(Предупреждаю: пост крайне объёмен текстом и изображениями.)

24 сентября 2024 года в США штатом Миссури был казнён пятнадцатый смертник в том году:

Марселлус Скотт Уильямс (1968-2024).

К 18 годам, Уильямс, живший в городе Сент Луис, штат Миссури, пристрастился к употреблению алкоголя и кокаина, "зарабатывая" на эту зависимость кражами и ограблениями. К ноябрю 1987 года Уильямса арестовала полиция в Сент Луисе за драку и угон машины, что повлекло предъявление обвинений от прокуратуры города в нападении и "незаконном вмешательстве". С прокуратурой Уильямс быстро заключил сделку о признании вины - он отказывался от суда присяжных и сразу признавал себя виновным перед судьёй в обмен на требование прокуратуры вынести ему неназванный условный срок - и судья эту сделку подтвердил, во многом поверив личным заверениям Уильямса о том, что он не совершит больше преступлений:

Однако затем, в течении того же 1987 года, Уильямса снова арестовали в Сент Луисе, но уже за кражи, что повлекло как предъявление ему от прокуратуры трёх обвинений - две кражи со взломом второй степени и одна кража на сумму свыше 150 долларов - так и отмену прокуратурой прошлой сделки с ним о признании вины. Уже в апреле 1988 года Уильямс признал себя виновным по всем обвинениям, как новым, так и возобновлённым старым, и после он был приговорён к неназванному сроку:

Не ясно был ли срок только условным или включал ещё тюремное заключение, но Уильямс определённо был на свободе к августу 1990 года под условным сроком и продолжал свои преступления, в том числе 23 числа того месяца - он в Сент Луисе пробрался в один из ломбардов, когда тот был закрыт, и украл электронную технику и ювелирные украшения. Впрочем, Уильямс оставил отпечатки пальцев на месте преступления, которые полиция обнаружила во время осмотра места преступления и вскоре сравнила с теми отпечатками, что были в базе данных осуждённых преступников штата.

В этой базе данных был и Уильямс, чьи отпечатки полностью совпали - его к октябрю полиция арестовала и на допросах он полностью признал свою вину. Этот арест повлёк предъявление Уильямсу от прокуратуры 4 обвинения - две кражи и две кражи со взломом - и требование заменить его условный срок на тюремный. Уже в феврале 1991 года Уильямс отказался от суда присяжных, сразу признал себя виновным перед судьёй Чарльзом Шоу по всем обвинениям и тот приговорил его к 7 годам тюремного заключения, включив в эти года также его отменённый условный срок:

Выйдя на свободу примерно в конце 1997 года, Уильямс поначалу устроился на обычную работу в закусочную в городе Брентвуд, штат Миссури, но вскоре уволился оттуда и вернулся к своим преступлениям, где-то в это же время завязав любовные отношения с проституткой Лаурой Асаро, которая, как и он, употребляла кокаин.

Днём 24 июля 1998 года Уильямс вместе с двумя сообщниками, чьи имена неизвестны, решил ограбить ту закусочную, где раньше работал, и для этого вооружился с ними пистолетами и подготовил маски. Добрались до закусочной грабители вечером тех же суток и, ворвавшись внутрь, под дулами пистолетов бросили на пол трёх сотрудников, помимо которых внутри больше никого не было, и потребовали назвать код от сейфа. Этот код знал только один сотрудник, Шон Мерриман, и он после непродолжительного избиения согласился его назвать, поэтому грабители связали двух других и заперли их в морозильной камере, а Мерримана повели к сейфу, который он открыл.

Забрав деньги, грабители решили не убивать сотрудников и просто уехали от закусочной, угнав машину одного из них. Благодаря этому, Мерриман вскоре смог освободить своих коллег из морозильной камеры и вызвать полицию, которая по приезду допросила их всех, сняла записи с видеокамер, что запечатлели прошедшие события, и осмотрела место преступления. Однако полиции не удалось найти отпечатков пальцев и/или ладоней грабителей, а снятые записи с видеокамер могли помочь только в отсеивании подозреваемых по комплекции тел и одежде из-за надетых масок; при этом, в документах не уточняется была ли найдена угнанная машина, но даже если её нашли, то в ней или возле неё не было обнаружено что-либо указывающее на личности грабителей.

Из-за этой неудачи полиции в быстром определении подозреваемых, Уильямс и его сообщники остались на свободе, хотя Уильямс, видимо, разошёлся в отношениях с ними, так как к началу следующего месяца он уже совершал преступления один. Но в одиночку ему было страшно грабить людные места, вроде закусочных и магазинов, из-за большего риска быть одолённым сотрудниками или посетителями, поэтому он переключился на жилые дома, а ради большей прибыли он начал разъезжать по Сент Луису и его окрестностям в поисках достаточно богатых районов. Один из таких районов Уильямс нашёл в городе Университет, который он и решил грабить.

Поздно утром 11 августа, Уильямс, вооружённый молотком, сначала доехал на машине своего деда до автобусной остановки в Сент Луисе, где оставил машину и сел в автобус, на котором поехал до Университета - такой не особо удобный маршрут он выбрал для того, чтобы машина деда не попала на запись видеокамер и на глаза кому-нибудь из внимательных жителей Университета.

По приезду в город днём, Уильямс какое-то время расхаживал по улицам в поисках подходящего дома, выбрав по итогу тот, чью входную дверь ветками частично закрывало дерево от взоров людей с улицы - более того, сама дверь имела достаточно большие боковые стеклянные окошки. Постучав несколько раз в эту дверь, Уильямс не получил ответа и сначала просто попытался открыть её, но она была заперта и потому он разбил молотком стеклянное окошко чтобы открыть дверь изнутри.

Сделав это и не порезавшись стеклом, Уильямс осмотрел первый этаж дома и затем поднялся на второй, где услышал шум льющейся воды - это принимала душ хозяйка дома Фелиция Гейл, 42 года, которая не услышала шум разбитого стекла и чужие шаги. Уильямс быстро спустился вниз, что Гейл уже услышала и быстро вышла из душа в одной футболке, тоже спустившись на первый этаж, где Уильямс успел взять найденный на кухне мясницкий нож - с ним он и набросился на жертву.

Гейл пыталась отбиться от Уильямса, сумев достаточно сильно поцарапать ногтями ему шею, но тот всё же одолел её, нанеся всего 43 колото-резанных ранения по всему телу, из которых смертельными были 2 в горло, которые перерезали его. Удостоверившись что быстро умирающая от обильной потери крови Гейл уже не встанет с пола прихожей, Уильямс сходил в туалет чтобы смыть с рук, лица и обуви кровь, а затем накинул поверх окровавленной футболки найденную в доме куртку.

Осмотрев дом до конца, Уильямс взял из ценных вещей женскую сумочку и ноутбук с чехлом, которые он положил в свой рюкзак. Однако при выходе из дома он не стал забирать с собой использованный нож, оставив его вонзённым в левую часть горла жертвы - сама Гейл к этому моменту уже была мертва.

Фелиция Гейл при жизни.

Благополучно вернувшись на ту остановку в Сент Луисе, где он оставил машину деда, Уильямс положил в багажник сумочку, а ноутбук он положил в салон. Однако сразу Уильямс не стал где-нибудь переодеваться, вместо этого поехав за Асаро, из-за чего та быстро заметила странности, сначала спросив почему он носит куртку в жару, а затем спросив откуда у него на рубашке кровь и порезы на шее - на это Уильямс ответил тем, что "подрался".

Чуть позже, Уильямс на глазах у Асаро снял всю одежду и обувь, положил их в рюкзак и затем выбросил в случайный канализационный люк - на вопрос девушки что он делает, Уильямс ответил что ему "это больше не нужно". Асаро с подозрением отнеслась к поведению Уильямса, приметив также ноутбук в салоне, но она не стала его ещё о чём-то спрашивать и поехала с ним к нему домой, хотя по приезду они сначала зашли к соседу-наркоторговцу Гленну Робертсу, которому Уильямс продал ноутбук.

Тем временем, тело Гейл было обнаружено её мужем, Дэниелом Пикусом, вечером тех же суток по возвращению домой с работы. Вызванная полиция осмотрела место преступления, обнаружив и сфотографировав окровавленные следы обуви вокруг тела жертвы и окровавленные отпечатки пальцев на стенах, но иных немедленных доказательств они не обнаружили. Отправив тело жертвы на вскрытие и нож, что был вонзён в её горло, на обследование, полиция попросила Пикуса осмотреть дом на пропажу предметов, так как версия о вышедшем из-под контроля ограблении была сразу приоритетной - и он смог назвать среди пропавших вещей ноутбук с чехлом, которые принадлежали ему, и сумочку жены, где лежали её различные вещи, хотя он точно не сразу заметил пропажу куртки. При этом, Пикус подробно описал те вещи, которые лежали в сумочке жены - продуктовые купоны, удостоверение личности, кошелек для монет, кошелёк для банкнот и маленький калькулятор.

Пока полиция прорабатывала версии убийства, среди которых помимо обычного ограбления была ещё месть жертве за её прошлую работу криминальным журналистом в местной газете "Сент Луис Пост-Диспетчер" с 1981 по 1992 года, и определяла круг подозреваемых, Уильямс провёл ночь с Асаро и на утро следующих суток та вышла к машине его деда чтобы взять свои вещи из багажника. Однако, Уильямс увидел это и потребовал чтобы она не открывала багажник, на что Асаро разозлилась, считая что тот от неё что-то скрывает, и всё равно открыла его, сразу увидев женскую сумочку, в которую она заглянула и увидела среди вещей кошелёк для монет, купоны и удостоверение личности на имя Фелиции Гейл.

Посчитав что права принадлежат любовнице Уильямса, Асаро начала с ним ссору, обвиняя в измене, на что тот сначала молчал, но затем резко заявил что это была не любовница, а жертва ограбления, которую он убил прошлым днём. Далее, Уильямс шокированной Асаро в деталях рассказал как он добрался до дома Гейл, как пробрался внутрь, как убил жертву и что он забрал после совершённого, а после он схватил Асаро за горло и пригрозил убить её, её мать и её детей от прошлых отношений если она сообщит в полицию об этом.

Асаро поверила угрозам Уильямса, не став сообщать полиции об услышанном и увиденном, и в течении следующей недели она поделила с Уильямсом деньги и продуктовые купоны из сумочки, от которой Уильямс избавился. Он также избавился от кошельков и удостоверения личности Гейл, хотя калькулятор и ещё линейку с логотипом "Сент Луис Пост-Диспетчер" оставил в багажнике машины.

Газетная вырезка за 13 августа 1998 года об убийстве Гейл.

Следователи, в свою очередь, в течении двух недель получили данные о диапазоне времени смерти жертвы, который был определён судмедэкспертом как в течении дня, а также результаты вскрытия, которое показало что она не подвергалась изнасилованию, и результаты анализа окровавленных отпечатков пальцев - они были очень смазаны и потому не подходили для сравнения с жертвой и подозреваемыми, тогда как сама кровь принадлежала только жертве. Вся остальная кровь в доме тоже по анализу совпала только с Гейл, тогда как на её руке и на футболке были обнаружены различные волосы, которые сохранили для сравнения по ДНК с имеющейся базой данных осуждённых преступников в штате.

Впрочем, Пикус сказал следователям что найденные волосы могут не относиться к делу, так как за все годы к ним с женой в дом приходило много гостей и наёмных работников, а ковры в доме никогда профессионально не чистились - конкретно ковры были упомянуты из-за того, что на ковре в прихожей, где лежало тело Гейл, следователи тоже обнаружили кровь, из чего был сделан вывод что жертва либо упала на него в ходе убийства, либо схватилась руками за него, либо и то и другое:

Обследование ножа не выявило чьи-либо отпечатки пальцев и следы ДНК помимо жертвы, из чего следователи предположили что убийца (или убийцы) носил перчатки, а следы обуви были определены как оставленные одним человеком. При этом, под ногтями жертвы был обнаружен небольшой след ДНК, который следователи отправили на анализ. Из мотивов самого убийства следователи всё ещё считали приоритетной ограбление, так как в достаточно богатых районах этого города к моменту убийства участились взломы домов, а версия с местью жертве не получила доказательств в ходе опросов её окружения, поэтому круг подозреваемых был очень широк и то полученное описание подозрительного человека, которого жители ближайших районов видели в день убийства, было слишком расплывчатым.

Из-за этой неудачи следователей сильно сузить круг подозреваемых, Уильямс остался на свободе и продолжил свои преступления, к концу месяца нелегально купив или украв пистолет Люгер (в документах калибр не указан). С этим пистолетом Уильямс решился грабить уже не только жилые дома и утром 31 августа он расхаживал по Сент Луису в поисках магазинов и закусочных, где было меньше посетителей. Найдя по итогу одну подходящую закусочную, Уильямс ворвался внутрь и под дулом пистолета заставил кассира Буэну Мартин отдать ему наличные из кассы и два пончика, которые она положила в его сумку.

Удовлетворившись награбленным, Уильямс не стал стрелять в Мартин и убежал из закусочной, однако та сразу после этого позвонила в полицию, сообщив им в какой одежде был грабитель, какой у него пистолет и какая у него сумка, где лежат наличные и пончики. Один из полицейских, Джон Ноккьерро, получил эту информацию и начал разыскивать грабителя по ближайшим к той закусочной районам, в какой-то момент действительно увидев Уильямса, который шёл пешком. На приказ остановиться Уильямс не подчинился и начал убегать, но Ноккьерро быстро догнал его, бросил на землю, разоружил и заковал в наручники.

На последующих допросах Уильямс отрицал свою вину, утверждая что не грабил закусочную и что это его собственные деньги и пончики были в сумке, но Мартин опознала его как того грабителя, а её описание, что она дала полиции до его поимки, совпало с Уильямсом, поэтому прокуратура предъявила ему 3 обвинения - ограбление, вооружённое преступное действие и незаконное использование оружия.

Уильямс не был освобождён под залог, оставшись ждать суда над собой в городской тюрьме, но Асаро всё равно не стала связываться с полицией по поводу убийства Гейл, посчитав что у следователей, работавших над этим делом, нет указывающих на Уильямса доказательств, раз уж ему не предъявили обвинений, а соответственно её пересказ событий и перечисление тех вещей, что были взяты у жертвы, могли не привести даже к предъявлению обвинений, ведь ей могли просто не поверить, а те вещи могли оказаться в недоступном месте для неё и следователей месте, тогда как дача показаний однозначно настроила бы против неё Уильямса и его родственников, которые могли ей отомстить.

В то же время, следователи по делу Гейл не получили прорывов - сравнение найденных волос по ДНК с базой данных осуждённых преступников в штате не получило какого-либо совпадения, а небольшой след ДНК из-под ногтей жертвы совпал только с ней самой. Исходя из этого, следователи начали прорабатывать версию об ответственности серийного убийцы, так как за 3 недели до убийства Гейл, 18 июля, в городе неподалёку, Пейджедейл, тоже была убита женщина, Дебра МакКлейн, 40 лет, при похожих обстоятельствах: она была дома одна, к ней пробрались днём или рано вечером, зарезали до смерти ножом, который был взят с кухни жертвы, и оставили это орудие убийства "рядом" с её телом. Более того, Гейл и МакКлейн были белыми женщинами 40 или чуть более лет, невысокого роста и с коричневыми волосами, которых убили более 20 ударами ножом, преимущественно в верхнюю часть туловища и в голову.

Однако в деле МакКлейн были и отличия: район, где она жила, и она сама были сильно беднее чем Гейл и её район; в её доме не было следов взлома; в её доме не смогли обнаружить пропажу чего-либо ценного. Впрочем, в деле МакКлейн также не были обнаружены доказательства, указывающие на личность преступника - следователям было лишь известно от её подруг что у неё ранее был серьёзный конфликт с неизвестным мужчиной, но без каких-либо подробностей.

Газетные вырезки за 11 сентября 1998 года об убийствах Гейл и МакКлейн.

Не продвинувшись и в этой версии, следователи по делу Гейл к январю 1999 года переключились на версию об ответственности Пикуса. И хоть сам он однозначно в те сутки был с утра до вечера на работе, тогда как диапазон времени смерти Гейл был в течении дня, но он мог нанять кого-нибудь для её убийства. Впрочем, опросы окружения пары не дали подтверждений о конфликтах между ними, как и о подозрительном поведении мужа - сам он на допросах отрицал свою причастность к убийству и успешно прошёл тест на полиграфе. Иных доказательств этой версии следователи не нашли, поэтому они вернулись к главной и договорились с Пикусом о том, что он выделит 10000 долларов в награду тем, кто предоставит полезную информацию о личности убийцы или убийц.

Газетная вырезка за 19 января 1999 года об объявленной награде, где также описывается модель украденного ноутбука и его чехол.

В то же время, Уильямс продолжал ожидать суда в городской тюрьме, куда в феврале, через месяц после объявления награды, попал Генри Коул, обвиняемый в нарушении своего УДО. С этим заключённым Уильямс вскоре познакомился и выяснил что тот является его дальним родственником, на основе чего они начали проводить время вместе, в том числе за просмотром тюремного телевизора и чтения газет.

Либо в ходе одного такого просмотра телевизора, либо в ходе прочтения газеты, Уильямс и Коул увидели или прочитали репортаж об убийстве Гейл и объявленную награду за информацию об этом деле. Обсуждая репортаж, Уильямс по итогу признался Коулу что это он убил жертву, считая что может ему довериться как родственнику, и вплоть до июня Уильямс ещё несколько раз обсудил с Коулом убийство, делясь подробностями - их Коул запоминал и тайно записывал в тетрадь, рассчитывая предоставить вскоре полиции в обмен на награду.

В июне Коула освободили из тюрьмы, так как судья хоть и признал его виновным в нарушении УДО по делу об ограблении в 1994 году, но он просто засчитал ему проведённое в тюрьме время до суда. Благодаря этому, Коул сразу обратился в полицию со своими записями, пересказав всё также устно, и назвал среди тех людей, которых им следует допросить по убийству Гейл, Асаро, так как Уильямс упомянул что признавался ей в убийстве до ареста.

Записи и устный пересказ событий от Коула содержали точное описание характера ран жертвы, которую полиция не раскрывала СМИ, и то, что орудие убийства было вонзено ей в левую часть горла - полиция сообщала СМИ лишь то, что нож "был оставлен рядом с телом жертвы". Однако до августа следователи подозревали самого Коула в совершении этого убийства или причастности к нему, проверяя его алиби и опрашивая окружение. Но доказательств причастности Коула обнаружено не было, поэтому следователи нашли Асаро, которая была как раз арестована за проституцию и хранение наркотиков, и предложили ей сотрудничать в обмен на часть награды и снятие обвинений.

Асаро отказалась что-либо рассказывать, опасаясь нехватки у следователей иных доказательств, помимо её слов и слов Коула, и опасаясь Уильямса, который в теории мог быть оправдан на предстоящем суде или отпущен из тюрьмы по какой-то другой причине. Сам суд над Уильямсом по ограблению 31 августа был назначен на 16 ноября и он по какой-то причине решил с адвокатом отказаться от суда присяжных, представ только перед судьёй Джоан Мориарти.

Стратегией защиты Уильямс выбрал отрицание вины, хотя из доказательств у него были только свои слова и слова ещё каких-то людей (подробностей о них в документах не приводится) о том, что он просто не был тем грабителем. У прокуратуры же было изначальное описание грабителя от Мартин, что полностью совпало с быстро задержанным Уильямсом, и сама она опознала на суде подсудимого как того человека.

Уже 17 ноября Мориарти приняла сторону прокуратуры, признав Уильямса виновным по всем обвинениям, и назначила дату вынесения приговора на январь 2000 года, о чём следователи по делу Гейл узнали в те же сутки и затем сразу связались с Асаро. Ей сообщили об осуждении Уильямса и снова предложили сотрудничать, ведь её бывший скорее всего получит достаточно большой срок и едва ли он после сможет отомстить ей из тюрьмы - и в этот раз она согласилась, дав подробные показания о том, в чём ей признался Уильямс и что она видела сама.

Газетная вырезка за 25 ноября 1999 года о признании Уильямса виновным в ограблении.

В показаниях Асаро были как те детали убийства, что не были раскрыты СМИ (точный характер ран жертвы и вонзённый в левую часть её горла нож), так и все те предметы, что лежали в сумочке Гейл, описанные Пикусом - они не были перечислены для СМИ. Исходя из этого, следователи отправились проверять машину деда Уильямса и искать Робертса.

В багажнике машины были обнаружены линейка с логотипом "Сент Луис Пост-Диспетчер" и маленький калькулятор, но иных вещей Гейл там не было, как и в доме, где жил Уильямс. Впрочем, быстро найденный Робертс на допросе не стал отрицать что Уильямс продал ему ноутбук примерно в ту дату, что назвала Асаро, и он признал что до сих пор им владеет - его он отдал полиции, которая по серийному номеру определила его принадлежность Пикусу. И хоть некоторые детали в показаниях Робертса отличались от показаний Асаро - она сказала о получении кокаина в обмен на ноутбук, а Робертс сказал что он отдал деньги, упомянув также как Уильямс сказал ему что "продаёт ноутбук от имени Асаро" - но в целом его показания с предоставленным ноутбуком указывали что Коул и Асаро, судя по всему, говорили правду.

Уильямс на последовавших допросах отрицал что был ещё и убийцей, но алиби на 11 августа 1998 года он не смог предоставить и прокуратура округа Сент Луис на основе полученных доказательств предъявила ему обвинение в убийстве Гейл, решив добиться для него смерти из-за жестокости самого убийства, а также из-за его обширной криминальной истории. При этом, следователи в ходе более подробного изучения биографии Уильямса выяснили что он ранее, в 1997 и/или 1998 годах, какое-то время работал в закусочной в Брентвуде и после увольнения это место 24 июля 1998 ограбили 3 человека. На допросах уже по этому делу Уильямс также отрицал вину, поэтому следователи обратились к Асаро, показав ей видеозаписи ограбления - та указала на то, что один из грабителей по телосложению и росту схож с Уильямсом, и на то, что он был одет в специфическую футболку, которую её бывший часто носил. Учитывая эти показания, полиция вызвала пострадавшего при ограблении Мерримана на опознание Уильямса и тот действительно опознал задержанного как одного из тех грабителей.

Асаро согласилась свидетельствовать против Уильямса на судах по убийству Гейл и по ограблению 24 июля, исходя из чего прокуратура округа предъявила ему за ограбление ещё 5 обвинений - два "похищения" и по одному ограблению, вооружённому преступному действию и угону машины.

Уильямс слабо представлял какую стратегию защиты ему стоит вырабатывать для ещё двух судов над собой и потому он к январю 2000 года начал прорабатывать план побега из городской тюрьмы вместе с двумя другими заключёнными, чьи имена в документах и газетах не упоминаются: они вооружатся металлическими прутьями, возьмут одеяло, нападут на охранника, что следит за комнатой отдыха заключённых, и выбьют пуленепробиваемое стекло в одном из окон, через которое выпрыгнут во двор и затем накинут одеяло на колючую проволоку забора периметра чтобы перелезть его.

Пока этот план подготавливался к реализации, Уильямс 28 января был отправлен на вынесение приговора по ограблению 31 августа - там прокуратура требовала от судьи Мориарти приговорить его к 25 годам тюремного заключения, но судья приняла своё решение, приговорив его к 20 годам тюрьмы:

Вернувшись в городскую тюрьму, Уильямс вечером тех же суток сказал своим сообщникам по побегу что готов действовать и затем они коллективно решили реализовать свой план немедленно: Уильямс с прутом набросился на охранника Лесли Харрисона и вытеснил его из комнаты отдыха в коридор, а его сообщники забежали в комнату вместе с одеялом и начали выбивать стекло в окне подручными средствами.

Харрисон не стал пытаться в одиночку одолеть Уильямса и убежал из коридора в главный зал, вызывая подкрепление по рации. Первым на пресечение побега прибежал начальник тюрьмы, капитан Терри Шиллер, и он сразу набросился на Уильямса, завязав с ним борьбу за прут. В одиночку Уильямс не мог одолеть Шиллера, что один из сообщников увидел и побежал к нему на помощь. Шиллер по итогу отступил в коридор из комнаты, но благодаря своим действиям он не позволил заключённым выбивать стекло вместе и вскоре прибежавшие остальные охранники избили их до состояния, в котором они больше не могли сопротивляться.

По итогу, Харрисон получил ранения средней тяжести и прокуратура города планировала предъявить Уильямсу обвинения как в их нанесении, так и в самой попытке побега, но решила всё же этого не делать, чтобы не тратиться на суд. Впрочем, доказательства по данному делу были переданы в прокуратуру округа для последующего предъявления их в виде отягчающего обстоятельства на двух предстоящих судах, а самого Уильямса перевели на более строгий режим заключения, что не позволило ему придумать и реализовать следующий план побега. Вместо этого, Уильямс сосредоточился на выработке стратегии защиты по делу Гейл со своими адвокатами.

Главной стратегией они выбрали отстаивание полной невиновности, а запасной, на случай признания Уильямса виновным, стратегию остаточных сомнений, из-за которой ему стоит вынести хотя бы не смерть. И хоть Уильямс не смог предоставить адвокатам алиби на момент убийства, те сосредоточились на повторном сравнении по ДНК с Уильямсом и Коулом крови и волос с места преступления, а также сравнения того следа ДНК, который был найден под ногтями жертвы, но всё это дало отрицательный результат, как и повторное обследование ножа, на котором не было обнаружено отпечатков пальцев или следов ДНК кого-то помимо жертвы.

Отрицательный результат во многом был благоприятен для Уильямса, так как не указывал на него, но он также показывал что доказательств против Коула как главного альтернативного подозреваемого нет и его можно лишь назвать лжецом, который скажет что угодно ради денег. Изучение иного возможного сценария, в котором Асаро была причастна к убийству и затем сообщила его подробности Коулу чтобы подставить Уильямса, не дало результатов, так как не нашлось никого из окружения всех причастных, кто мог сказать что видел или слышал как эти двое до 17 ноября 1999 года контактировали друг с другом. При этом, тип волос с места преступления не совпадал с тем, что был у Асаро, и потому их не стали сравнивать по ДНК с ней, как и ту кровь и след ДНК из-под ногтей жертвы, ведь те совпадали полностью с самой Гейл.

Единственной реальной возможностью назвать из доказательств невиновности Уильямса что-то помимо отсутствия доказательств против него на месте преступления у адвокатов появилось после того, как Виктор Гранат, один из химиков, нанятых для ДНК-сравнений, посмотрел фотографии кровавых следов обуви у тела жертвы и заявил что они принадлежат двум разным парам, а соответственно жертву убили как минимум два человека. Это заявление должно было дискредитировать показания Коула и Асаро, поэтому адвокаты решили подкрепить его намёками или полноценными доказательствами что Асаро была одной из убийц Гейл, для чего они опросили окружение Уильямса, часть из которых свидетельствовала что видела как Асаро открывала багажник машины деда Уильямса вскоре после 31 августа, а соответственно она могла просто положить или целенаправленно подбросить вещи Гейл туда, и видела как она "в августе" ходила с каким-то ноутбуком, а соответственно это она могла в любой момент после убийства продать Робертсу ноутбук Гейл. При этом, брат Уильямса согласился сказать на суде что машина их деда вообще якобы была сломана к 11 августа, хотя сам владелец отказался это подтверждать.

Собранные доказательства были достаточно обширными, но всё же не гарантировали полное оправдание Уильямса и потому адвокаты на случай признания его виновным выработали в тех смягчающих обстоятельствах его жизни, по которым ему не стоит выносить смерть, представление подсудимого как семьянина, что не способен на такое преступление и у которого большая, любящая семья из матери, братьев, сына с падчерицей от тех отношений, что были у него до отправки в тюрьму в 1991 году, и иных родственников.

Впрочем, у Уильямса был ещё суд по ограблению 24 июля, назначенный на апрель 2001 года, раньше суда по убийству, и к нему он подготовился гораздо хуже, хотя подробностей этого в документах мало. В любом случае, стратегией защиты Уильямса точно было отстаивание невиновности и в этот раз он не отказался от суда присяжных, но те признали его виновным, приняв сторону прокуратуры (два пункта о "похищении" были переквалифицированы в незаконное лишение свободы), которая вызвала Асаро и Мерримана, опознавших его как одного из грабителей. И уже в мае судья Эммет О'Брайен подтвердил их решение, приговорив Уильямса к 30 годам тюремного заключения.

Газетная вырезка за 5 апреля 2001 года о признании Уильямса виновным в ограблении.

Сам суд по убийству Фелиции Гейл проходил над Уильямсом в июне 2001 года, где он и его адвокаты представили свои аргументы о невиновности, а также подвергли перекрёстному допросу Коула и Асаро из-за некоторых отличий между теми показаниями, что они дают сейчас, и теми, что они давали до суда следователям: Коул изначально сказал что Уильямс признался ему в тюрьме после совместного прочтения газеты с репортажем об убийстве, но на суде сказал что тот признался после просмотра телевизора с репортажем об этом; Асаро на первом допросе сказала что Уильямс продал ноутбук 12 августа вскоре после признания в убийстве, но на последующих допросах и на суде она сказала что он продал ноутбук 11 августа, до признания; Асаро изначально сказала что видела как Уильямс выбрасывает всю свою одежду вскоре после убийства, но на суде сначала упомянула что видела как он выбрасывал вместе с одеждой женскую сумочку, а затем рассказала как открывала эту сумочку на следующие сутки.

Пользуясь этими отличиями, адвокаты выставили Коула и Асаро как минимум лживыми наркоманами, которые скажут всё ради денег и снятия обвинений против себя, а также представили свои аргументы о том, что это Асаро была причастна к убийству, и о том, что это она впоследствии положила вещи жертвы в машину деда Уильямса и продала ноутбук Робертсу. При этом, сам Робертс свидетельствовал о продаже ему Уильямсом ноутбука 11 или 12 августа, но он не стал говорить как тот упомянул ему что продает товар от имени Асаро и потому адвокаты потребовали от судьи О'Брайена разрешить озвучить перед присяжными первоначальные показания Робертса, где он об этом говорил. Однако судья постановил что сделает это в том случае, если Уильямс подтвердит присяжным что продавал ноутбук от имени Асаро, а иначе пересказ его слов от Робертса будет считаться слухами и потому не будет допущен до присяжных. Уильямс в итоге отказался подтверждать первоначальные слова Робертса, боясь что это будет выглядеть как частичное признание вины в убийстве, и в целом отказался выступать перед присяжными со своей версией событий, так как просто не придумал её - соответственно, судья не допустил озвучить первоначальные слова Робертса.

Прокуратура же признала и различия в показаниях Коула и Асаро, объясняя это простыми ошибками и некоторыми проблемами с памятью из-за наркомании, и отсутствие доказательств против Уильямса на месте преступления. Но, помимо предъявления своих доказательств, прокуратура подвергла перекрёстному допросу Граната насчёт его вывода о присутствии как минимум двух убийц на месте преступления, добившись от него признания ошибочности этого и принятия вывода что убийца был один. Используя это признание, прокуратура поставила под сомнение всю теорию защиты Уильямса о том, что Асаро была причастна к убийству, тем более если против неё, как и против Коула, нет иных доказательств вины на месте преступления. Остальные претензии по поводу Асаро прокуратура назвала лишь домыслами и представила свои объяснения: Асаро открывала багажник после 31 августа просто для доступа к своим вещам; слова брата Уильямса о поломке машины на момент убийства просто слова, которые никем другим не подтверждаются; наличие какого-то ноутбука у Асаро когда-то в августе 1998 года без привязки к дате это просто наличие какого-то ноутбука, а не конкретно ноутбука Пикуса; Асаро даёт показания не ради денег, так как она не взяла свою половину награды, тогда как Коул свою взял - но он всегда признавал, в том числе на суде, что пошёл на всё ради денег.

Присяжные, в свою очередь, признали Уильямса виновным и далее его адвокаты представили свои смягчающие обстоятельства, а прокуратура представила свои отягчающие, по которым ему стоит вынести смерть: жестокость самого убийства; обширная криминальная история Уильямса как до, так и после убийства, о чём лично свидетельствовали пострадавшие от него Мерриман и Мартин; сам факт убийства жертвы через год после освобождения из тюрьмы; попытка Уильямса сбежать из городской тюрьмы после вынесения приговора по ограблению и его готовность тяжело ранить или убить охранников в ходе этого, о чём лично свидетельствовал Шиллер. При этом, прокуратура поставила под сомнение характеристику Уильямса от его адвокатов как "не способного на такое преступление семьянина" не только его многочисленными преступлениями, но и тем, что он никогда материально не поддерживал своего сына и падчерицу, а также она выступила против стратегии остаточных сомнений в вине Уильямса, указывая на то, что опознание Уильямса как одного из грабителей 24 июля от Асаро совпало с опознанием от Мерримана, жертвы этого ограбления, а соответственно ей стоит верить больше.

По итогу, присяжные приняли сторону прокуратуры, приговорив Уильямса к смерти, что судья О'Брайен подтвердил в августе, дополнительно приговорив его к 90 годам тюремного заключения за ограбление жертвы, кражу со взломом и вооружённое преступное действие:

До 2005 года Уильямс и его апелляционные адвокаты подавали апелляции на смертный приговор в суды штата, где некоторые аргументы назначить новый суд касались "неэффективности" изначальных адвокатов: они не смогли ещё больше подорвать доверие к Коулу показаниями его родственников о его наркомании, нечестности и драках в семье; они не смогли ещё больше подорвать доверие к Асаро показаниями её матери, где она сообщала о поломке машины деда Уильямса на момент убийства Гейл; они не выступили против представления в отягчающих обстоятельствах прокуратуры попытку побега Уильямса из городской тюрьмы, хотя это были "неправомерные доказательства"; они не представили в смягчающих обстоятельствах не только "тяжёлое детство" Уильямса, в котором его подвергали физическому и сексуальному насилию члены его семьи, но и ненависть к нему от родителей, поощрение от иных членов семьи совершать преступления и наличие алкогольно-наркотической зависимости во взрослом возрасте с ПТСР, из-за чего он был психически и эмоционально настолько нестабилен, что во многом не был способен осознавать противоправность своих преступлений. В этот же период они подавали апелляции в суды штата на приговоры по ограблениям, но подробности об аргументах назначить новые суды не были опубликованы в открытом доступе.

Однако эти аргументы, как и иные примерно такие же слабые, были отклонены с такими постановлениями: адвокаты на суде представляли наркоманию и обширную криминальную историю Коула как причины ему не верить, но они не имели права представлять какие-либо показания о его возможной нечестности в прошлом без наличия достоверных доказательств, показывающих что он был пойман на лжи в рамках этого дела или иного прошлого; мать Асаро заявляла о поломке машины только на том основании, что видела как в августе 1998 года Уильямс и её дочь ездили на общественном транспорте, а соответственно её показания несостоятельны и изначальные адвокаты вполне могли их не включать в свои доказательства, особенно в свете того, что они имели показания брата Уильямса, где тот более конкретно говорил о поломке машины, так как якобы видел это своими глазами; доказательства о попытке побега Уильямса как раз правомерны, ведь они показывают его характер, и потому адвокаты не были обязаны выступать против них; все описанные события и диагнозы, которые можно было представить в смягчающих обстоятельствах, явно противоречат тем представленным обстоятельствам, с которыми Уильямс согласился перед и на суде - они не показывают большую часть его семьи как "любящую", а его самого как "семьянина, не способного на убийство" - и соответственно он не может её оспаривать. Апелляции по ограблениям были отклонены где-то в тот же период.

После этой неудачи, Уильямс и его адвокаты подали следующую апелляцию на смертный приговор федеральному окружному судье, где были те же аргументы, что они представили ранее штату. И хоть судья отклонил большинство, он всё же удовлетворил тот, что касался не представления изначальными адвокатами в смягчающих обстоятельствах фактически иного морального и психического облика как Уильямса, так и его семьи. Тем самым, федеральный судья приказал штату провести над Уильямсом новый суд или прийти с ним к сделке о признании вины, которая предоставит ему наказание меньше чем смерть.

Однако штат подал уже свою апелляцию на решение федерального судьи в федеральный апелляционный суд (известный как "восьмой"; всего таких судов 13 по стране) с требованием отменить его на том основании, что суды штата сделали правильный вывод. И в 2012 году апелляционный суд принял сторону прокуратуры, отменив решение нижестоящего суда и постановив что изначальные адвокаты действительно не должны были представлять в смягчающих обстоятельствах те показания, что полностью противоречат остальным, или альтернативно они не были обязаны полностью менять обстоятельства на те, что теперь выдвигает Уильямс, если подзащитный был тогда согласен с имеющимися.

Верховный Суд США подтвердил решение апелляционного суда годом позже и к декабрю 2014 Генеральная прокуратура запросила у Верховного суда штата назначить дату казни для Уильямса на 28 января 2015, что суд удовлетворил. На это решение Уильямс подал уже иную апелляцию, в которой требовал отменить дату в целях дачи ему большего времени на возможность с помощью новых химиков снова проверить все доказательства с места преступления на ДНК. И суд это удовлетворил, отменив дату казни и назначив новых химиков для проверки доказательств.

Новая проверка завершилась к концу 2016 года и большая часть выводов была та же, что и до суда в 2001, но на ноже были внезапно обнаружены следы ДНК, что противоречило прежним отчётам об отсутствии доказательств. Следы были определены как принадлежащие двум мужчинам и сравнение с Уильямсом не смогло полностью исключить его как одного из этих мужчин, но химики не были до конца уверены сколько из имеющихся "пиков" были "артефактами":

Имея эти результаты, Генеральная прокуратура снова запросила дату казни для Уильямса, на что его адвокаты наняли своего химика, которая проанализировала эти следы и заявила что Уильямс полностью исключён как один из тех мужчин. Её вывод дал повод адвокатам подать апелляцию в Верховный суд, где они выдвигали гипотезу что Уильямс невиновен и требовали не назначать дату до тех пор, пока больше химиков не смогут провести больше исследований этих следов с последующим определением личности одного или обоих мужчин, а в ответ Генеральная прокуратура заявила, что имеющихся доказательств вины Уильямса достаточно и дальнейшие исследования следов ДНК будут как максимум не убедительны.

Верховный суд штата в итоге принял сторону прокуратуры, назначив дату казни на 22 августа 2017 года. Из-за этого адвокаты подали апелляцию с тем же требованием дать им больше времени уже в федеральные суды, но все они отклонили её. Впрочем, адвокаты параллельно обратились к тогдашнему губернатору штата Эрику Грейтенсу с просьбой либо заменить Уильямсу приговор, либо предоставить временную отсрочку от казни.

Грейтенс во многом поверил что Уильямс может быть невиновен, но всё же не заменил ему приговор, а предоставил незадолго до начала казни отсрочку до того момента, когда специально созданная указом комиссия по расследованию всех доказательств в этом деле либо предоставит губернатору свои выводы о виновности или невиновности Уильямса, либо будет распущена до предоставления этих выводов.

В состав комиссии вошли 5 бывших федеральных судей и они вплоть до 2023 года просматривали результаты некоторых новых анализов следов ДНК на ноже от иных химиков, нанятых как адвокатами, так и штатом, и повторно изучали иные доказательства в деле, однако новых прорывов сделано не было, так как Уильямс всё ещё не был до конца исключён как один из тех двух мужчин и анализов следов ДНК с их полноценным сравнением со всеми теми людьми, что могут иметь отношение к делу, ни та, ни другая сторона не хотела проводить - адвокаты боялись шанса что Уильямс всё же окажется одним из мужчин, а прокуратура считала что имеющиеся выводы им благоприятны.

Из-за отсутствия прогресса, в июне 2023 года заменивший Грейтенса на посту губернатора Майкл Парсон распустил комиссию, что дало Генеральной прокуратуре запросить дату казни у Верховного суда для Уильямса, но тот с адвокатами смог к январю 2024 года уговорить нынешнего прокурора округа Сент Луис, Уэсли Белла, занять их сторону и подать в суд своего округа требование полностью отменить приговор Уильямсу на таких основаниях: обследование ножа его "оправдало"; изначальные адвокаты не смогли полностью дискредитировать свидетелей обвинения, хотя те были "как минимум лжецами"; изначальные адвокаты не смогли представить в смягчающих обстоятельствах все необходимые показания о "тяжёлом детстве" подсудимого, его "ужасной" семье, его тяжёлой зависимости и его "тяжёлых психически-эмоциональных проблемах".

Окружной суд согласился назначить слушание в ближайшее время, но параллельно Белл поддержал апелляцию Уильямса в Верховный суд о неназначении даты казни копией своих причин полностью оправдать смертника, а также он подал прошение губернатору Парсону занять их сторону. Впрочем, Парсон в июне отказался как-либо помогать Уильямсу и тогда же Верховный суд постановил что представленные аргументы Уильямса и Белла несостоятельны, так как либо не показывают смертника оправданным, ведь результаты анализов следов ДНК неубедительны для Уильямса, либо поднимают те аргументы, что были отклонены ранее всеми судами.

Своим решением Верховный суд назначил дату казни для Уильямса на 24 сентября, но в июле окружной судья назначил слушание о возможном признании смертника невиновным на 21 августа. Именно во время подготовки к этому слушанию, адвокаты и Белл наконец, спустя 9 лет, провели полноценное сравнение тех следов ДНК со всеми людьми, что были причастны к данному делу, и выяснили личности тех двух мужчин - это были помощник окружного прокурора, который вёл дело Уильямса в 2001, и один из его следователей:

Данный результат был сообщён Генеральной прокуратуре и общий консенсус между ними состоялся в том, что обследования ножа до суда в 2001 году были правильными и там действительно не было отпечатков пальцев и следов чьей-либо ДНК помимо жертвы - это уже затем помощник прокурора и его следователь либо во время подготовки к суду, либо во время суда неосторожно взяли нож в руки без перчаток, оставив следы своей ДНК.

Из-за этого прорыва в деле, который во многом не шёл на пользу смертнику, Белл пришёл с Уильямсом к соглашению, в котором тот согласится признать себя виновным в убийстве Гейл в обмен пожизненное заключение без права на УДО. Но 21 августа, когда это соглашение между Беллом и Уильямсом было представлено окружному судье, Генеральная прокуратура выступила против как вышестоящая инстанция, заблокировав заключение сделки. Уильямс подал на это апелляцию в суды штата, но те подтвердили возможность Генеральной прокуратуры поступать так, из-за чего смертнику пришлось лишь снова подавать апелляцию во все суды, требуя как минимум отменить ему дату казни аргументами о недостатке доказательств его вины и того, что один из первоначальных помощников прокурора на суде 2001 года теперь признаёт удаление одного из присяжных при отборе на основе его расы, а также снова прося Парсона как-либо помешать казни. Однако все суды отклонили и эту апелляцию, постановив что доказательств его вины достаточно и нынешние слова помощника прокурора не совпадают с транскриптами суда, где он объяснял отстранение потенциального присяжного его характером, схожим с Уильямсом, а Парсон снова отказал Уильямсу как-либо ему помогать.

И наконец, 24 сентября Марселлус Уильямс был казнён смертельной инъекцией без каких-либо эксцессов. За его казнью не наблюдал никто из семьи Гейл, так как ранее они заявили что не будут против замены ему приговора на пожизненное и не желают присутствовать на казни.

(Ссылки я выложу в комментариях.)