бухгалтерский учёт и ветеринария – гордость и отрада ректора.

– И обучение там будет стоить денежку немалую! – нараспев закончила презентацию своего проекта проректор по СРАНО ГУКУ. Этот аргумент оказался решающим, и ректор Сатаров Владилен Игнатьевич дал добро на воспитание урюпинских Эйнштейнов в стенах ГУКУ…

– Вот, тогда ты должен был слышать слоган этой Академии «ЕГЭ на 100!» – продолжал Игорь Бедных, – Народ, правда прикалывается, что 100 – это суммарный балл, который смогут набрать выпускники нашей Академии по всем предметам, но я не об этом. Они набрали детей в классы и берут с них по 20 тысяч в месяц.

– Сколько?! – удивлению Шварценгольда не было предела: – Да кто же у нас в Урюпинске может столько заплатить? И за что они платят?

– Ты знаешь, оказалось, что таких полно. Эти Урюпинские Эйнштейны – ещё та «элитка», – усмехнулся Игорь: – Внук второго замглавы Урюпинского района, дети директора заправки, закусочной «Наливайка», ну, и прочая шушара из налоговой, ментовки и депутатов. Всех цепляет «элитное образование» и уверенность, что их дети получат по 100 баллов по ЕГЭ.

– А кто же их учит? – Андрей всё пытался посчитать, сколько же зарабатывает Университет на этих элитных школьниках.

– Вот тут и проблема. Сначала набрали каких-то своих знакомых и выпускников из какой-то глуши: из Сибири там, Уренгоя, Ставрополя и ещё откуда-то. Но через месяц даже самые тупые из урюпинских Эйнштейнов поняли, что хрен они получат не только по 100, но даже по 20. Так как вчухивают обычную школьную программу, но в красивых креслах и новых раскрашенных стенах. Но за 20 тыщ в месяц! Там был большой скандал, и теперь решили подключить профи, т.е. нас, преподов из ГУКУ. Вот я туда химиком устроился, а ты не хочешь физику вести?

– А что платят? – в сомнении спросил Андрей.

– Универскую почасовку. Но повышенную – 250 рэ за пару. Так как там уроки, как в школе, то будешь получать за урок 125 рублей. Ну и минус налоги. Сотка будет выходить точно.

– Они платят по 20 тысяч в месяц, а мне по 125 рублей?

– Не забудь налоги, – торопливо добавил Игорь.

– И хотят, что бы их детей подготовили на 100 баллов ЕГЭ?

– Да! – Игорь сиял, – Согласись, они идиоты. Элитные идиоты.

Начало: https://pikabu.ru/story/shvartsengold_ili_molodoy_uchyonyiy_...

Встреча

– Андрюха, пошли сегодня гульнём, как в студенческие! – предложение бывшего однокашника Сашки Петрова было, как никогда, кстати, т.к. измученному составлением Учебно-методических комплексов дисциплин Андрею Шварценгольду просто требовался отдых.

В стекляшку «Марина» – любимое место всех университетских алкашей решили не идти, т.к. уже вроде не совсем нищета и статус другой. Остановились на суши-баре с аутентичным названием «Япона мать», где, как утверждал Сашка, есть вполне приличный коньяк дагестанского разлива. Большим докой в этом Сашка стал, гоняя из Дербента безакцизную водку.

– Здравствуйте, Андрей Исаакович, – выбор закуски к трёхзвёздочному коньяку «Царица Тамара» был вероломно прерван студентками группы УУГП-128. Они стояли у столика друзей, хихикали и пялились на Шварценгольда с другом.

– Здравствуйте, – с трудом выдавил из себя Андрей, и добавил шёпотом Сашке: – Пошли отсюда, тут мои студентки. Неудобно как-то...

Этот вечер для Андрея был как Хэллоуин для православного батюшки или март для кастрированного кота. Во всяком случае, Андрей думал именно так.

В кафе «Граф», ещё не успев сесть за столик, он был дважды поприветствован студентами групп, которые он вёл в понедельник и среду.

В кафе «У Гиви» они даже успели взять меню, но тихое «Добрый вечер, Андрей Исаакович» заставило их вздрогнуть. Блики света на очках Игоря Альбертовича Стёпушкина, замдекана факультета Андрея, внимательно и ласково изучали Шварценгольда и его друга. Пришлось быстро ретироваться.

Друзья решили поменять тактику. Сначала в заведение общепита заходил Шварценгольд, и быстро осматривал все столики и официантов на наличие своих студентов и сослуживцев. Так навсегда были забыты кафе «Ласточка», «Огонёк», чебуречная «Чебурек» и блинная «Блинная», где блинов не подавали уже лет пять.

Они устали и т.к. время уже было позднее, то Андрей предложил:

– Пойдём ко мне домой. Там и мама закусить что даст.

Андрей с Сашкой стояли в очереди на кассе в Магните и держали по бутылке коньяка и лимону. Страшно хотелось выпить и пожрать.

– Здравствуйте Андрей… – голос сзади переполнил чашу разочарования Шварценгольда и он заорал на весь магазин:

– Да отстаньте вы от меня все! У меня выходной, дайте набухаться спокойно с другом!

– Андрюша, да вы что, я… – соседка с пятого этажа тётя Валя была в шоке, т.к. никогда ничего подобно не слышала от такого культурного мальчика, как Андрюша Шварценгольд.

– А… Валентина Ивановна, простите. Работа нервная, – сказал Андрей и решил напиться сегодня в сопли.

Начало: https://pikabu.ru/story/shvartsengold_ili_molodoy_uchyonyiy_...

Заседание

Заседание кафедры, как обычно, обещало быть скучным, и Шварценгольд не ждал ничего кроме потери часа времени. Заседания представляли собой политинформацию о последних приказах по университету. Однако в привычный сценарий вмешался Сергей Семёнович Ивлеев.

– Инесса Васильевна, у вас сегодня замечательная причёска. Прям, как у Марины Александровны на вчерашнем заседании.

Глава кафедры «Наноэлектроника и физика дискретных квантовых вычислений» ГУКУ Инесса Васильевна Копытько глупо заулыбалась, но затем посерьёзнела.

– Это какая Марина Александровна?

– Конечно Боровская, – в довольной улыбке расплылся Семён Семёнович Ивлеев. Информацию о причёске он почерпнул из вчерашней пресс-конференции Марины Александровны Боровской – зама министра науки и высшего образования Михаила Михайловича Котюкова.

Сергей Семёнович, как человек продвинутый, был подписан на несколько телеграм-каналов, одним из которых был @scienpolicy – главный канал о политике в науке и образовании. Каналу исполнился ровно год и Сергей Семёнович, как один из первых подписчиков, был в курсе всех последних новостей и веяний в российском образовании, что делало его очень информированным человеком в ГУКУ, где 95% сотрудников, включая ректора, даже не знало о существовании телеграм.

–Боровская… Это кто такая? Напомни.

–Ну, как же, – улыбка Сергей Семёновича стала видна со спины. – Это же зам Михал Михалыча.

– Михал Михалыча? – ещё меньше поняла профессор Копытько.

– Который Котюков.

– Котюков… Котюков… Что-то знакомое… Это что ли наш новый проректор по капстроительству? – обрадовалась своей идее Инесса Васильевна.

– Практически так, – засмеялся в ответ Ивлеев.

«Что это за Марина Александровна такая?» – с досадой подумала Копытько. «Надо сказать Циле, чтобы больше меня так не стригла, а то будем, как две болонки, сидеть на совещаниях».

УМКД

– Андрей Исаакович, – Маргарита Петровна Игнатова, ответственная за методическую работу кафедры была предельно вежлива, – Инесса Васильевна сказала, что её рабочие программы будете делать вы. Не забудьте, что срок сдачи УМКД прошёл на прошлой неделе, поэтому, будьте добры, сделайте всё к понедельнику.

– УМК что? – не понял Шварценгольд.

– Учебно-методический комплекс дисциплины, – спокойно расшифровала Маргарита Петровна. – Жду вас в понедельник с УМКД.

– Да, Инесса Петровна что-то говорила. Это там надо написать, что студентам делать на занятиях? Я всё сделаю, – неуверенно проронил Андрей...

В воскресенье вечером он вспомнил про УМКД и решил быстренько сделать хотя бы пару. Взглянув в пример, он пришёл в ужас.

– Маргарита Петровна, это вообще, реально? – почти неспавший Шварценгольд в понедельник с утра возбуждённо размахивал бумажками перед лицом доцента Игнатовой. – Это какой идиот составлял?

Андрей начал быстро говорить:

– Я думал, что студент за время пребывания в университете должен многому научиться, а оказывается, что он должен «приобрести компетенции». Как вам это? Из «Основ наноэлектроники»: студент должен получить «способностью к самоорганизации и самообразованию»?! Что? В результате изучения курса «Наноэлектроники» он должен приобрести способность! Скажу лучше – перк: Самоорганизация! +5 к подъёму с утра и – 3 ко сну.

Андрей начал захлёбываться от возбуждения.

– А как такое? В результате освоения курса «Квантовая физика» студент должен приобрести «способность работать с компьютером как средством управления информацией»! Это что за бред?

Так ещё надо расписать, что студент должен «знать», «уметь» и «владеть» при получении этих компетенций. В трёх уровнях!

Андрей покраснел и уже почти кричал.

– Ладно, я напишу: Знать. Уровень 1. Знать, как включать компьютер.

Уровень 2. Знать, как выключать компьютер.

Уровень 3. Знать, как включать и выключать компьютер, и найти электронный адрес того дебила, который всё это придумал, что бы послать его нахер!

– Андрей Исаакович, у вас всё? – Маргарита Петровна уже много лет на кафедре занималась Федеральными государственными образовательными стандартами или ФГОСами, и обладала поистине фантастическим терпением. Просто буддистским. – Я рада, что вы начали работать. Вы сейчас перечисляли компетенции из ФГОС 3+. Но не забудьте, что для всех дисциплин надо делать ещё УМКД и по новому ФГОС 3++, а там уже другие компетенции.

У Андрея земля начала уходить из-под ног.

– И ещё одно, – в голосе Маргарита Петровна послышались нотки жалости. – Андрей Исаакович, обратите внимание, что даже в рамках одного направления подготовки на первом, втором или четвёртом курсе компетенции могут отличаться.

Рёв Шварценгольда заполнил весь пятый этаж, где располагались аудитории кафедры «Наноэлектроника и физика дискретных квантовых вычислений» ГУКУ.