Теперь же внутри меня накопился такой стратегический запас жидкости, что мочевой пузырь уже начинал орать о помощи.

Я посмотрел направо.

Какой-то сердобольный человек благоразумно оставил рядом со мной пластиковую канистру.

Штука интересная. Похожа на канистру для масла, только вытянута вверх, почти как свечка, и сверху довольно широкое горлышко.

Опустил я, значит, пистоль в канистру.

Жду.

Ничего.

Ещё жду.

Нихуя.

И вот тут мне стало не по себе.

Потому что одно дело - переломы, вывихи, спицы, железо и двенадцать килограммов, подвешенные к пятке.

А другое дело - когда организм внезапно сообщает:

"Извините, данная функция временно недоступна".

Думаю:

"Ну всё. Пиздец. Приехали. Я себе и там ещё всё отбил".

Лежу. Тужусь. Пытаюсь выдавить из себя хотя бы каплю росы.

Естественно, как грибы после дождя, откуда-то моментально появились советчики.

- Ты водички попей. Лучше пойдёт.

А я-то прекрасно понимаю, что дело нихуя не в нехватке водички. Склад забит под завязку. У нас проблема с отгрузкой.

В общем, мыкался я так довольно долго.

Представлял Ниагарский водопад.

Потом Гарский водопад, что бы это ни означало. Но спустя примерно двадцать минут внутренний клапан наконец сказал:

"А-а-а, блядь, вот чего вы хотели". И открылся.

Я лежал и впервые за последнее время совершенно искренне улыбался.

Фу-у-ух. Пронесло. Всё работает.

Ну а дальше начался очередной день открытых дверей.

Первым пришёл один из тех самых травматологов из первой части. Один из двух шкафов, которые вчера собирали мою правую руку.

Спросил:

- Ну как здоровье?

Потом немного помялся и добавил:

- На нас-то не сильно обижаешься?

- Да ни капельки. Я про это недоразумение вообще почти сразу забыл.

Он подозрительно на меня посмотрел.

- Правда?

- Конечно. Ровно в тот момент, когда мне начали сверлить ногу.

Заржал.

Посидели минут десять, попиздели за жизнь. Потом он попрощался и ушёл. Больше я этого добряка никогда не видел.

Следом пришла та самая медсестра.

И мы с ней принялись разглядывать произведение непризнанного уличного художника, которое за ночь, довольно бодро, расползлось по всей моей левой руке.

Синие разводы, фиолетовые прожилки, чёрные пятна.

Было красиво, если на секунду забыть, что холстом выступал я.

Посмеялись. Она засадила в меня очередную порцию "витаминов", на этот раз благоразумно в ногу, приподняла груз, я подтянул ногу обратно на этажерку, и минут через десять боль наконец заткнулась, а мозг, оставшись без основной программы телепередач, от нечего делать включил мультики.

Мультсеанс, правда, продлился недолго. Зашёл лечащий врач.

- Ну что беспокоит?

Я посмотрел на него.

Потом на свою ногу.

Потом на гири, болтающиеся возле пола.

- Вот эта поеботина меня очень сильно беспокоит. Я её реально уже не вывожу.

Он попросил ещё потерпеть. Объяснил, что ногу сейчас нужно максимально разгрузить и вытянуть, чтобы всё там схватилось и заросло в лучшем виде.

Окей.

Поверим специально обученному человеку.

Тем более что после вчерашнего я уже понял: если врач говорит просто "потерпи" и при этом не берёт в руки дрель - день складывается удачно.

А потом принесли завтрак.

И тут я внезапно вспомнил, что существует такая вещь, как больничная еда.

Манная каша с комочками.

В центре тарелки плавал добротный шмат сливочного масла.

Бутерброд с варёной колбасой.

Чай.

После вчерашнего банкета из морфия, трамадола и собственного адреналина всё это выглядело почти как шведский стол.

Поел я с удовольствием.

Правда, всё приходилось делать левой рукой. Что, как выяснилось, было пиздец как не с руки.

После завтрака я начал понемногу обустраивать новое гнёздышко. Левой ногой подтянул к себе удлинитель, подключил телефон, ноутбук и постепенно начал превращать пространство вокруг кровати в командный пункт человека, который в ближайшее время явно никуда отсюда не собирается.

Кровать, кстати, оказалась технологичная. С кнопочками.

Можно было поднимать спинку, можно было опускать ноги.

Медицинский персонал сразу предупредил:

- не вздумай тыкать ничего, а то сложишься тут пополам, как раскладушка. А подобный акробатический этюд их не устраивал. Я пообещал, что такой хуйнёй заниматься не буду, и они ушли.

Первым делом я сменил подушку на более удобную, с высокими бортиками. А вот одеяла там были - моё почтение. Толстые. Шерстяные. Тяжёлые. Грели примерно как маленький карманный термоядерный реактор.

После вчерашней улицы я оценил такой сервис особенно высоко.

Где-то к обеду произошло ещё одно маленькое технологическое чудо.

Рентген приехал ко мне сам.

Прямо в палату закатили здоровенную автономную установку. Я лежал и смотрел на неё с неподдельным уважением.

Потому что до этого, в своей прошлой жизни, знакомство с рентгеном обычно выглядело так: либо врач отправляет тебя хромать туда своими ногами, либо родственники тащат твою тушку через половину больницы.

А тут - рентген сам явился к клиенту.

Так что все, кто когда-нибудь ковылял по больничному коридору со сломанной ногой на костылях до рентгена, можете узреть эту силу и немного позавидовать.

Правда, чтобы разблокировать такую VIP-функцию, требовалось выполнить небольшой побочный квест, но в моём случае гири, привязанные к моей пятке, закрывали все вопросы с этим недоразумением.

Снова сфотографировали всё, что можно, и укатили обслуживать следующего счастливчика.

Спустя три дня я призвал врача сжалиться.

- Доктор. Снимите с меня эту хуёвину.

Снимать он её, естественно, не стал.

Но снизил груз с двенадцати килограммов до восьми.

И вот в тот момент я был самым счастливым человеком на планете.

Восемь килограммов после двенадцати казались каким-то детским баловством. Практически оздоровительная процедура. Оставалась только одна проблема. Ебучая нога медленно, но совершенно уверенно сползала по этажерке вниз, по сантиметру в час, и каждую ночь примерно в три часа организм будил меня одним и тем же способом.

Торцевая часть этой конструкции начинала беззубыми зубами прогрызать мне колено с обратной её стороны, передавливая сухожилия, вены и всё остальное, что природа по какой-то причине решила провести именно там.

Просыпался я моментально.

Орать на весь корпус:

"МЕДСЕСТРА-А-А-А!"

в три часа ночи я не стал.

Поэтому на следующий день при первом удобном случае поведал ей свою трагическую историю.

- Каждую ночь?

- Ага.

- Примерно в три?

- Так точно.

Она достала телефон.

- Вот мой номер. Звони. Буду приходить.

И действительно. Три часа ночи. Звонок.

Через несколько минут в палату заходит практически спящая медсестра.

Поднимает груз. Я подтягиваю ногу обратно наверх. Она медленно опускает гири. И мы оба продолжаем спать.

Так продолжалось несколько дней. А потом она перестала брать телефон. Не потому что ей надоело. Она просто спала и нихуя его не слышала. Пришлось немного повысить заинтересованность медицинского персонала в ночных звонках.

После этого вопрос решился удивительно быстро. И наш ночной ритуал продолжился.

Три часа.

Звонок.

Открывается дверь.

Медсестра с закрытыми глазами подходит к кровати.

Поднимает груз.

Я подтягиваю ногу.

Она медленно опускает его обратно.

Поначалу я каждый раз напрягался, потому что гири, связанные напрямую с моей пяткой, как-то не располагали к резким движениям.

Мой мозг отчётливо представлял, что будет, если человек спросонья просто отпустит их. От этой мысли становилось не по себе.

Но делала она всё очень медленно и аккуратно.

За что ей, кстати, большое человеческое спасибо.

Беда пришла откуда её совсем не ждали.

Если мочеиспускательная система всё-таки завелась, пусть и не с первого раза, то моя задница отказывалась сотрудничать наотрез.

Поначалу я списывал всё на стресс и неудобство.

Дело в том, что первые несколько дней я вообще не мог приподнять спину. От слова совсем. Даже подсунуть под меня грустного утёнка представлялось инженерной задачей повышенной сложности.

В итоге мне присобачили над башкой какой-то мини-турник с лентой и захватом под левую руку. Теперь я мог цепляться за него и одной рукой подтягивать вес собственного тела.

Стало значительно удобнее.

Задница, однако, технический прогресс проигнорировала.

Организм продолжал стоять насмерть.

Кстати, где-то в это же время я совершил одну из самых страшных ошибок за всё пребывание в больнице.

Я чихнул.

Ебать.

Ногу прошило насквозь тысячей игл. Будто меня одновременно уебал с добрый десяток муравьёв-пуль.

После этого случая я вообще перестал чихать и подавлял эти низменные инстинкты ещё в зародыше.

Но мы отвлеклись.

Проблема находилась несколько ниже.

В следующий обход я сообщил лечащему врачу о своём недуге.

Он улыбнулся и сказал, что ничего удивительного тут нет. Я лежу практически без движения. В моём случае даже на бок повернуться нельзя. Только башкой мог вертеть.

А раз я лежу и нихуя не двигаюсь, то и всё внутри меня постепенно решило, что у него выходной.

Сказал, мол, не горюй - это дело решается элементарным способом.

Записал себе в блокнот номер моей койки и совершенно буднично добавил:

- Жди. Скоро тебя отклизмируют.

Через некоторое время в палату въехала каталка, а вместе с ней появилась суровая медсестра.

Она выглядела так, будто эта процедура была у неё сегодня двадцать седьмой, а до конца смены оставалось ещё двадцать восемь.

Дальше был краткий инструктаж, а затем к моей забастовавшей пищеварительной системе применили метод принудительной гидравлической перезагрузки.

- ЁБ ТВОЮ МАТЬ!

На несколько секунд я забыл, как дышать.

По моим ощущениям, в систему закачали объём жидкости, которого вполне хватило бы для тушения небольшого дачного сарая.

И тут меня начинает трясти. Ровно так же, как на той самой каталке на улице.

Нога прыгает на этажерке.

Гири под кроватью начинают отбивать такой набат, будто палата внезапно обзавелась собственной колокольней.

Короче, ситуация стремительно выходит из-под контроля.

Подбегает другая сестра. Начинает меня укрывать.

Зовут врача.

Никто нихуя не понимает, что происходит.

А я лежу посреди всего этого праздника жизни, практически распятый на кровати: одна нога на этажерке, одна рука не работает, второй рукой я держусь за этот ёбаный турник - и меня трясёт так, будто из организма прямо сейчас пытаются вытрясти душу.

Ну и после такой тряски система решила, что дальнейшее участие владельца ей уже не требуется.

Процесс перешёл в полностью автоматический режим.

К счастью, грустный утёнок к этому моменту уже находился на боевом дежурстве.

Врач тем временем пытался понять, что произошло.

В итоге выяснилось, что вода была очень холодная.

Судя по реакции организма, купальный сезон в проруби открыли без моего согласия. Причём саму прорубь по какой-то причине организовали со стороны служебного входа.

А наша суровая сестра стояла в стороне и возмущённо доказывала:

- Я её разбавляла!

Больше эта женщина ко мне не приходила.

Я навсегда усвоил для себя важный урок о том, что нельзя заниматься самолечением по советским мультфильмам. Я был дома на больничном - сильно загриповал, лечился лимоном, медом. Прочитал в газете про чайный гриб. И после просмотра мультфильма про 48 попугаев, почему то в моей голове была уверенность того, что не могли в советское время демонстрировать нерациональные способы лечения и я решил сделать все как было по сюжету. Для лечения сильнейшего насморка мне предстояло наполнить ноздри солью. Но так как мы - татары соль едим мало, ее в доме на тот момент не оказалось и я решил использовать вместо нее приправу от бомж пакета Кинг Лион. Вскрыл пакетик с приправой рассыпал на стол и слелал ровную длинную полоску. Далее предстояло вдохнуть лекарство своими ноздрями. Как человек получивший опыт, сразу скажу тебе, читающий - не повторяй это. Либо обязательно посоветуйся с врачем. В общем, приехали врачи, один из них быстро забежал приям в обуви по моему ковру и видит на столе остаток полоски и упаковку от лапши. Посмторел на меня и спросил: где вы бзяли Биг Лион, я говорю в Байраме. Байрам сеть татарских супермаркетов, как Пяторочка и Матрица - одно и тоже. Далее он посмотрел в телевизор и все понял. Нельзя говорит доверять здоровье тому, что показывают по телевизору, в интернете читать и делать на себе тоже нельзя. В лифте как на зло еще все соседи вошли, а я на весь лифт пахну креветками. Но это все - ничего, основные приключения начались дальше. Хочу в туалет, скорая помощь заезжает на заправку, на заправке дикая очередь. Стоим. Я говорю: в туалет выйду, меня отпустили, зашел в кусты за заправкой. Слава Богу, что стемнело и лапух был. Возвращаюсь, а машишы скорой помощи нет! Нигде нет! Стоит очередь, моей скорой нет. Это как вообще понимать. Я пешком пошел в сторону дома, но думаю хорошо, что врач то мне рецепт успел написать. Но была еще проблема. Когда я покупал Чак чак на заправке, пин код неправильно ввел и карта заблокировалась, поэтому пришлось разбить капилку - капилку в виде Свинки Пеппы. Я уничтожил Свинку Пеппу.