Третий Порядок. 7 часть⁠⁠

Третий Порядок. 6 часть

Илья несколько минут таращился на стену, как баран на новые ворота. Потому что для него это в натуре были новые ворота. Это что еще за бред? Стена, видно, покрыта тем же составом с нано крупицами свинца, поэтому он и поцеловался с ней. Ладно хоть Третий Порядок будет прочнее первого, а то расшибся бы в лепёшку и даже не понял от чего.

Вопросов за раз навалилось столько, что он всё ещё стоял в ступоре и не знал, за что хвататься и подумал, что впервые… сталкивается с подобной проблемой. Вариантов здесь и сейчас оставалось немного, поэтому он достал телефон и набрал Мясника. Долго слушал гудки, но вызов всё же приняли, и он услышал заспанный голос.

«Алё, хера ли ты трезвонишь? Ночь же!»

Парень громко прочистил горло, выгнул бровь.

— Ты ничё не перепутал?

С десяток секунд висела тишина, и Ганс, видимо вспомнив, что одолжил у своего человека телефон для Ильи, поспешил оправиться.

«А… извини, запарил спросонья»

— Хорошо спалось? Диван мой занял?

«Ага, пока тебя нет. Так чего у тебя?»

— Да у меня тут некоторые трудности возникли по пути в Германию. Примерно верно двадцать метров высотой. Чё за херня?

«В смысле? На стену что ли нарвался?»

— Ну типа того! Предупредить не судьба было? Где она заканчивается, где её обойти?

«Так я спрашивал, сможешь ли ты в Германию попасть, ты сказал что да. Ты не спрашивал, что там, вот я и не уточнил, я думал, ты про неё знаешь. Нигде она не заканчивается, она закольцована вокруг Германии. Где-то не такая высокая, но брешей нет, это защита от Шёпота».

— Ахереть можно! Спасибо, я догадался, что она от Шёпота защищает. Я блин думал, что там просто технологии развиты, везде фонари и прожекторы круглосуточно горят!

«Да ну какой смысл каждый день столько электроэнергии жечь? Это не бесплатно, а стену миллионы рабов построили в своё время и хер с ней, стоит она и кушать не просит. В Германии всё как у всех, только Шёпота нет».

— Вот же ёб твою мать. И чё делать? Как туда попасть-то? Входы или въезды есть? Хотя нахер, может под землёй как-нибудь пролезу.

«Не советую» — резко возразил Мясник, — «стена не только вверх, но и вниз уходит, и насколько глубоко, я не знаю. Было бы глупо строить защиту только на поверхности, зная, что эти уроды могут под землю проваливаться. Въезды есть, но они закрыты до рассвета, так что остаётся ждать».

— Ладно, спасибо, — буркнул Илья, сбросил вызов и убрал телефон, заметив особо любопытную особь Шёпота, приблизившуюся к нему почти вплотную, — анублясуканах!

Илья подался корпусом к фигуре, и та, вздрогнув от испуга, шарахнулась и упала на землю, тут же вскочив и отойдя подальше от парня.

Вот кстати момент с землёй был ему не совсем понятен. Сейчас он снова попробовал, присев на корточки, просунуть руку сквозь грунт, и если сквозь стены он проходил спокойно, то от земли получал чудовищное сопротивление. Углубиться смог лишь чуть-чуть, а значит, хер там плавал. Если барьер уходит хотя бы метра на два вниз, то это уже непосильная задача.

Логичным казалось объяснение, что первый порядок залегает на маленькую глубину и лишь для того, чтобы спрятаться от солнечного света. Это инстинкт. Третий Порядок света не боится от слова совсем, а значит и нужды уходить под землю нет. Да и те вряд ли могут глубоко нырять, скорее всего, есть какой-то предел, и его учли при постройке стены.

Парень зло сплюнул, понимая, что сейчас он туда никак не попадёт. Теперь яростное брюзжание Вольфганга о том, что Ника именно в Стамбульском НИИ, особенно казалось бредом. Шнайдер не идиот, про Илью знает, а значит будет держать девушку там, куда сложнее попасть. Как пример – здесь, в Германии. Чего там НИИ, в страну бы хоть попасть. Что ж, как бы ни хотелось, придётся ждать рассвета, а пока пробежаться в поисках дороги и ворот на въезд, других вариантов в данной ситуации попросту нет.

Он уже хотел приступить к забегу, но его отвлекла вибрация в кармане. Он достал телефон и принял вызов, не понимая, зачем Мясник звонит снова, но он предельно ясно всё объяснил и почему-то шёпотом.

«Спросонья забыл сказать, сегодня новость нехорошая прошла. Пацаны с других точек говорят, что по всем каналам сегодня камеру карцера гоняли, там Ника в окружении каких-то четырёх быков, и типа если Вольфганг в течение пяти дней не сдастся в Грос или любое отделение, её по кругу будут пускать, пока не остынет».

Илья от услышанного с трудом сдержался, чтобы не раздавить телефон в руке. Нет, только не так. Он обязан это предотвратить, ведь это из-за него по сути Шнайдер прессует Шульца и готов это делать даже самыми грязными способами.

— Я понял. Вольфганг там как? — единственное, что смог выдавить парень пустым голосом.

«Да никак. Весь день на взводе. В качалке телика-то нет, требовал показать, не верил, что именно о Нике речь. Пришлось показать. Часа два потом в коморке ревел, крушил всё, орал дурниной. Извини, но пришлось ему налить, чтобы угомонился. Нажрался и от нервяка отрубился прямо во время разговора, пока рюмку держал».

Илья зажмурился, даже не представляя, что сейчас переживает Вольфганг. Оно и понятно, у самого-то детей нет, но Ника ему хоть и не дочь, но допустить её растерзание он не может.

— Мясник, наблюдай за ним, пожалуйста, чтобы херни не натворил. Он может, поверь мне.

Вместо ответа он услышал короткие гудки и тяжело выдохнул, убрал телефон в карман и рванул с места в поисках дороги.

***

Илья смог найти ворота, у него получилось попасть за стену после рассвета, когда выезд открылся, выпуская вереницу фур, также грузовиков, груженых щебнем, песком и прочими материалами, среди них даже были ассенизаторские машины. Хорошая новость в том, что у парня вышло пробраться незамеченным. Он заранее скинул все вещи, полностью принял призрачную оболочку и неспешно, аккуратными шажками прошёл в хлам охраняемый КПП. Мог бы и пронестись со всех дурей, но это всё равно, что позвонить Шнайдеру и сказать «Здарова, ёпта, я здесь!».

Ибо если Райану сообщат о пронёсшемся нечто, разбросавшем солдат ударной волной, это будет для него прямой сигнал о вторжении Ильи.

Вторая хорошая новость заключалась в успешном пути до Берлина, пусть на это ушло достаточно времени. Немало удивило то, что слова Ганса полностью подтвердились. Всё как везде, нет на каждом углу натыканных прожекторов, которые ночью освещают дома, дороги, да и вообще все обитаемые пространства. Ломтев ещё в поезде оговорился, что Германия качественно может содержать только себя, но он, походу, тоже не знал о стене.

Назревал резонный вопрос. Куда же этот режим тратит все деньги? Конечно, на защиту от угрозы, которую они сами и привезли из Австралии. Если верить Айати, то они прокатили туда-сюда десять миллионов террариумов. Учесть бронестекло, а оно ни разу не дешёвое, плюс специальное напыление с нано частицами свинца, добавить ресурс перевозки океаническими лайнерами, то получается, что Шнайдер распределил ресурсы всей планеты на то, чтобы на ней же создать ад.

Да плевать, что тогда правящим лицом числился его отец, Ульд Шнайдер, всё это мракобесие начал именно Райан, наглухо одержимый властью психопат.

В городе Илья связался с одним из двух предложенных Мясником людей из структур, узнал адрес НИИ, аккуратно туда добрался, загасил телефон, чтобы не возникло трудностей с хождением сквозь стены, и с этого момента начались плохие новости.

Проникнуть внутрь он смог, не попадаясь на глаза ни сотрудникам университета, ни патрульным. Обшарил его, наверное, вдоль и поперёк, проверил все лаборатории на всех этажах, подвал, да даже на крышу выбрался. Что интересно, в одной лаборатории, оставленной учёными на перерыв, он нашёл холодильник, целиком набитый ампулами, имеющими уже отличное название от тех, которые видел он. Разница небольшая, просто к Шепталину через тире добавилась цифра два.

Пока было время, покопался в документации, убедился в том, что именно это чёртово лекарство даёт на короткий срок силу Шёпота за исключением хождения сквозь стены. Хотел он уже уйти отсюда, но внимание привлёк контейнер у выхода, подписанный «на утилизацию». Любопытство взяло верх, и Илья открыл его, увидев несколько папок, и одна из них, подписанная «Шепталин-1», была удостоена снова увидеть свет.

Он раскрыл её, посмотрел на ничего для него не значащие формулы, перешёл к обычному текстовому объяснению, преимущества остались неизменны, но на побочных эффектах он задержал взгляд.

Шепталин-1. Состав и применение:
Экспериментальный сывороточный препарат на основе синтезированного оболочечного белка, модифицированного нейромодуляторами и адреналиновыми катализаторами. Предназначен для краткосрочной физической и тактической адаптации боевых единиц.

Режим введения:
Инъекционный, однократно. Повторное введение строго противопоказано ввиду кумулятивного токсического эффекта и отсутствия метаболической коррекции.

Постинъекционные фазы:

Фаза I (активная, 0–2 часа после прекращения действия препарата):

• Гипертермия (температура тела 39 °C и выше).

• Гипергидроз.

• Психомоторное возбуждение, тахикардия.

• Артралгия и миалгия.

• Нарушение артикуляции, когнитивные искажения, дезориентация.

Фаза II (терминальная, 2–4 часа после окончания действия):

• Острый психоз с бредовыми расстройствами.

• Генерализованные мышечные спазмы.

• Прогрессирующий паралич, угнетение ЦНС.

• Летальный исход.

Исходы:
Летальность в группе испытаний составила 100% (12 из 12 подопытных). У всех испытуемых зафиксирован полный распад личности и необратимые поражения нервной системы до наступления клинической смерти. Временной интервал от окончания действия препарата до летального исхода составил 4–5 часов.

Примечание:
Фаза III отсутствует ввиду 100% смертности на фазе II. Разработка антидота не проводилась. Препарат снят с производства. Первая партия направлена в оперативную зону (Горький), партии 2 и 3 утилизированы по пути в Ленинград и Москву.

Интересно работают ребята, состряпали яд в чистом виде для своих же солдат и после испытаний умудрились пихнуть три партии. Понятно теперь, чего пэпса так штырило. Значит, Илья оказал ему услугу, избавив от медленной и мучительной смерти.

Бросив папку обратно в контейнер, он покинул лабораторию и вскоре понял, что обшарил в НИИ каждый угол.

И самое поганое в том, что Нику он не нашёл.

Неужели Вольфганг был прав, и девушку держат именно в НИИ Стамбула? Об этом очень сильно не хотелось думать, а тем более принимать как истину в последней инстанции. Или у Шнайдера на то и был расчёт, чтобы прятать на видном месте? Да о чём тут вообще говорить? Шульцу это просто… приснилось! В истории есть только один человек, который увидел полезный сон, и он визуализировал таблицу химических элементов.

На деле же Ника может быть где угодно. В резиденции Шнайдера здесь, в Германии, в каком-нибудь другом городе, в какой-нибудь другой стране, и сейчас парень, рыская по НИИ просто переливает из пустого в порожнее. В общем и целом, ничего нового и полезного он не нашёл и не узнал, за исключением разработки Шнайдера, и покинул институт с пустыми руками, когда солнце уже клонилось к закату.

Он пришёл к месту, куда загасил телефон, вернул его, но вместо того, чтобы поспешить покинуть пределы страны, Илья задержался, опираясь на какой-то спонтанно возникший внутренний ориентир, который привёл его на кладбище. Почему он решился сюда заглянуть? Сам до конца не понимал. Ладно хоть тут никого не было, а то разгуливающий среди могил полупрозрачный силуэт непременно привлёк бы внимание.

Он посматривал на памятники, на имена, даты рождения и смерти, но словно ходил вокруг да около, и это чувство развеялось, когда он наткнулся на другую часть погоста. Это было что-то вроде фамильного мавзолея размером с нормальный такой особняк.

Несмотря на закрытую дверь, Илья проник туда без проблем, стены были обычные. Прошёлся по залу, глядя на памятные таблички разных мужчин и женщин с фамилией Шнайдер, но они его не особо интересовали, и он это воспринимал чисто как экскурсию по фамильному древу ублюдка.

Но когда он остановился напротив самого последнего захоронения, то завис, проморгался, снова уставился на памятник, но до конца поверить не мог.

Здесь был захоронен Генри Шнайдер, а с фотографии на Илью смотрел… он сам.

— Да ну нахер… быть не может, — пустым голосом просипел парень, опустившись на колени и протерев ладонью фотку от пыли.

Да, именно его лицо, но немного моложе. Погиб в том же году, когда Илья потерял своего отца. И теперь сходство во внешности на совпадение может списать только идиот. Получается, когда Илья потерял отца, Шнайдер убил собственного сына…? И если смотреть с точки зрения мироустройства… Шнайдер – косвенно его отец?

Да ну нет! Так не бывает, это невозможно!

Илья опустил голову и скрыл лицо в ладонях. Это бред сумасшедшего! Захотелось закурить, да вещей с собой нет, целый день уже не курит.

— И это чё получается? — легко, но с нотой истерики усмехнулся парень, глянув в глаза Генри, — я должен Шнайдера завалить? Батю своего? Так же легко, как он убил тебя?

Ответа, конечно же, не последовало. Да и на что он рассчитывал, задавая вопрос мёртвому. Они, как правило, не многословны.

Посидев еще несколько минут у захоронения Генри, Илья почувствовал вибрацию, глянул на телефон и принял вызов от Мясника.

«Алё! Ну чё, ты нашёл Нику?»

— Нет, в Берлинском НИИ её нет. А чё? Чего на кипише?

«Да Шульц куда-то свалил! Сказал, что выйдет покурить, подышать, я с ним пацана отправил, чтобы проконтролировать. Долго не возвращались, решил проверить. Выхожу, а наш человек в отрубе лежит, а Шульца нет нихера. Мы честно следили за ним, но он вот такой прикол выкинул. А в связи с тем, что он видел вчера… я вот думаю, а не закладываться ли часом он пошёл? Я ему звонил, не абонент».

Илья вскочил на ноги, мгновенно напрягся. Да ну вот не хуже, не лучше, Вольфганг решил говна на вентилятор бросить! Он постарался успокоиться, выровнять дыхание, да куда там.

— Нет, точно не закладываться. Это последнее, что он станет делать.

Он это сказал, потому что надо было так сказать. На самом деле Шульца он знал как человека при власти, а на что он сейчас способен, трудно представить. Может, реально пошёл сдаваться, кто ж его поймёт. К тому же сумерки… а куда он по темноте-то собрался, интересно? Ещё при службе в Грос Илья узнал, что даже летом все отделы закрываются задолго до темноты.

— Сука… ладно, скоро буду, — на нервах бросил он и сбросил вызов.

Хотел первым делом позвонить Шульцу, да откуда ж он его номер возьмёт, к тому же Мясник сказал, что не абонент.

Выругавшись про себя в пять этажей, парень попрощался, именно попрощался с Генри, надеясь, что не увидится с ним на том свете, напоследок сфотографировал памятник, покинул мавзолей и сорвался с места, но его рвение оказалось напрасно. Шёпот выдохся, не добежав до стены где-то около километра, и парень заметил, что вслед за последним заехавшим грузовиком раздвижные ворота начали съезжаться.

Нет-нет-нет-нет! С нынешними новостями задерживаться здесь даже на короткую ночь крайне нежелательно. Самосвал приближался, и Илья заметил, что водила смотрит прямо на него и наверняка с вопросом, откуда здесь взялся этот голый тип. И в голову шибануло осознание, что призрачная оболочка пропала, и он сейчас на виду. Парень сжал кулаки, стиснул челюсти, принял стойку и сорвался с места, но пробежал лишь пару метров, и те по инерции и в ахере.

Водитель грузовика взялся за рацию, что-то проговорил, проезжая мимо. Илья заметил, как вдалеке зашевелились солдаты, попрыгали в несколько внедорожников, и те помчались как раз в его сторону. Ворота, между тем, почти схопнулись, и от бессилия в этой ситуации он откровенно рассвирепел.

Шнайдер, Третий Порядок, узурпировал власть во всём мире, а Илья, по сути такой же, как и он, но сейчас, кажется, его просто запакуют как обычного человека.

Из-за этого осознания его обуял настолько страшный гнев, что взор устлала кровавая пелена, а кулаки сжались так, что побелели пальцы, а ногти до ослепляющей боли впивались в кожу. Он вобрал в грудь побольше воздуха и заорал, глядя на приближающиеся внедорожники.

— Просто… пробежать через грёбаные ворота, тварь ты ебучая!!! 

В следующую секунду никто даже не понял, что произошло. Два из четырёх автомобилей, едущих по одной полосе, разнесло на две части вслед за вспаханной бороздой в асфальте. Половины машин раскидало в разные стороны, а мчащиеся вровень с ними ударной волной опрокинуло в кювет. Солдатов, стоящих в гигантском проёме у ворот и наблюдающих за их закрытием, а там оставалось сантиметров двадцать, расшвыряло как кегли, и нескольким не повезло врезаться головами в стены и рухнуть уже со сломанными шеями. Воротины с трудом захлопнулись окончательно, зажевав распаханную землю и куски асфальта.

***

Дверь карцера с лязгом распахнулась, внутрь вошёл фриц, бросив на пол металлическую тарелку с варёным рисом и утопленной в нём ложкой, поставил рядом кружку с водой. Подобрал старую миску с нетронутой порцией гречки, покосился на Нику, лежащую на койке на боку и смотрящую впереди себя бездумным взглядом. Не удивительно, что она от всего отрешена и глубоко парализована ужасом от того, что её ждёт. Глаза девушки опухли от бесконечных рыданий, и пусть пытки закончились, легче не становилось.

Станет тут легче. Её в трусах и футболке снимали в окружении четырёх неопрятных, воняющих потом уродов, которые скалились на неё с желанием забраться в трусы своими сальными руками. И всё это сопровождалось речью оператора, обещающего жестокую половую расправу над ней, если Вольфганг не сдастся в Грос или любое другое ОУП Горького.

Теперь, когда из неё буквально выбили всю дурь, навязанную гиперопекой отца на счёт того, что она особенная и всегда будет под защитой, до неё дошла простая истина. Здесь папа ей не поможет. Она неизвестно где, отца ищет сам Шнайдер, а сама Ника довольно далеко от России судя по длительному перелёту из Москвы.

А значило это лишь одно. Очень скоро в камеру запустят этих четырёх уродов вместе с оператором, и тот будет снимать, как её беспощадно насилуют. Что-то лязгнуло об пол, Ника проморгалась, увидев, как фриц зачем-то снова присел на корточки и сейчас поднимался обратно. Заметив её взгляд, мужчина еле слышно буркнул.

— Закинься перед тем, как эти четверо придут. Так будет проще.

Он покинул камеру, дверь за ним захлопнулась, щелкнул замок. Сквозь мутную пелену перед глазами девушка с трудом разглядела лежащую около миски ампулу и шприц в упаковке. Про себя даже усмехнулась, какой добродушный. Принёс наркоты и даёт совет, как безболезненно сдохнуть от группового изнасилования.

Хотя… а почему бы и нет?

Ника сползла с койки, схватила ампулу со шприцем и не глядя сунула себе в трусы. Взвесив все за и против решила, что так и сделает. А чего тут переживать? Может, хоть кайфанёт, да и дефлорация будет не такой болезненной, о чём она наслышана.

В животе заурчало, и девушка пожалела, что не ужинала перед сном, а сейчас, в преддверии облегчения участи даже аппетит немного разгулялся, и она взяла миску, попробовала рис. Почти доварен, неплохо, это лучше, чем грызть почти сухую гречку и заплесневелый хлеб. С трудом протолкнула в глотку три ложки пайки, запивая маленькими глотками воды, и в этот момент послышались приглушенные голоса с той стороны. Тихие, разобрать не получилось, о чём говорили, но спустя минуту, когда девушка сглотнула очередную порцию риса, попутно запив, дверь открылась, и в камеру вошли двое боровов из той четвёрки.

Ника встала, попятилась, прекрасно улавливая их горящие взгляды при виде её тела и беспомощности.

— Но… срок, — вытаращившись на них с непониманием и страхом, возразила девушка.

Один из патрульных, покусав желтыми зубами губы, хищно улыбнулся.

— Там будет основное. А сейчас, девуль, снимай трусишки, обкатывать тебя будем.

PS: ребята, кому не сложно и у кого есть акк на АТ, зайдите пожалуйста и поставьте к первой книге лайк, а кто напишет ещё мнение о первой книге Бульзовской, тому отдельный респект! :) Книга здесь - https://author.today/work/606862