ВИРТ. 7 ГЛАВА. ПРОЗРЕНИЕ
Следующие три месяца Василиса буквально жила в телефоне. Реальный мир окончательно потерял для неё очертания, превратившись в размытый фон. Все повседневные дела она выполняла на автомате, поверхностно, ни во что глубоко не вникая. Любая рабочая информация испарялась из головы мгновенно, ведь всё её внимание без остатка поглощал Саша. Для неё это были не просто строчки на экране — это были самые настоящие отношения, хоть и болезненные. В её сознании он давно перестал быть безликим Искателем, превратившись в мужчину из плоти и крови.
Они сближались, проговаривая ночи напролет, часами висели на телефоне и созванивались по видеосвязи. Разговоры уже не ограничивались постельными темами. Саша впускал её в свой хаотичный, безумный мир. Он взахлеб рассказывал о далеких путешествиях, цитировал буддийские трактаты и тут же, без малейшего стыда, делился криминальными историями из своего бандитского прошлого, когда он творил безрассудную дичь.
Самым сильным крючком стали его рассказы о духовной наставнице, которая когда-то научила его пробуждать кундалини — дремлющую в основании позвоночника энергию. Саша описывал этот опыт с религиозным экстазом. Для него кундалини была не путем к духовному очищению, а самым сильным, изощренным наркотиком. Он с восторгом расписывал, как огненный столб взмывает вверх по позвоночнику, вызывая концентрированный ментальный оргазм — ни с чем не сравнимое физическое блаженство, от которого темнело в глазах. Василиса слушала его, затаив дыхание, и подсознательно жаждала пережить этот шквал эмоций сама.
Их отношения превратились в беспощадные эмоциональные качели. Они бурно ругались из-за его неадекватных выходок, Саша швырял её в черные списки, а затем возвращался с еще более яростной страстью. Иногда он пропадал на недели, а потом объявлялся как ни в чём не бывало. Каждый раз Вася думала, что это конец, и мысленно прощалась с ним навсегда.
В дни его ледяного молчания она не находила себе места. Обида и чувство несправедливости бурлили внутри так сильно, что дышать становилось трудно. Её ломало. Разделить этот ураган в реальной жизни было не с кем, и от безысходности Вася часами листала ленту сайта Questions. Она судорожно цеплялась за любые случайные темы, пытаясь выдавить из незнакомцев хотя бы каплю той эйфории, которой её лишил Искатель. Пыталась кокетничать, выводить мужчин на эмоции по Сашиной методике, но в этих беседах не было нужной остроты. Впрочем, с парой-тройкой пользователей ей удалось сойтись поближе. Василиса цинично называла их своим «гаремом». Теперь она сама стала полноправной частью этого текстового болота и прекрасно понимала, почему старожилы не могут из него выбраться.
Лента сайта пестрела глупостью и чужой болью: кто-то устраивал яростные политические баталии, получая вечные баны и создавая новые профили; кто-то в порыве отчаяния умолял местных жителей передать условной Лене или Никите мольбу убрать их из черного списка. Встречались и те, кто молча забивал ленту несмешными картинками. Вася считала их невыносимо скучными, представляя на том конце экрана вредных пенсионеров, которым просто некуда девать время.
Но однажды, окончательно раздавленная очередным Сашиным игнором, она сдалась и взяла пример с тех самых несчастных влюбленных. Василиса опубликовала в общую ленту крик души — эмоциональное послание, адресованное Искателю. Она знала, что напрямую он её не увидит, но была уверена: Саша караулит её со своего второго, секретного аккаунта.
К её изумлению, единственным, кто откликнулся, понял и искренне поддержал её в комментариях, оказался автор тех самых раздражающих мемов. Скучный «дед» на поверку оказался тридцативосьмилетним Максимом из Новороссийска — чертовски приятным и умным собеседником под ником Max. Он быстро занял место в её виртуальном «гареме». Они периодически списывались в личке, обсуждая всякую всячину, но стоило Василисе по привычке перевести разговор в интимное русло, как Максим мягко, но уверенно возвращал её на дистанцию. Он оставался единственным, кто упорно не велся на её провокации. Скучный. Правильный. Абсолютно не такой, как Саша.
И стоило Искателю наконец снизойти до общения с ней, как Вася мгновенно забывала и про Максима, и про весь свой гарем. Она с готовностью трепетной жертвы обратно погружалась в сумасшедшие, садистские игры с Сашей. Он снова царил в её мыслях, упиваясь рассказами о своём бурном прошлом, истории из которого казались Васе ожившими страницами жестоких романов.
Ведь он был соткан из пороков: хронический алкоголик, в прошлом — плотно сидевший на игле наркоман, азартный игроман и патологический бездельник, годами не имевший постоянной работы. В трезвом уме Василиса не подошла бы к нему и на пушечный выстрел. Но сейчас её необъяснимо тянуло в это болото. Конечно, с каждой новой деталью в душу просачивалось разочарование, оно заполняло мысли медленно, по капле. Но Вася так панически боялась вернуться в прежнюю серую реальность, что упорно убеждала себя: «Это просто игра. Я в любой момент могу остановиться. Я ведь не собираюсь ехать к нему или звать к себе». На уровне отношений на расстоянии такой суррогат близости её вполне устраивал.
Тогда, после их первой ночи, она действительно хотела заблокировать Лёху. Но лихорадка, в которую её вверг Искатель, потребовала громоотвода. И Лёха стал идеальным инструментом для снятия стресса. Удобный, влюбленный до беспамятства, он прощал ей любые капризы и холодность. Пусть думает, что они счастливая пара — ей было плевать. Василиса ловко вела двойную игру: все бурные эмоции, которые рождались из ночных переписок с Сашей, она днем выплескивала на Лёху в постели, забирая взамен его заботу, тепло и надежность.
Единственной, перед кем она не могла смолчать, была Алёна. Все их редкие встречи и телефонные звонки Василиса сводила к бесконечным разговорам о Саше. Подруга откровенно не понимала этой дикой увлеченности маргиналом и пыталась вразумить её, предрекая скорый и болезненный финал. Но Вася отмахивалась: «У меня всё под контролем».
Хотя контроля не было. Рассеянность уже вовсю била по её идеальной жизни. В отчетах копились глупые ошибки, Лёха всё чаще натыкался на её стеклянный, устремленный сквозь него взгляд, но Василиса свято верила в свою хитрость. Лёха слишком слеп, чтобы узнать правду, а на работе её слишком ценят, чтобы уволить из-за пары опечаток.
Саша звонил часто. Любая бытовая тема в его исполнении неизменно пропитывалась похотью. В этих разговорах он всё настойчивее мечтал о том, как приедет в её город. И чем подробнее он расписывал свои грязные желания, тем сильнее Василисе хотелось, чтобы это случилось в реальности. Ей хотелось наконец-то отдать накопившуюся страсть не суррогатному Лёхе, а тому, кому она по-настоящему принадлежала.
Когда Саша в очередной раз завел разговор о встрече, сообщив, что через неделю будет проездом в соседнем регионе, Василиса согласилась не раздумывая. Они полночи бурно обсуждали детали, а остаток ночи измученный Лёха принимал на себя волну её дикого, ненасытного секса.
После этой ночи Вася так и не смогла уснуть. С одной стороны, предвкушение жгло изнутри. С другой — накатывал неконтролируемый страх. Она снова предавала Лёху, да и сама непредсказуемая личность Саши откровенно пугала.
А утром на экране высветилось сообщение:
Искатель: Нам нужно серьезно поговорить.
Внутри у неё всё сжалось. Такой тревожной, тяжелой интонации от него она еще не слышала. Это было совсем не в его стиле.
Василиса: О чем?
Искатель: О нашей встрече.
Василиса: Передумал?
Искатель: Нет, я безумно тебя хочу. Мечтаю о нашей встрече, чтобы воплотить всё, о чем мы писали. Но есть вещь, о которой ты обязана знать.
Василиса: Чего же я такого еще о тебе не знаю? Мне кажется, ты рассказал уже всё самое страшное.
Искатель: Из-за этого ты можешь сдать назад. Но я должен быть честен. Я многим девчонкам не говорил. Но ты особенная. Тебя не могу не предупредить.
Василисе стало по-настоящему жутко.
Василиса: Саш, ты меня пугаешь.
Искатель: Не бойся. Я уже сам жалею, что начал этот разговор.
Василиса: Ну продолжай, раз начал.
Искатель: Пообещай, что в любом случае не передумаешь насчет встречи.
Василиса: Я не могу обещать, не зная, о чем речь. Скажи сначала, а я решу.
Искатель: Нет, пообещай.
Сейчас в его строчках не было привычного доминирования и хамства. Ей писал обычный человек по имени Саша, который панически боялся услышать отказ. Он не приказывал. Он просил. Василиса отчетливо это почувствовала, и её сердце дрогнуло.
Василиса: Я могу пообещать одно: даже если мы не увидимся вживую, мы продолжим общаться. Это точно.
Искатель: Тогда я промолчу.
Василиса: Ну начинается. Ты вообще это не придумал? Очередная манипуляция, чтобы набить цену?
Искатель: Нет. Для меня это действительно важно.
Василиса: Да говори уже. Мы обсудили твое бандитское прошлое и наркотики. Что может быть хуже?
Александр замолчал. Статус «онлайн» горел, но новые строчки не появлялись. Вася лихорадочно перебирала в голове варианты, пока экран не моргнул от короткого предложения, повергшего её в абсолютный шок:
Искатель: У меня гепатит С.
Вот теперь Василиса замолчала сама. В голове воцарился оглушительный вакуум. Эта короткая фраза подействовала на неё как ледяной душ, мгновенно отрезвляя. Логика, спавшая три месяца, с размаху ударила фактами: бывший инъекционный наркоман. Тяжелый вирус в крови. Господи, куда она лезет? У неё вообще остались мозги?
Искатель: Ничего не скажешь?
Василиса: Я не знаю, что сказать. Честно. Обещать, что мы встретимся, я теперь точно не могу.
Искатель: Вася, это же не ВИЧ и не СПИД. Если предохраняться, ты в полной безопасности.
Василиса: Спасибо, но нет.
Искатель: Я так и знал. Но я должен был сказать.
Василиса: Мне нужно подумать. Давай созвонимся вечером.
Василиса отложила телефон, но собрать мысли воедино так и не смогла. Эта новость выбила её из колеи, буквально выдернув из затянувшегося цифрового транса обратно в жесткую реальность.
Окончательно её привел в чувство резкий звонок внутреннего телефона. Секретарь сухо сообщила: «Василиса, срочно зайдите к генеральному». Это был второй тяжелый разговор за это утро.
Начальник выглядел усталым и откровенно разочарованным. Вывалив на стол стопку её последних отчетов, испещренных грубыми ошибками, он ледяным тоном сообщил, что дает ей последний шанс. Всего одну неделю на исправление.
Долгожданная должность, к которой она усердно шла несколько лет, с тихим шелестом уплывала у неё из-под рук.
Василиса вышла из кабинета генерального с трясущимися руками и едва сдерживая слезы. Ей казалось, что её только что с размаху швырнули лицом в ледяное стекло. Только сейчас, ясно и чётко, как вспышка молнии среди ясного неба, к ней пришло озарение: этот виртуальный марафон полностью уничтожил её реальность. Она превратилась в бледную тень самой себя, которая путала цифры, срывала сроки и забывала о людях.
Вася шла по офисному коридору, испуганно оглядываясь по сторонам, словно впервые видела эти стены. За окнами бизнес-центра кружились первые желтые листья. Уже наступила осень. А она даже не заметила, как пролетело лето. Да, она одевалась по погоде, но делала это механически, не приходя в сознание. Настоящей Василисы здесь не было все эти месяцы — вся её жизнь, все её мысли и чувства оставались там, в пятидюймовом экране смартфона. Здесь функционировал лишь пустой манекен. И пока она бредила чужими кундалини и грязными фантазиями, её настоящий, с трудом выстроенный мир рушился до основания.
Назад пути не было. Внутри созрело жесткое, выстраданное решение: она вернет себе контроль. Чего бы ей это ни стоило, она восстановит репутацию на работе, наведет порядок в делах и наконец-то по-настоящему займется отношениями с Лёшей, который заслуживал этого как никто другой. А Саша... С Сашей всё кончено. Она больше никогда, ни при каких обстоятельствах ему не напишет.
👍👍👍