Учительница
Во времена, когда трава была зеленее, а солнце ярче. Окончил я четвёртый класс и шагнул, как мне тогда казалось, в старшую школу (5 класс).
Тут уже не учителя приходили к тебе в кабинет, а ты ходил к ним (по-крайней мере у нас в школе было так).
И был у нас новый классный руководитель. Учитель математики. Первое знакомство у нас с ней прошло с приветствия - "Здравствуйте, братцы-кролики!"
Она была невысокой женщиной (к 6-7 классу мы все уже были выше неё) с короткими волосами, помню её уже проседью. Никогда не знал, сколько ей лет, но на фоне остальных учителей, которые явно были ровестниками моей бабушки, она выглядела моложе.
У неё весьма необычное имя, особенно, если учесть, что это фактически деревня на краю Земли.
Вот знаете, есть люди, которые целиком вовлечены в своё дело - она из таких. Все матемаческие (алгебраические и математические формулы и правила) она преподносила почти, как музыку, меняя ритм речи, интонацию или делая акценты в речи, чтобы правила звучали как бы в рифму..Ц равно Два Пи Эр, С равно Пи Эр Квадрат. - сейчас мне уже за 30, но их я уже забуду разве что от деменции, как и признаки равенства треугольников)
Она проводила с нами чаепития и тематические классные часы. Мы были и капитанами дальнего плавания и изображали Аагские источники, набирая в рот воды, пели песни про Беринга, про черемшу (под её аккопанемент на гитаре).
Она была добра и к двоечникам и к тем, кому учёба давалась легко, не знал ни одного человека, который бы не любил её уроки или обиделся быть "братцем-кроликом".
Когда я заканчивал 10 класс, она улетела на пмж в другую страну, оставила мне целую стопу своих записей и книг по математике, наверное, думала, что я пойду в эту стезю (математика мне всегда давалась легко и просто, что с другим учителем, что уже после, в универе). Но, не сложилось.
Прошло много лет, часть учителей я успел забыть (имена и отчества), но Брониславну Феликсовну я буду помнить ещё долго (как и песню про черемшу).
Её любовь к своему предмету всегда могла воодушевить и зажечь математическую искру даже в самом гуманитарном разуме.
Не знаю, где она сейчас, всё ли у неё хорошо, но искренее ей этого желаю.
