Триггер⁠⁠

Лифт спускает меня на сто десятый уровень. Под ногами хрустит стекло, пахнет кровью и потом. Час назад один из работников банка пронёс в офис пистолет и перестрелял коллег и клиентов. Девять погибших, шестеро раненых, из которых трое в тяжёлом состоянии, а двое — в очень тяжёлом. Стрельбу могли пресечь, но никто не был к такому готов — слишком давно не происходило ничего подобного.

Олег Дементьев, тридцать один год. Разрешение на хранение оружия получено семь лет назад. Он и виновник, и последняя жертва — Дементьев застрелился, когда его загнали в угол. Странно, что не нашлось ни записок, ни манифестов. Впрочем, это уже не моя работа. Обхожу размазанные по полу мозги и внутренности, запускаю сканер. Мне машет рукой Настя из отдела аналитики, но сейчас некогда болтать. Я должен остановить Дементьева. И у меня очень, очень мало времени.

Пространство завихряется, стены, пол и потолок меняются местами. Сканер назойливо пищит, и я перевожу его в стандартный режим. Датчики на теле отзываются покалыванием.

Лифт спускает меня на сто десятый уровень. Двери распахиваются навстречу суете деловых этажей, дюжины клерков в строгих костюмах вываливаются в коридоры. После просторного холла толпа разделяется на потоки. Мне — направо, в банковское крыло. Прохожу мимо приёмной, предъявив пропуск. Моя маскировка безупречна, как всегда: я здесь в качестве сотрудника аудиторской фирмы. На часах двенадцать ноль три — ровно пятнадцать минут до начала происшествия.

Я останавливаюсь возле кофемашины. Не время пить капучино, но это лучшая точка для наблюдения.

— Илья?

Чёрт. Я сжимаю и разжимаю кулаки, оборачиваюсь.

На ней светло-розовый брючный костюм, очки в тонкой оправе. Спустя три года после развода Катя выглядит даже лучше, чем раньше.

— Привет. Не ожидал тебя тут увидеть, — признаюсь я. Голос охрип, язык не слушается.

Она сдержанно смеётся.

— Я тоже. Решил взять кредит?

Улыбаюсь в ответ.

— Да, присмотрел неплохую квартиру на вторичке, с кабинетом и детской. Кофе?

— Американо без сахара.

Хоть что-то не изменилось. Я нажимаю на кнопки, кофемашина гудит и выплёвывает стаканчики. Мимо проходят Катины коллеги, с кем-то она здоровается, с кем-то — нет.

— Как дела?

— Сойдёт, а у тебя? — Катя смотрит в сторону приёмной.

Она кого-то ждёт? Бросаю быстрый взгляд туда же. Жарко, хочется поправить датчики.

— Было не очень, но вот увидел тебя — и сразу стало лучше.

— Не подмазывайся, ставка от этого ниже не станет.

Протягиваю ей стаканчик.

— Спасибо.

Кофе горчит. Впрочем, чего ещё ожидать от бесплатных офисных напитков? Девять минут до момента невозврата. Кате лучше бы вернуться в кабинет, подальше отсюда.

— У тебя перерыв?

— Ага. А ты ждёшь менеджера?

— Да, приехал чуть раньше.

— С кем у тебя назначена встреча? Я провожу.

Секунда на принятие решения. Риск оправдан — я успею вернуться. Бегом, если будет нужно.

— С Дементьевым.

Катино лицо на мгновение вытягивается. Другой бы и не заметил, но я слишком хорошо её знаю.

— Уверен?

— А что не так?

Она допивает кофе и выбрасывает стаканчик в урну.

— Да всё так, просто он в отпуске. Наверно, ты ошибся датой.

Зачем Катя мне врёт?

— Приходи в понедельник, до двух он обычно на месте.

Пять минут. Мы подходим к лифту.

— Рада была тебя увидеть.

Катина улыбка кажется вполне искренней. Двери двух лифтов открываются одновременно — и из правого, который едет наверх, выходит Дементьев.

У него слегка отрешённый вид. В руках — папка для бумаг. Увидев Катю, он останавливается. А она толкает меня в другой лифт и нажимает на кнопку. Пока закрываются двери, я вижу, как Олег достаёт пистолет из папки.

И в этот момент меня выносит обратно.

Кто-то трясёт меня за плечо. Захожусь в приступе кашля, открываю глаза. Рядом со мной стоит Настя со стаканом воды в руках.

— Илюх, — она шмыгает носом, — я хотела тебя предупредить, но не успела…

Выпиваю воду залпом.

— Что-то не так?

Настя не смотрит мне в глаза.

— Мы ещё до конца не разобрались…

Хватаю её за локоть.

— Настя.

Она кривится — слишком сильно сжал. Отпускаю, Настя кивает.

— В обеих итерациях твоя бывшая жена погибла одной из первых. Судя по записям камер, Дементьев открыл огонь сразу после короткого разговора с ней.

— Я отправлюсь туда ещё раз и выведу её с этажа.

— Ты знаешь, что это будет нарушением, — Настя поджимает губы. — Оперативник не должен быть лично заинтересован в исходе операции.

— Да всем плевать! Пле-вать!

Я кричу так, что дребезжат обломки стёкол. Экспертная бригада неодобрительно оборачивается.

— Я должен вернуться и всё исправить. К тому же, разве сейчас здесь есть какой-то другой оперативник? Успокойся. Я профессионал, в конце концов.

Лифт спускает меня на сто десятый уровень. Кожа под датчиками чешется. Расталкивая всех, бегу к кофемашине. Глупо, я знаю, но если мы встретились именно здесь…

— Илья?

Руки дрожат.

— Тебе надо немедленно уходить отсюда.

— Что? Почему?

Я беру Катю за руку и тащу к лифтам. Она пытается вырваться, бьёт меня по плечу, пинает под колено острым каблуком.

— Пусти!

Игнорирую. Это всегда было лучшей стратегией: если бы я слушал всё, что говорит Катя…

— Илья! Да отпусти же, кому говорю!

На нас косо смотрят. Из-за стойки выходит охранник.

— Молодой человек…

Не глядя, тычу ему в лицо удостоверением — не аудиторским, а настоящим. Охранник отступает.

Я вызываю лифты — сразу все. Катя больше не дёргается, и это, на самом деле, выглядит гораздо подозрительнее.

Двери распахиваются. Дементьев сжимает в руках папку, смотрит на Катю. Я всё ещё держу её за руку.

Дальше всё происходит так быстро, что я, несмотря на подготовку, не успеваю отреагировать. Прямо через папку Дементьев стреляет в меня, но промазывает. Оборачивается и выпускает пулю в охранника (он смотрит на продырявленный живот, прижимает руки к ране и оседает на пол) и в секретаря (он падает, опрокинув стул). С полки летит и с грохотом раскалывается горшок с фикусом. Катя наконец вырывается и бежит к Дементьеву.

Брызги крови попадают мне на лицо. Я машинально облизываюсь, вижу направленное на меня дуло — и снова оказываюсь в настоящем.

На языке горчит. Настя открывает пачку салфеток.

— Исправил?

Вытираюсь молча.

— Твоя Катя и этот Дементьев как-то связаны.

Так и знал! На долю секунды я забываю, что мы в разводе, ногти впиваются в ладони. Врезать бы этому Олегу хорошенько!

— Жалко, камеры не пишут звук…

— Они не разговаривали.

— При тебе нет, но в первый раз — да.

Настя трёт лоб. На что она намекает?

— Хочешь сказать, что причина во мне?

Она качает головой.

— Мы не знаем. Но с каждой итерацией жертв всё больше. Ещё две попытки — и вмешательство станет невозможным.

— Я пойду ещё раз.

— Илья!

Но я уже захожу в лифт. Сканер снова пищит — но так тихо, что я его почти не слышу.

Двери открываются на сто десятом уровне. На этот раз я останавливаюсь в холле, толпа обтекает меня, как если бы им мешало толстое стекло. Одна минута, две, три, пять…

— Илья?

Виски и затылок трещат. Я поворачиваюсь к Кате.

— Боже, что с тобой?!

Только теперь я вспоминаю, что так и не переоделся. Понятно, почему все держались от меня подальше.

— Неважно. С тобой работает Олег Дементьев?

Она поправляет очки.

— Илья, мы развелись три года назад. Какая тебе разница, кто со мной работает?

— Уходи отсюда! — кричу так громко, что Катя морщится.

Семь минут. Катя отступает на шаг, скрещивает руки на груди.

— Илюш, тебе надо подышать свежим воздухом. Лёша, проводи его, пожалуйста, — говорит она охраннику, и тот достаёт рацию.

Сейчас он вызовет группу оперативного реагирования, но мне это даже на руку. Лишь бы Катя согласилась уйти.

— Послушай, тебе опасно здесь находиться, — я смягчаю тон, нужно говорить спокойно, предельно спокойно. — Хотя бы вернись на рабочее место.

Но Катя не слушает. Она кивает охраннику и покидает холл.

Я рвусь за ней, охранник пытается меня удержать, но куда там! Бегу к лифтам. В последний момент соображаю отстать — буквально на полшага.

Раздаётся первый выстрел.

Я сижу на полу. Что-то стучит, и я не сразу понимаю, что это — мои зубы. После того выстрела я выбежал из укрытия — прямо в лужу крови. Белая плитка в разводах, стены в россыпи капель, визг раздирает уши.

Катя держит в руках пистолет, прицеливается и стреляет в грузного мужчину в синем костюме. Пуля прошивает пиджак, мужчина корчится от боли. Катины розовые брюки намокли и потемнели. Дементьев стоит рядом, у него слегка отрешённый вид.

Я снова на полу, надо мной склонилась Настя.

— …этого. Илья, ты меня слушаешь вообще?!

— Прости.

— Я говорю, что Андрей и Серёжа приехали, они пойдут вместо тебя. Дыши глубже, вот так. Что ты говоришь?

Я повторяю вопрос. Настя хмурится.

— Я полагаю, что в первый раз это была случайность, а после он убивал её из-за тебя. То есть из-за ревности. Или из страха. Недостаточно данных, но это, если честно, неважно.

Киваю. Это всё уже неважно.

Я поднимаюсь с колен, отталкиваю Настю и бегу к лифту.

Двери распахиваются навстречу суете деловых этажей. Сто десятый уровень встречает меня запахом кофе и солнечным светом. Вместе со мной в холл выходит мужчина с папкой в руках. Впереди, возле кофемашины, стоит Катя. Красивая, как и три года назад. Нет, даже лучше.

Я достаю пистолет, прицеливаюсь и стреляю: сначала в соседа, затем в охранника. Кровь заливает лицо, ботинки скользят по полу. Визг раздирает уши. Я стреляю и стреляю: в секретаря, в грузного мужчину в синем костюме, в Андрея и Серёжу, в Настино перекошенное лицо.

В розовый Катин пиджак, прямо между лопаток.

Ткань темнеет и намокает. Пахнет кровью и потом, стекло хрустит под ногами. Лифт спускает меня на сто десятый уровень.