«Чем более странным нам кажется сон, тем более глубокий смысл он несёт» — Зигмунд Фрейд
«Кошмар на улице Вязов», без сомнения, выдающаяся франшиза. Образ призрачного маньяка-убийцы Фредди Крюгера намертво вписался в пантеон культовых кинозлодеев, став в некотором роде нарицательным. За годы существования сериала его биографию расписали чуть ли не по минутам, включая годы до рождения и после смерти. Но что если в оригинальном фильме 1984 года, подобно не менее культовым «Пятнице, 13-го» и Джейсону Вурхизу, убийцей был вовсе не он? Сложно представить, но всё же существуют некие доводы в пользу этой теории.
Итак, первым делом нужно уточнить две вещи. Во-первых: лейтмотивом фильма идёт тема снов. Прямым текстом в ленте несколько раз проговаривается, что сны — это не реальность, в то время как главная героиня Нэнси упорно отрицает оную аксиому. Этот аспект важен для понимания того, что не всё, что мы видим в фильме, реально с нарративной точки зрения. Во-вторых: центральным персонажем выступает Нэнси, а это значит, что повествование идёт через призму её личности. По сути, весь сюжет — её пересказ неких событий, только не от первого лица. В контексте первого уточнения можно предположить, что девушка — намеренно или нет — искажает истинную картину произошедшего. Но зачем ей это нужно? Ответ напрашивается сам собой: она и есть настоящий убийца в «Кошмаре на улице Вязов».
Чтобы понять данное предположение, нужно рассмотреть как минимум две важных составляющих: мотивацию и возможности. Начнём с первого: Нэнси психически нездорова. У неё маниакальный психоз, параноидальная шизофрения или что-то ещё, передающееся по наследству. Болезнь обостряется в непростой подростковый период, когда гормональная буря дисбалансирует и без того шаткую психику, что приводит к печальным последствиям.
В пользу наследственного заболевания говорит её семейное положение. Нэнси воспитывает мать-одиночка. Причин для несчастного брака с последующим разводом множество, так что ранняя беременность в школе с вынужденным замужеством и проблемами с ментальным здоровьем ничуть не хуже остальных. Кроме того, именно её мать хранит перчатку с ножами и, вероятно, фетровую шляпу маньяка-убийцы. То, что именно Крюгер был детоубийцей, казнённым судом Линча, зритель знает исключительно со слов миссис Томпсон. Но где гарантии, что это не она убивала детей, после чего подставила ни в чём не повинного Фредди? Мать не объясняет, откуда у неё столь хорошо сохранившееся орудие убийства. С таким же успехом Мардж могла кромсать в юности детей, прежде чем самосуд над Крюгером, медикаментозное лечение и, опционально, прикрытие мужа-полицейского не поставили крест на серийных убийствах.
Нэнси запросто могла обнаружить самостоятельно перчатку и шляпу в подвальной печи до начала фильма. Ей не обязательно знать предысторию местного маньяка, чтобы съехать с катушек, но немаловероятно, что она её знала. Одним из последних катализаторов — или всего лишь удобным прикрытием — стал разговор с Тиной о кошмарах. В фильме только девушки обсуждают внешность приснившегося человека, парни лишь вскользь упоминают, что им тоже снились кошмары. Нэнси в течение дня запросто могла как сама наслушаться деталей, чтобы в дальнейшем подыграть, так и намёками натолкнуть остальных. К примеру, надоумить Рода воспроизвести скрипящий звук.
Знаменитая сцена с упавшим со стены распятием и нависающим образом Крюгера может толковаться иносказательно, как окончательное поражение психики девушки над ментальными демонами. Нэнси не сжимает распятие, как Тина в начале фильма, она отказывается от бога, возвращая крест на стену. После чего тихо крадётся в комнату Тины, аккуратно кромсает её, и возвращается в гостевую комнату. Метания Рода вовсе не обязательно имели место быть, даже если зрителю их показали. Глен, как мы знаем, спит довольно крепко, он не даёт показаний о криках в полицейском участке. Нэнси вполне могла разбудить его, заявив, что Род орёт от страха, после чего они поднимаются в комнату — она быстро, сонный парень с отставанием. В спальне валяется окровавленная Тина, испугавшийся Род сбежал в окно.
В дальнейшем Нэнси неоднократно беседует с Гленом, но свидетелей при этом нет. Всё, что он говорит, можно списать на «ненадёжного рассказчика», чья задача отвести зрителю глаза. К тому же в ночь, когда задержанный Глен найден повешенным, Нэнси в полицейском участке обороняет: мне нужно повидаться с ним снова. Может, она уже навещала его ранее? Смогла бы хрупкая девушка запросто повесить парня? Вряд ли. Но она вполне могла внушить ему чувство вины, что он в бреду зарезал свою девушку и что теперь ему не избежать электрического стула. Так что не проще ли покончить со всем прямо здесь и сейчас?
Следующей жертвой стал соседский паренёк Глен. К тому моменту мамаша, уже начавшая догадываться о наследственном недуге дочери (когда та протаскивает в больницу шляпу из подвальной печи), вешает на окна решётки. На первый взгляд — для того, чтобы защитить дочь. На самом деле — чтобы защитить людей от дочери. Но при этом старшая миссис Томпсон слезает с таблеток и начинает глушить алкоголь от стресса. А когда в замкнутом пространстве встречаются два маньяка, кому-то не поздоровится.
Впрочем, Нэнси не пальцем делана: она либо крадёт у матери ключи, либо заблаговременно делает второй комплект. Созвонившись с Гленом, она договаривается о встрече у него, после чего тихо и незаметно, как с Тиной, потрошит его на части. Затем крадётся обратно в дом, и, чтобы отвести от себя подозрения, звонит ещё раз дружку, зная, что он уже трубку не возьмёт, а вот родители — как раз. Они и послужат в качестве косвенного алиби.
В итоге Нэнси остается один на один с матерью, которая решает тряхнуть стариной и убить собственную дочь, пока та не натворила ещё больше бед и не спалила всю легенду. Но подросток переигрывает женщину, попутно обставив всё так, будто в дом прокрался кто-то ещё и чуть не устроил пожар. Впрочем, от намётанного глаза отца не скрывается ничего и героиня уезжает куда-то далёко — то ли на принудительное лечение, то ли пускаясь в бега.
А при чем здесь Фредди Крюгер? А ни при чем. Он просто невинная жертва, подставленная в прошлом Мардж Томпсон. Нэнси использует его образ в качестве прикрытия, решив не просто запугать городок банальным маньяком-убийцей, но и придать ему инфернальных сверхъестественных чёрт.
