Полный котизм
1 пост
1 пост
1949 год, река Янцзы. Британский фрегат HMS Amethyst шёл в Нанкин и попал под огонь артиллерии. Корабль получил больше 50 прямых попаданий, сел на мель и на 101 день застрял посреди реки. Погиб капитан. А ещё на борту был кот.
Звали его Саймон. За год до этого 17-летний матрос Джордж Хикинботтом подобрал тощего бродячего котёнка на верфях Гонконга и тайно пронёс на борт. Саймон быстро занял официальную должность — ловля крыс, охрана припасов, а по совместительству — талисман экипажа, который умел спать в капитанской фуражке.
Когда снаряд разнёс каюту капитана, Саймон был рядом. Осколки полоснули по лапам, спину и морду обожгло, усы выгорели. Матросы вынесли его на палубу — и были уверены, что ночь он не переживёт. Корабельный врач вычистил из него четыре осколка и заявил: живучий.
Через несколько дней кот вернулся на службу. На стоящем в мёртвой реке корабле расплодились крысы — голодные, наглые и дерзкие настолько, что кидались на людей. Запасы таяли. И вот раненый кот, едва стоящий на лапах, каждый день вылавливал по крысе и обходил лазарет, где лежали израненные парни. Сидел рядом, мурлыкал. Многие потом признавались, что эти визиты держали их в порядке не хуже морфина.
Финальный аккорд: экипаж объявил войну гигантской крысе, которую в шутку окрестили «Мао Цзэдуном». Саймон выследил и уничтожил её. За это кота произвели в «матросы» (Able Seacat — да, звание кота в Королевском флоте — это реальность).
Ночью 30 июля «Аметист» погасил огни и под прикрытием проходившего судна совершил дерзкий 104-мильный прорыв к морю. Успешно.
Дальше — слава: Саймон стал мировой знаменитостью, получал так много писем, что на корабле ввели должность «офицера по коту». Ему вручили медаль Марии Дикин — высшую награду Великобритании для животных, «Крест Виктории для животных». За всю историю награды среди награждённых — 32 голубя, 18 собак, 3 лошади и ровно один кот.
Грустный финал: по британским правилам Саймона отправили в карантин, где старые раны дали осложнение. 28 ноября 1949 года он умер в два года. Похоронен с воинскими почестями, на надгробии выбили: «На протяжении инцидента на Янцзы его поведение было безупречным».
Маленький, раненый, он просто продолжал делать свою работу. Иногда этого достаточно, чтобы стать легендой.
