Вот так рыбалка!...⁠⁠

Эту историю мне рассказал отец. Пересказываю с его слов:

Однажды, мелким пацаном, он вместе с другом отправился на рыбалку, никого о том не предупредив. Выдвинулись они уже вечером, когда солнце начало скрываться за деревьями.

И вот, вышли к речке. Сразу меж собой договорились, что домой вернутся затемно. Но, стоило им только забросить удочки, счёт времени был потерян: клёв был настолько хорошим, что рыба буквально сама в вёдра лезла! Опомнились только тогда, когда вдалеке раздалось громыхание, а потом и над верхушками деревьев замигали всполохи. А там уже и дождь закапал - вначале едва-едва, а затем обрушиваясь на землю потоком.

Подскочили они с другом тут же, вёдра с земли подхватили - и опрометью бросились к бетонному мосту: там пережидать погоду. Молнии сверкали, дождь лился - страшно!

Просидели они там, пока громыхать не перестало. Смотрят - а небо уже тёмное-тёмное. Ну, что поделать, побрели домой, уже мысленно готовясь к порке ремнём. Идти решили вначале через лес, а там уж вышли к дороге. Как ни странно, попуток ни одной не было, поэтому пришлось пусть не длинный, но утомительный после таких приключений путь преодолевать на своих двоих.

И вот, идут они вдоль дороги, идут. А тут - гля! - из-за деревьев видно, как в темноте сверкают чьи-то глаза. Не иначе что волчьи! Тут они вёдра побросали, ноги в руки - и побежали быстрее к дому: только пятки сверкали!...

Дома бате, конечно, и дед, и родители, устроили взбучку: чего, мол, не предупредил хотя бы! А если что случилось бы?!.

Тут им мой отец и решил рассказать, как всё было.

Дед посмеялся и сказал, что рыба перед грозой всегда хорошо клюёт, а за деревьями-то не волки были, а "головёшки", на которых растёт гриб мицелий. Он-то и выделяет светящееся вещество, пугая всех, кто поздно ночью загулялся.

Наутро решили дед с батей пойти снова в лес, забрать оставленные у дороги накануне вёдра с рыбой. Как резонно заметил дед, за ночь она сгнить не должна, вроде.

Пришли на место, нашли вёдра, да вот только с возвращением добычи опоздали: какой-то мелкий зверь - не то ласка, не то куница, - уже успел свершить варварство над рыбьими тушками.

Отец мой, пересказ мой.