ВЕДЬМА⁠⁠

Работала я тогда художником в керамическом цехе, расписывала вазы, большие, напольные.

Художники и творческие люди меня поймут, что творческий процесс не возможен, если плохое настроение, нет вдохновения.

В тот день я не хотела расписывать вазы. Настроение вроде нормальное но, какое-то не такое. Но вот не могу я расписывать вазы и все! В цехе еще работали другие художники и лепщицы.

- Говорю начальнику цеха, он же и хозяин. Это было частное предприятие.

- Не могу я сегодня росписью заниматься. Давайте я на лепку пойду. Объяснила ему, что вдохновения у меня нет. Что если я распишу вазы без настроения, они будут нести отрицательную энергетику, люди купят такую мою вазу и начнутся у них в доме всякие несчастья, а я этого не хочу.

Но начальник меня не понял, сказал, что бред это все про отрицательную энергетику.

- Ты у нас художница, вот и рисуй, на твои вазы заказ пришел срочный, сегодня надо вагонетку в обжиг поставить. В вагонетке, обжигались не только мои вазы, но и других художников, и маленькие вазочки, подсвечники, статуэтки.

Я еще больше сникла, но работать стала. В этот день мне вообще не нравилось все, что я рисовала, краски, формы, все! Думала про себя, да кто купит такую мазню? Вазы расписывались по кругу пейзажем, утвержденного образца по росписи не было, каждый художник рисовал, что хотел.

Отработала я этот день «скрепя сердце», коллеги, меня старались поддержать, говорили – не бери в голову, все у тебя красиво получается.

На следующий день, ехали с подружкой на работу, работали вместе, она лепщицей была. Зима и после оттепели ударил мороз, дороги обледенели. Автобус был не большой ЛиАЗ-677, очень не удобный, их еще в народе «скотовоз» называли. В одном месте по маршруту дорога поднималась на достаточно крутую горку. Автобус доехал до середины горки и стал скользить назад, полностью скатился с горки. Водитель не сдавался и повторил попытку заехать на горку несколько раз, все безуспешно. Пассажиры вышли из автобуса, женщины и дети пошли пешком в горку, а мужчины стали помогать водителю. Они наломали веток с ближайших деревьев, стали подкладывать их по пути автобуса, сзади тоже подталкивали. И вот о чудо! Автобус преодолел это препятствие. Все обратно сели в автобус и поехали по своим делам.

На работу мы конечно опоздали, примерно на час. Опоздания у нас не приветствовались, за опоздания штрафовали и вычитали из зарплаты.

С тяжелым сердцем мы зашли в цех, подбирая в голове слова в свое оправдание.

В цехе стояла тишина, обычно там играла музыка и вообще чувствовалась какая-то напряженность, все работали молча.

Спрашиваю у коллег, что случилось? Мне ответили – посмотри на вагонетку. Я подошла к печке, вагонетку уже выдвинули. Такого я никогда не видела. Все вазы взорвались при обжиге и осколками повредили другие изделия. Я присмотрелась, что с другими изделиями, может они все лопнули? Температуру не правильно выставили, пережгли? Но внимательно рассмотрев все, что находилось на вагонетке, я всё-таки убедилась, что источником взрыва послужили именно мои вазы, их буквально разорвало в клочья, взрываясь, они разрушили все, что там было. На полу тоже валялись осколки от разбитых ваз.

На удивление, начальника в цехе не было.

Потом нам рассказали, что творилось в цехе, когда открыли и выдвинули из печки вагонетку. Начальник просто рассвирепел, матом всех крыл трехэтажным, потом стал кидать остатки ваз на пол, осколки разлетались с силой и могли кого-нибудь поранить, девчонки в ужасе разбежались. Кричал по, чему меня нет на работе, обозвал мня колдуньей, потом ушел к себе в кабинет, громко хлопнув дверью.

Я с облегчением выдохнула и подумала, что ведь есть все-таки какая-то сила, которая уберегла меня от гнева неадекватного начальника, задержала в пути автобус. Сила, которая не дала выйти из печки моим вазам с плохой энергетикой. Но такого, я конечно представить себе не могла.

Приведя себя в порядок, начальник вышел в цех уже спокойный, даже какой-то заторможенный, наверное, коньяка выпил.

Я, сидела, работала, подошел ко мне, грустно сказал.

- Видишь, что получилось?

- Я ведь говорила вам вчера, что не могу работать, а вы мне не поверили.

- Вот по этому сегодня, ты останешься и сделаешь в два раза больше. Сегодня ты, как? Вдохновение есть? Ничего не болит?

- Все нормально, ответила я.

Уходя к себе в кабинет, он оглянулся и сказал – а ты ВЕДЬМА.

(Напольная ваза, лепка моей подруги, роспись моя, нашла на "Юле")

(Ваза, лепка моя)

После этого случая, меня так и стали в цехе называть - ведьмой, в шутку конечно, но иногда обращались с просьбами, наколдуй, ты ведь можешь?