Я выжил... Ч.2
Привет всем! С вами Джони Нокс... Э-э-э... Azamandius)
Сегодня, я расскажу о своих "приключениях" после операции и о первой реабилитации в той же больнице. И так, очнулся я после операции и понял, что не чувствую левую сторону вообще, правую плохо, но всё-таки чувствую. Ещё оказалось, что я уже не могу употреблять пищу как все и поэтому мне поставили зонд в нос, чтобы всё-таки я мог есть. Из-за того, что моё мягкое нёбо и вся права сторона тела, не работали мне поставили трубку в горло. Это было сделано для защиты лёгких. Трубку часто чистили от мокроты, которая накапливались - высасывали спец.прибором. Один раз, я его в бреду вытащил - чем-то он мне не понравился). Очнулся опять с ним. Также мне поставили шунт в голову (выглядел как шишка). Его поставили, потому что мой сосуд в голове затромбовался, то есть забился (тот что в правой части). Шунт нужен для того, чтобы лимфа не застаивалась. У нормальных людей, она по сосудам выводится из организма. У меня - увы... Поэтому мне поставили шунт и сделали трубку до кишечника. На животе тоже был разрез. Это на всю жизнь. Итого: 5 разрезов: 1 - горло, 3 - на голове, и 1 - на животе. Лёжа там, я отчаивался. Думал о том, как буду дальше жить. Как инвалид... Помню как меня протирали девушки. Как мне стыдно было, от своей беспомощности. Помню как из-за трубки, я не мог говорить, и потому привлекал внимание сестёр, щелчками пальцев здоровой руки. Правда, это было тиховато, поэтому я долго щелкал). Ещё помню, как я на пальцах, просил позвонить маме. Впрочем, мама меня не забыла, как я сперва подумал. Просто был карантин в больнице и к нам никого не пускали, но все же она зашла. Мои знакомые просто растерзали её с вопросами «что и как», но тогда, её ещё не пускали ко мне, поэтому ей было очень тяжело. В первый раз, когда маму пустили, она пришла со старшим братом. Заходили по очереди. Говорили со мной, разминали конечности. Слёз было)
Через пару дней пришёл и папа. Рассказывал о своей молодости. Как он воевал в Афганистане и как он после был в госпитале. Рассказал о человеке, который не сдался, даже когда ему осколком перебило позвоночник. Поддерживали меня морально, ведь всё не от них зависело. С тех пор, мама приходила ко мне каждый день, а брат и папа, как могли. Брат придумал как со мной общаться: говорить я не мог, написать тоже; рука безбожно тряслась. Брат говорил буквы алфавита, а я давал знать какая. Так и общались. Первое что я спросил, инвалид ли я. Брат тогда заплакал. Да, было тогда дерьмово … Батя тогда втык дал, спасибо им! Не дали мне скатиться. Потом к нам подселили чувака. Буйноватый был, задолбал страшно: любил покричать, звал своих корешей. Приходилось его привязывать к кровати, а то он себе вред мог нанести. Делали анализы, МРТ, брали мочу. В общем, нормальные процедуры.
Кормили конечно, плохо: утром овсянка на воде, в обед суп, ужин овсянка на воде. За это время я ей наелся - ужас. Пару раз просто стошнило от неё. Если сёстры были добрые, то приносили другую кашу. Мама приносила мне йогурт, чтобы я учился пить.
Но! Всегда есть но. Так как правая сторона нёба не работала хорошо, а в левой стоял дренаж, то я не мог толком пить - закашливался. Вот такой облом. Узнал это только на реабилитации, про нёбо. А так, с трубкой и ходил. Слона напоминал). Естественно, что я не мылся, меня обтирали влажными салфетками, но как же я скучал по ванне :) Увы, это было не для меня: 2 месяца я не был в ванной. Когда я дорвался до неё, то отмокал несколько часов с удивительным удовольствием.
Со мной приходили заниматься: сначала была массажистка, позже ЛФК (Наталья Андреевна). Учился сидеть. Шейные мышцы не держали голову, потому она как ватная была. Массаж был приятен и я всегда расстраивался когда он заканчивался). Частенько ко мне заходила Марина Викторовна, реаниматолог. Весьма миловидная девушка. Уже потом, в начале апреля, меня перевели в отделение, когда всё уже было хорошо. Вот Марина Викторовна и сняла мне трубку с горла. Заросло спустя 2 недели. До этого, мама его заклеивала, убирала мокроту. Когда меня перевели туда, мама сказала что не доверит меня сиделкам. Мама была со мной всё время реабилитации. В отделении, часто кормили той же едой, что и остальных больных, но она не пролезала в мою трубку! И часто кости попадались. Пришлось папе, привезти блендер, частенько мама ходила в местный магазин за едой, памперсами и простынками... Приезжали мои друзья, Виталий и Сергей, другой не мог, был в другом городе. Ещё смсили часто подруги. С одной из них, Юлей, я договорился связаться после операции, а оно вон как получилось...
На занятиях с логопедом, из-за дырки в горле, были забавные вещи: мне приходилось закрывать дырку рукой, чтобы понятнее говорить, а на занятиях ЛФК пытались не только сидеть, но и ходить. Рано было, имхо. Трудно было мыться, но какое это было чувство! Сперва попробовали в ванночке, в которой все мылись, но в тот момент, мне было трудно сидеть даже в коляске. Что уж говорить про ванную, которая была сидячей. В общем, мылся я в тазу. Точнее меня обмывали, но и это был кайф!
Потом мой врач, который делал операцию, нашёл для меня реабилитацию, куда я и поехал, на скорой с мигалками)). Тогда все присутствовали: и брат, и родители; вещи погрузили в папину машину, а брат поехал со мной. Сперва водитель не смог найти дорогу, но брат указал ему путь). Вот и новый этап реабилитации, но это уже другая история...
ЗЫ: добавлю пару фотографий в комментарии.
Сегодня, я расскажу о своих "приключениях" после операции и о первой реабилитации в той же больнице. И так, очнулся я после операции и понял, что не чувствую левую сторону вообще, правую плохо, но всё-таки чувствую. Ещё оказалось, что я уже не могу употреблять пищу как все и поэтому мне поставили зонд в нос, чтобы всё-таки я мог есть. Из-за того, что моё мягкое нёбо и вся права сторона тела, не работали мне поставили трубку в горло. Это было сделано для защиты лёгких. Трубку часто чистили от мокроты, которая накапливались - высасывали спец.прибором. Один раз, я его в бреду вытащил - чем-то он мне не понравился). Очнулся опять с ним. Также мне поставили шунт в голову (выглядел как шишка). Его поставили, потому что мой сосуд в голове затромбовался, то есть забился (тот что в правой части). Шунт нужен для того, чтобы лимфа не застаивалась. У нормальных людей, она по сосудам выводится из организма. У меня - увы... Поэтому мне поставили шунт и сделали трубку до кишечника. На животе тоже был разрез. Это на всю жизнь. Итого: 5 разрезов: 1 - горло, 3 - на голове, и 1 - на животе. Лёжа там, я отчаивался. Думал о том, как буду дальше жить. Как инвалид... Помню как меня протирали девушки. Как мне стыдно было, от своей беспомощности. Помню как из-за трубки, я не мог говорить, и потому привлекал внимание сестёр, щелчками пальцев здоровой руки. Правда, это было тиховато, поэтому я долго щелкал). Ещё помню, как я на пальцах, просил позвонить маме. Впрочем, мама меня не забыла, как я сперва подумал. Просто был карантин в больнице и к нам никого не пускали, но все же она зашла. Мои знакомые просто растерзали её с вопросами «что и как», но тогда, её ещё не пускали ко мне, поэтому ей было очень тяжело. В первый раз, когда маму пустили, она пришла со старшим братом. Заходили по очереди. Говорили со мной, разминали конечности. Слёз было)
Через пару дней пришёл и папа. Рассказывал о своей молодости. Как он воевал в Афганистане и как он после был в госпитале. Рассказал о человеке, который не сдался, даже когда ему осколком перебило позвоночник. Поддерживали меня морально, ведь всё не от них зависело. С тех пор, мама приходила ко мне каждый день, а брат и папа, как могли. Брат придумал как со мной общаться: говорить я не мог, написать тоже; рука безбожно тряслась. Брат говорил буквы алфавита, а я давал знать какая. Так и общались. Первое что я спросил, инвалид ли я. Брат тогда заплакал. Да, было тогда дерьмово … Батя тогда втык дал, спасибо им! Не дали мне скатиться. Потом к нам подселили чувака. Буйноватый был, задолбал страшно: любил покричать, звал своих корешей. Приходилось его привязывать к кровати, а то он себе вред мог нанести. Делали анализы, МРТ, брали мочу. В общем, нормальные процедуры.
Кормили конечно, плохо: утром овсянка на воде, в обед суп, ужин овсянка на воде. За это время я ей наелся - ужас. Пару раз просто стошнило от неё. Если сёстры были добрые, то приносили другую кашу. Мама приносила мне йогурт, чтобы я учился пить.
Но! Всегда есть но. Так как правая сторона нёба не работала хорошо, а в левой стоял дренаж, то я не мог толком пить - закашливался. Вот такой облом. Узнал это только на реабилитации, про нёбо. А так, с трубкой и ходил. Слона напоминал). Естественно, что я не мылся, меня обтирали влажными салфетками, но как же я скучал по ванне :) Увы, это было не для меня: 2 месяца я не был в ванной. Когда я дорвался до неё, то отмокал несколько часов с удивительным удовольствием.
Со мной приходили заниматься: сначала была массажистка, позже ЛФК (Наталья Андреевна). Учился сидеть. Шейные мышцы не держали голову, потому она как ватная была. Массаж был приятен и я всегда расстраивался когда он заканчивался). Частенько ко мне заходила Марина Викторовна, реаниматолог. Весьма миловидная девушка. Уже потом, в начале апреля, меня перевели в отделение, когда всё уже было хорошо. Вот Марина Викторовна и сняла мне трубку с горла. Заросло спустя 2 недели. До этого, мама его заклеивала, убирала мокроту. Когда меня перевели туда, мама сказала что не доверит меня сиделкам. Мама была со мной всё время реабилитации. В отделении, часто кормили той же едой, что и остальных больных, но она не пролезала в мою трубку! И часто кости попадались. Пришлось папе, привезти блендер, частенько мама ходила в местный магазин за едой, памперсами и простынками... Приезжали мои друзья, Виталий и Сергей, другой не мог, был в другом городе. Ещё смсили часто подруги. С одной из них, Юлей, я договорился связаться после операции, а оно вон как получилось...
На занятиях с логопедом, из-за дырки в горле, были забавные вещи: мне приходилось закрывать дырку рукой, чтобы понятнее говорить, а на занятиях ЛФК пытались не только сидеть, но и ходить. Рано было, имхо. Трудно было мыться, но какое это было чувство! Сперва попробовали в ванночке, в которой все мылись, но в тот момент, мне было трудно сидеть даже в коляске. Что уж говорить про ванную, которая была сидячей. В общем, мылся я в тазу. Точнее меня обмывали, но и это был кайф!
Потом мой врач, который делал операцию, нашёл для меня реабилитацию, куда я и поехал, на скорой с мигалками)). Тогда все присутствовали: и брат, и родители; вещи погрузили в папину машину, а брат поехал со мной. Сперва водитель не смог найти дорогу, но брат указал ему путь). Вот и новый этап реабилитации, но это уже другая история...
ЗЫ: добавлю пару фотографий в комментарии.