Тонкий человек, тонкий, тонкий человек
Холодным осенним вечером я вышла на прогулку с собакой. В тот раз мы заметно припозднились, и на улице не было ни души. В наушниках играла спокойная музыка, позволяющая мыслям течь так, как им заблагорассудится. Я медленно следовала за собакой, которая шуршала листьями и внимательно обнюхивала землю перед собой, и думала о том, как часто осень накрывает меня тоской. С чего бы, казалось? Все как обычно, никаких перемен. И все равно эта беспричинная грусть вторгалась в мою жизнь с приходом темноты. Вот и сегодня сердце мучительно защемило, и, кажется, даже собака это почувствовала - обычно активная, сегодня она вела себя очень спокойно.
Надо брать себя в руки, - подумала я. До хорошего такое настроение не доведет, и ни к чему тосковать. Я резко вскинула голову, стараясь отвлечься. И тут же боковым зрением уловила какое-то движение у торца соседней высотки. Сначала я приняла это за обман зрения, но уже в следующее мгновение совершенно ясно увидела, как от стены дома на уровне шестого этажа плавно отделяется длинная - ветка? рука? - и так же плавно перемещается ближе к крыше. Мое сердце совершило отчаянный скачок, и я замерла, вглядываясь в слабо освещенное пространство с таинственным движением. Собака, похоже, почуяла неладное и тихонько заскулила. Что за чертовщина? Теперь, вслед за первой, показалась вторая "конечность", сдвинув своего обладателя сразу на три (!) этажа вверх!
Я не на шутку перепугалась, скомандовала "домой", и мы понеслись к своему подъезду. Если в начале прогулки я замерзла, то под конец меня бросило в жар, и я пожалела, что надела теплую куртку. Пульс зашкаливал, и я рискнула лишь на секунду оглянуться назад. И ничего, совершенно ничего. Ни "веток", ни движения.
Собака всю ночь просидела под диваном, забившись в самый дальний угол. Я не узнавала своего питомца - моя бесстрашная, игривая девочка дрожала, а я не могла ее успокоить. Впрочем, как и себя.
Сигареты нашлись в кармане куртки, а за зажигалкой пришлось идти в дальнюю комнату. Я вгляделась в окно, отыскивая неведомое создание. Теперь уже мне казалось все это плодом воображения. Просидев до утра без сна, я все ждала, пока начнет светлеть небо. Никогда не помню, во сколько восход в наших краях в середине осени. Возможно, вечером мне привиделось что-то невероятное. Просто разыгралась фантазия. Да и гулять так поздно, хоть и с питомцем, все же страшновато.
Я приоткрыла окно и выдохнула в него дым. В глазах начало двоиться, видимо, сказывались часы без отдыха. Фонарный столб будто разделился... Нет. Боже, прошу, только не это! Длинная, тонкая фигура отделилась от фонаря и сделала осторожный шаг на дорогу. Лампа с треском погасла. Я схватила телефон и набрала номер близкой подруги. От ужаса меня схватил озноб, и я смогла только закрыть окно, не в силах шевелиться, не в силах оторвать взгляд от тонкого... Да, тонкого человека.
Алена кричала мне в трубку, что у меня нет никакой собаки. Что я должна была уехать к родителям еще вчера. Она просила меня запереть все замки и никуда не уходить, дождаться ее. Что? Собака? Я ничего не понимаю. Немного отпустило, и я смогла вернуться в другую комнату. Миски, полные корма. Нетронутые игрушки. Под кроватью лежит ошейник. Нет, не понимаю. Прострация. Меня повело в сторону. Что-то нехорошо. Я медленно сползаю на пол. На окно аккуратно ложится длинная, тонкая, тонкая рука.