Сказка 7
О, драгоценный алмаз среди слушателей! Устраивайся поудобнее на этих парчовых подушках, пока прохладный вечерний ветерок шевелит занавеси. Внемли истории о временах, когда грохот барабанов возвещал о начале великих потрясений, а судьбы огромных армий и несметных сокровищ зависели от существа столь малого, что его легко можно было не заметить под подошвой сапога.
Слушай же сказку о великом походе, несметных богатствах и сером мышонке.
## Сказка о великом походе, несметных богатствах и сером мышонке
Настали дни, когда султан Махмуд Грозный решил вписать свое имя в летописи вечности огнем и сталью. Из далеких земель пришли вести о несметных богатствах горного султаната Шахрияр, где правители спали на золотых слитках, а стены дворцов были выложены чистым лазуритом. Объявив Великий поход, Махмуд собрал невиданное войско: сто тысяч верных янычар, тысячи боевых коней и бесконечные караваны с припасами. Возглавить это шествие султан приказал своему верному советнику Самшиту Корантаху Фируязу Махмуддилю.
Самшит не любил войну, ибо знал, что она приносит лишь слезы беднякам и разорение цветущим садам. Но ослушаться приказа Грозного повелителя было невозможно. Войско двинулось в путь.
Через три месяца тяжелого перехода армия подошла к неприступной столице Шахрияра. Город был окружен исполинскими каменными стенами, а единственные ворота были отлиты из чистой бронзы толщиной в три обхвата. Правитель Шахрияра, укрывшись за стенами, лишь смеялся над османским войском. Осада затянулась. Наступила суровая зима, припасы таяли, среди янычар начались болезни, а султан Махмуд ежедневно присылал Самшиту гневные письма, требуя немедленной победы и обещая казнить каждого десятого воина, если город не падет до весеннего равноденствия.
Однажды ночью Самшит сидел в своем походном шатре, размышляя над картами и ища способ избежать кровопролития. Вдруг он заметил, как из-за сундука с бумагами выскочил маленький серый мышонок. Он был голоден и отважно грыз сухую корку хлеба, оставшуюся на столе советника.
Самшит улыбнулся и протянул малышу кусочек сладкого рахат-лукума.
— Ну что, серый воин, — тихо прошептал мудрец, — у тебя тоже кончаются припасы? Твоя осада моего стола оказалась успешнее, чем моя осада этих великих стен.
Мышонок схватил лакомство и юркнул в крошечную норку у основания деревянного шеста, поддерживающего шатер. Самшит проводил его взглядом, и вдруг его лицо озарилось пониманием. Он вспомнил, что походный лагерь разбился на древнем плато, под которым, по слухам, веками пересыхали старые подземные каналы, когда-то питавшие город водой.
Утром Самшит не стал приказывать строить стенобитные орудия. Вместо этого он призвал к себе местных бедных рудокопов и землекопов, которые плелись вслед за армией в надежде заработать хоть немного на пропитании воинов.
— Слушайте меня, мастера земли, — сказал Самшит. — Видите ли вы этих серых мышей, что бегут из города в наш лагерь? Они знают тайные тропы под землей. Мы не станем ломать стены. Мы пойдем за ними.
Самшит щедро заплатил беднякам из походной казны и приказал им копать вглубь, ориентируясь на ходы, прорытые подземными грызунами. Через пять дней упорного труда землекопы наткнулись на заброшенный, высохший водопровод, который вел прямо в самое сердце осажденного города — в подвалы главного дворца Шахрияра.
В следующую ночь Самшит взял с собой лишь сотню самых ловких воинов. Без шума и единого выстрела они проникли по подземному ходу во дворец и застали стражу врасплох. Охрана и сам правитель Шахрияра сдались, едва увидев османов в своих спальнях. Ворота города были открыты изнутри. Великий поход завершился победой, в которой не пролилась ни одна капля крови простых жителей.
Несметные богатства горного султаната — горы золота, сундуки с изумрудами и ковры, шитые жемчугом — перешли в руки Махмуда Грозного. Султан ликовал, его величие было вознесено до небес. Он объявил Самшита величайшим полководцем империи.
Но Самшит поступил по-своему. Когда пришло время делить трофеи, он убедил султана оставить половину богатств в самом городе, чтобы восстановить разрушенные хозяйства и открыть новые торговые пути. Рудокопы и землекопы, нашедшие путь, получили столько золота, что смогли купить себе дома и земли, навсегда позабыв о нищете.
Перед уходом из завоеванного города Самшит вернулся в свой шатер. Он поставил у мышиной норки целое блюдо, наполненное лучшим сыром, орехами и сладостями.
— Ты спас тысячи жизней, маленький серый визирь, — с улыбкой произнес Самшит. — Твой голод оказался сильнее упрямства королей.
Когда армия вернулась в столицу, весь Восток только и говорил о великом походе. Но в песнях сказителей Самшит прослыл не грозным завоевателем, а самым остроумным и добродетельным мудрецом, который сумел победить неприступную крепость, обогатить бедняков и умилостивить грозного султана, используя лишь терпение, щедрость и подсказку маленького серого мышонка.