ЖэДэТоскливость; Павунец 29.08.2025
Всё началось с поезда и им должно было и закончиться, но мозг в последствии решил иначе. Вокзал – место, с которым в последние несколько лет реальности я поразительно сроднилась. На нём были как встречи, полные счастья и надежд, так и расставания, полнящиеся грустью, долго потом зудящей в сердце. Сейчас же, покидая перроны моё сердце глухо – я еду цельной везде. Радостно, что теперь избегаю прощаний и чуть тоскливо от того, что бесцельно по приезду в толпе ищу глазами знакомые, любимые черты… Каждый раз сердце замирает в волнении, а я, сержусь на его наивность и хмурюсь, зная реальность. Оно же верит и надеется, а осознав, что в который раз ошиблось, обрываясь, возобновляет свой стук, оглушая меня ударами.
Продолжаю, вернее перехожу к сути. В сновидении на вокзал я провожала маму. Не знаю, куда конкретно я её отправляла, но столько боли, как в этот раз, я не испытывала ни разу в жизни, смотря на исчезающий вдали металлический хвост, увозящий дорогого мне человека. Хотя, тут уж я лукавлю, красоты ради. Я никогда не смотрю на уходящий поезд, попрощавшись, стараюсь уйти как можно быстрее, храня себя от лишних тревог. В этот раз было иначе, и я сотрясалась в рыданиях, стоя на перроне. Мама крепилась изо всех сил, но, проникнувшись, расплакалась тоже – зло и горько, обвинив меня в том, что не хотела этого, но пришлось. На меня её слёзы подействовали отрезвляюще. Я замолчала. Мы вместе зашли в вагон, но выйти я уже не успела. Поезд тронулся. Я хотела выскочить на перрон, но скорость была уже слишком большой, поэтому, шагнув вниз, меня должно было затянуть и я, раздавленная, окрасила бы рельсы своим внутренним миром, но мозг знатный хитрец, не мог допустить такой оплошности, поэтому, не успев и моргнуть, я оказалась на перроне живая и радостно целиковая.
Смеркалось и пустынилось, а я шла и шла. Пути, раскинувшись, поблескивающими в темноте рельсами, ветвились, уползая вглубь ночи. Знаешь, я была ровно в той фразе, исполненной философского смысла, вещающей, что у самурая нет цели, а есть только путь. В моём случае не было самураев, а как всегда у себя была лишь я, а путь…их было такое количество, что глаза хотели разбежаться, если б не моя уверенность и знание того, что ни один из них не мой.
Следующее сновидение являло собой страх исполненный. Лаборатория. Пауки. Вероятно, тут занимались их разведением и хранением. Я - сотрудник, допустивший ошибку, дав им волю. В считанные мгновения, оборачиваясь, я наблюдала, как пол и стены заполняются, кишат паучатами, а оплетает углы, паутина свисает лохмотьями. Парализованное ужасом тело молчало, разевая рот, и топочась на одном месте носочками, словно танцуя. Таким образом, я надеялась задавить хоть кого-то, но попадала только мимо. Это классика – танец, движение не потому, что ты хочешь, а потому что замирание уничтожит тебя быстрее, а так, у тебя есть хоть какой-то шанс на спасение - изначально всегда максимально призрачный. Спустя пару мгновений я бросилась к защитным костюмам, начала одеваться, но это уже было напрасно. Как говорят на аэросудах – сначала обеспечьте безопасностью себя, а потом уже и остальных, от вас зависящих. Никто не говорит: натворите беды, создайте раздрай, а потом, ополумев, ищите защиты – так не надо, но именно так и получилось.