Системный сбой. Том 2⁠⁠

Глава 4

Ждать три дня мне не хотелось — слишком многое могло измениться за это время, слишком много возможностей было бы упущено, слишком многие опасности успели бы набрать силу. Поэтому я решил закрепить успех, пока имелась такая возможность. К тому же активность «Последний тайм» показала мне, что я еще способен на многое, а новые знания и свисток, добытые в том испытании, открывали передо мной горизонты, о которых ранее я даже не задумывался в этом перерождении.

Возвращаясь обратно в посёлок, я сперва решил заглянуть в расположенный поблизости строительный магазин. Здание бывшего «Строительного двора» стояло на перекрестке, вывеска давно рухнула, витрины оказались разбиты, однако внутри могли сохраниться полезные вещи. Но дорогу туда преграждала небольшая стая ползучих слизней.

Эти существа выглядели желеобразными и полупрозрачными, с едва заметными внутренностями, в которых плавали остатки костей, кусочки кожи, и даже обломки оружия. Внутри каждого таился крупный кристалл монстра, слабо пульсирующий зеленоватым свечением. Такие кристаллы годились для изготовления полезных предметов, как недавно для наконечников стрел, увеличивающих поражающую способность, или простейших артефактов, работающих на запасённой ими энергии.

Софа уже научилась делать стрелы с кристаллическими наконечниками, но теперь у меня в голове появился новый вариант оружия. Что-то, что можно было бы использовать против большого скопления врагов — нечто, не требующее точного прицеливания и полагающееся лишь на площадь поражения. Идея витала где-то на границе сознания, но проблема заключалась в недостатке опыта и в том, что сам чертеж сформировался в голове ещё не окончательно. Недоставало какой-то детали, какого-то звена в цепи, чтобы всё наконец встало на свои места.

Подойдя поближе к тварям, я оценил их уровни. Все — от пятого до седьмого, что было немного. Собаки и те были выше. Но эти слизни были опасны не столько силой, сколько способом охоты. Они должны чем-то плеваться — либо кислотой, либо какой-то липкой субстанцией, замедляющей жертву. Щупальца у них тонкие, как полупрозрачные нити, выбрасываемые на пять метров. Попасться в них и выбраться будет трудно. Потом они просто тянут жертву в себя и переваривают еще живой. Жуткая смерть, а сами твари отвратительны, медлительны, но неумолимы.

— Угу... Вас бы сжечь или заморозить... — пробормотал я, осматриваясь в поисках нужных материалов.

Рядом со строительным магазином была парковка, на которой стояло несколько разбитых машин. В них могло быть то, что мне нужно — аккумуляторы, проводка, возможно, даже какие-то химикаты в багажниках.

— Так... что-то... хм... Ладно... — так же вполголоса проговорил я и отошёл за угол, откуда направился к разбитым автомобилям.

Первый автомобиль — древняя «шестёрка»: корпус изъеден ржавчиной, окна разбиты вдребезги, шины спустили до асфальта. Под капотом захрустели заржавевшие петли, издав протяжный жалобный скрип, однако старый металл сдался напору рук. Аккумулятор был на месте — сухой, но, может быть, удастся извлечь остатки электролита. Второй автомобиль — иномарка посвежее, но разрушенная сильнее: её будто переехало чем-то тяжёлым. Здесь аккумулятор выглядел получше, даже сохранился небольшой заряд.

— Как и положено червяку, он копается в грязи, хи-хи-хи… — раздался звонкий голос зильфарийки откуда-то сверху, пока я вытаскивал аккумулятор из разбитой машины.

Я положил его рядом с собой, прикрыв лицо рукой от света обоих солнц, сейчас они стояли высоко, лучи смешивались, создавая странноватое освещение, которое могло вызвать головную боль у неподготовленного человека. Взглянул на крылатую стерву, зависшую в пяти метрах над землей, скрестив руки на груди, и утомленно вздохнул.

— Что тебе надо, некрасивая?

Она замерла на мгновение. Идеальное лицо исказила гримаса, которую я раньше у нее ни разу не видел. Бросила быстрый взгляд на чат — я успел заметить, как ее глаза пробежались по строкам, — и резко свайпом отодвинула окно. Крылья задрожали, кончики трепетали, лицо стало пунцово-красным, словно сейчас запылает огнем.

— Да как... как ты посмел, чер... — начала она, но я её перебил.

— Ты чё приперлась, говорю? Не дуйся, щёчки лопнут, — усмехнулся я, прерывая поток её возмущения.

Сам между тем начал сматывать проводку, вытаскивать некоторые нужные детали из машины — реле, предохранители, куски медного кабеля. Всё это могло пригодиться. Всё это было ресурсом.

Она нервно поправила локон волос, провела рукой по крыльям, успокаивая их дрожь. Движения её были резкими и неровными, это была вовсе не та плавная, текучая грация, которую она обычно демонстрировала на стримах.

— Хмф... — фыркнула она, пытаясь взять себя в руки. — Я могла бы прибить тебя за то, как ты разговариваешь с уважаемым стримером! И между прочим... я вообще-то самая красивая девочка в семье!

Я мельком взглянул на неё, заметив, как она украдкой поглядывает в чат и постукивает пальцем по запястью — привычный жест подсчета донатов. В чате, видимо, произошло нечто любопытное. Судя по быстроте бегущих строк, зрители были в восторге от нашей перепалки.

Я заметил, что некоторые её жесты становятся бесконтрольными. Например, вижу сейчас эмоции, которых ранее не наблюдал. Она возмущена и слегка расстроена собственным поведением. Это было новое от Селективного восприятия, ведь теперь я увидел больше обычного, и ловил детали, скрываемые её маской.

Я отковырял деталь, бросил в кучку перед машиной. Обвел взглядом и тяжело вздохнул, посмотрев на зильфарийку.

— Ты ведь в семье одна дочь, правда?

Увидев, как она вновь начала сердиться — выдающие её дергающиеся крылышки и пунцовый румянец, — я улыбнулся и примирительно поднял ладони вперед.

— Ладно-ладно, не сердись, ха-ха-ха… — Я рассмеялся, глядя на её растерянность. — Ты подумала над моим предложением?

Она провела рукой по волосам и, обидчиво надув губы, тихо промямлила, уставившись куда-то вниз. Её плечи опустились, маленькие крылышки сложились, и из них выпало крохотное перышко — белоснежное, с лёгким голубым отливом. Оно неспешно покружилось в воздухе и мягко опустилось на асфальт.

— Н-не твоё дело, червяк… — шепотом процедила она, после чего снова глянула в чат, мило улыбнувшись и быстро собравшись с духом. Искажённая улыбка вновь озарила её лицо, однако взгляд оставался потерянным.

Я притворился, будто не понял её намёк. А сама она успела ответить на пару донатов от какого-то Архитектора. Тобити тогда тоже вещал от его лица, хотя кто этот персонаж — я уже и не вспомню из прежней жизни. Много слышал про него, но лично ни разу не сталкивался. Некий высокоуровневый игрок, якобы способный видеть будущее любого существа. Или лишь создающий иллюзию такого умения.

— Чем ты занят? — Её голос стал серьезным, почти официальным. — Расскажи, что ты делаешь, и я не стану тебя убивать, смертный.

Это вызвало у меня лишь еще одну улыбку. Я сел на асфальт, скрестив ноги, и начал скручивать провода, соединяя их с аккумулятором и найденными деталями.

— Сижу на земле и кручу провода, как видишь, — ответил я, не поднимая головы. — Хочешь убить слизней вон в том дворе?

Я кивнул в нужном направлении и поймал её возмущенный взгляд. Она снизилась ниже, едва не касаясь ступнями грязного асфальта, словно земля могла её испачкать. Протянула вперед руку, и на её ладони сформировался ледяной шарик, из которого посыпались иней и редкие снежинки. Воздух вокруг похолодал, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Я проморожу тебя сейчас… — Её голос дрожал от злости. — И… т-ты должен молить о пощаде!

Её крылья снова начали слегка подрагивать, но немного иначе. Очевидно, теперь это была не злость, а скорее испуг. Она боялась моего отказа, боялась, что я перестану с ней общаться, боялась лишиться общения.

— Раньше ты могла поступить именно так, зильфарийка, — усмехнулся я, подключая аккумулятор и заканчивая сборку конструкции. Провода тянулись к медной катушке, намотанной мной вокруг железного прута, который, в свою очередь, был подсоединён к системе охлаждения автомобильного кондиционера. Устройство представляло собой подобие криопушки — примитивное, однако вполне способное выстрелить холодом достаточной силы, чтобы заморозить слизняка. — Теперь тебе остаётся лишь смотреть.

С ее руки сорвался ледяной шар, пролетевший над моей головой буквально в нескольких сантиметрах. Волосы мгновенно встали дыбом от пронесшегося мимо мороза. Отряхнув успевший выпасть снег, я взглянул на неё вновь с насмешливой улыбкой, исполненной высокомерия.

— Но если я первым нападу или стану тебе угрожать, ты можешь защититься первой, — завершил я свою мысль.

Я поднялся, оглядел своё устройство. Крио-пушка вышла громоздкой, неудобной, зато рабочей. Провода, катушка, аккумулятор — всё это болталось на плече, заметно утяжеляя конструкцию. Главное, однако, было в другом — оружие могло выпустить три-четыре заряда до полного разряда аккумулятора или перегрева системы.

— Хм… раза на три-четыре… — удовлетворённо хмыкнул я, перекидывая устройство через плечо, и зашагал мимо застывшей стримерши навстречу слизням.

Она резко отступила назад, едва не коснувшись моего плеча крылом. Эти существа удивительно брезгливы, особенно если речь идёт о крыльях. Для них крылья примерно то же самое, что для людей лицо, то есть самая важная часть тела. Или даже больше.

— Стой… — прозвучало вслед тихое, немного испуганное и жалобное. — П-подожди…

Я остановился, не оборачиваясь. Слышал, как она нервно дышит, перебирает пальцами.

— Я… В общем… — голос её дрогнул. — Я остановила стрим. Почему ты меня провоцируешь? Зачем? Я…

— Потому что это поднимает тебе просмотры, и ты растёшь в рейтинге, верно? — я оглянулся, глядя в её растерянное лицо. Глаза её были широко раскрыты, на щеках играл румянец, крылья опустились, почти касаясь земли. — Мне подождать, когда ты включишь камеру? Или что, я могу начинать без тебя?

— Нет… — выдохнула она. — Погоди… Вот же… сволочь… червяк…

Она ворчала себе под нос, пока запускала стрим. На своём языке зильфарка обратилась к чату и мило улыбнулась, вновь превращаясь в эффектную суку. Я краем глаза видел, как она поправляет прическу, расправляет крылья, возвращает лицу привычное игривое и загадочное выражение.

— Ой-ой, что-то связь прервалась, хи-хи… — пропела она в камеру, сложив пальцы сердечком. — Не забывайте про лайки, мои дорогие зрители и подписчики. Не забывайте про полоску доната и наших спонсоров, кто…

Дальше я уже не слушал, выбирая место получше для первой атаки на слизней.

Она продолжала говорить, и то и дело прикладывала пальцы к губам, то подмигивала, или проводила рукой по волосам. Всё её выступление сводилось к восхвалению спонсоров: какие они прекрасные и замечательные. На секунду я представил их кровь и крики — тех, кто смотрит, тех, кто ставит лайки, тех, кто жертвует деньги на смерть живых существ и тех, кто это устроил. Стало немного легче.

Тем временем девушка-зильфарка наконец завершила общение и снова убрала окно стрима в сторону, сделав его полупрозрачным. Я спрятался за кирпичной стеной, аккуратно выглядывая из-за угла и подсчитывая число слизней. Кажется, их стало больше. Шесть, семь, восемь… десять. Двенадцать. Всего насчитал четырнадцать особей, включая пару недавно вылупившихся детёнышей. Значит, где-то рядом есть кладка.

Надо бы начать отсюда, чтоб уничтожить источник размножения, чтобы твари не расплодились дальше. Но я сделаю вид, что о нём пока не догадываюсь. Пусть зильфарийка думает, что я просто охотник, что у меня нет никакого плана. Пусть чат думает, что я безрассудный псих, который лезет напролом.

Проверил крепление крио-пушки на плече. Проверил пояс с кинжалами. Копьё оставил в неподалеку, иначе прямо здесь оно будет только мешать.

Глянул на стримершу и кивком указал на слизней, которые за это время успели немного прийти в себя после её внезапной атаки. Перестраиваются, переползают, их щупальца снова начинают шарить воздух в поисках цели. Некоторые уже начали медленно и неуклюже поворачиваться в нашу сторону, словно пытаются понять, откуда пришла смерть их нескольких сородичей.

— Их вроде больше стало, — сказал я, прикидывая количество. — Что скажешь?

— Пф-ф... жалкая кучка... — Велория гордо вскинула носик, и это движение было таким наигранным, таким картинным, что я едва сдержал усмешку. — Для тебя и десятка хватит.

Одно из её крыльев слегка дернулось — едва заметное движение, но я его заметил. Оно выдавало любопытство. Ей было интересно, что я задумал. Ей было интересно, почему я не боюсь. Ей было интересно, кто я такой на самом деле.

— Кажется, твои крылья раньше пышнее были, — с усмешкой указал я на дрожащие крылья стримерши.

Эффект превзошел все мои ожидания.

Её губы разъехались в раздражённом шипении, открывая идеальную белизну зубов — гладких, безупречно ровных, словно много раз обработанных волшебной стоматологией. Внезапная вспышка бешенства перекосила лицо, крылья задрожали ещё сильней, а сама она стремительно отпрянула назад, оказавшись аккурат напротив толпы слизней, недоумевающих, кому действительно стоит угрожать, а кого разумнее обойти стороной.

Но она была уже слишком зла, чтобы думать о позиции.

— У меня прекрасн… — Её голос сорвался на визг. — Ты знаешь, как за ними тяжело ухаживать?! Да как ты…

Договорить ей не дал слизень.

Маленький, шустрый, он выстрелил в неё щупальцем. Полупрозрачная нить метнулась вверх, целя прямо в её идеальное лицо, прямо в эти надутые от злости губки.

Уровень у неё был 749. Стоит ли говорить, что это было даже неинтересно?

Она даже не обернулась. Просто небрежно, почти лениво махнула рукой — и десяток слизней разлетелся в разные стороны, оставив лишь кристаллы. Ни тел, ни слизи, ни ошмётков — просто исчезли. Испарились. Словно их и вовсе не было.

Но несколько капель всё же угодили ей на крылья.

И это вызвало у неё приступ неконтролируемого визга.

— Иииии... — завизжала она, и в этом визге не осталось ничего от гордой, надменной зильфарийки. — Прямо на крылья!.. Фу... Мерзость... Аааааа...

Она встряхнула крыльями с такой силой, что я ощутил, как воздух вокруг сгустился, волна давления прошла сквозь меня. Эта волна воздуха уничтожила еще примерно половину слизней. Они просто лопнули, разлетелись каплями, которые, впрочем, даже не долетели до нее и испарились на подходе.

Я смотрел на это с восхищением и недоверием. Неужели она, такая опытная и долгоживущая — и повелась на подобное? Неужели её самомнение, её гордость, её стремление выглядеть безупречной оказались столь велики, что она позабыла о защите, позабыла о позиции, позабыла обо всём, кроме собственного раздражения?

Как бы она ни пыталась бить крыльями, на них всё ещё оставалась слизь. Маленькие капли, приведшие зильфарийку в бешенство, смешанное с отвращением. Она трясла крыльями, пытаясь их отряхнуть, но слизь приклеилась намертво, въелась в каждое перо, в каждую мембрану.

— Фууууу!.. — Её визг перешёл в крик. — Аааааа! Жалкие твари! Как вы пос... посмели заляпать меня своей ме... ффу... мерзостью?!

Новая волна холода обрушилась на несчастных слизней. Я даже не успел сосчитать, сколько их осталось — все мгновенно обратились в ледяные статуи, рассыпавшиеся под давлением магии.

Тишину нарушают лишь тяжёлые вздохи её дыхания и моё невозмутимое спокойствие улыбки.

— Хм... — Я выдержал паузу, давая ей прийти в себя. — Молодец. Ты отлично справилась.

Я подошел к ней и протянул один из своих чистых платков. Белый, сложенный треугольником, который я всегда носил с собой.

— А то вдруг еще кто-нибудь вылезет, — добавил я, кивая на то место, где только что была целая колония слизней.

Она с брезгливостью посмотрела на чистую ткань. В её глазах читалось: «Ты предлагаешь мне, великой зильфарии, вытереться тряпкой, которую этот червяк держал в своих грязных руках?»

Крылатая извлекла из миниатюрной сумочки элегантный флакон дезинфицирующего спрея, сверкавший в лучах света прозрачностью стеклянного корпуса и роскошью золотого распылителя. Дважды побрызгала мою руку, потом платок. Только после этого двумя изящными пальчиками взяла его.

— Отвернись… — обиженно заявила она. — Я…

— Так взлети или стань невидимой, — улыбнулся я, глядя на её попытки отвернуться. — Что ж ты как неродная-то?

Она хмыкнула, что-то пробормотала неразборчиво — мне показалось, что я услышал что-то вроде «наглый червяк» или «забыл своё место», — и взлетела на крышу здания. Крылья всё ещё подрагивали, но она уже брала себя в руки.

Я прошёлся по месту боя, делая вид, будто осматриваюсь в поисках новых противников. Камни опыта и кристаллы монстров лежали прямо на земле, поблёскивая в лучах обоих солнц. Я не стал их забирать. Правило есть правило, и нарушать я его не собираюсь, даже если и не обязан его соблюдать. Контракт с ней пока не заключён, и демонстрировать интерес к её ресурсам — плохая идея.

Из угла двора выполз ещё один слизень. Совсем маленький, размером с мой кулак, почти прозрачный, едва различимый на фоне серого асфальта. Я встретил его холодным зарядом. Тут же подскочил и раздавил его тело ногой.

Следом ещё один. И тут-то я увидел кладку яиц.

Она была спрятана под кучей мусора и обломков кирпича, в углублении у стены. Десятки, если не сотни маленьких полупрозрачных шариков, внутри которых пульсировала жизнь. Они переливались зелёным, дышали и будто иногда даже двигались.

— Ух ты… — я сделал вид, будто только сейчас её заметил. — А я думаю, откуда вы берётесь…

Я выпустил заряд в кладку. Холод покрыл её не весь — слишком много яиц, слишком большая площадь. Пришлось выстрелить второй раз, и только тогда оставшиеся яйца проморозило до самого центра.

— Странно… — прошептал я, осматривая криопушку. — Думал, всё…

Вроде зарядов не должно было остаться, я же сделал четыре выстрела. Но устройство все еще работало. Какая-то энергия в нем оставалась, какая-то сила, которую я не закладывал в расчеты.

Слева послышалось шуршание. Я резко развернулся, направив пушку туда.

Это оказалась зильфарийка. Она уже успела почистить свои крылышки и теперь они вновь сияли белизной, переливаясь в солнечных лучах. Лишь легкое подрагивание выдавало, что не все гладко.

— Ты специально это сделал, да? — спросила она, прижимая поближе дрожащие крылья, словно опасаясь, что их снова испачкают. Голос звучал ровно, но глаза полнились подозрением.

— Да, — честно признался я. — Не думал, что ты так среагируешь… ха-ха-ха…

Я рассмеялся, глядя на её обиженное лицо. Затем наклонился и начал ногами разбивать замороженные яйца.

— Заберешь камни и кристаллы? — спросил я, не поднимая головы.

— Пфф! — она фыркнула с таким презрением, словно я предложил ей рыться в мусорном баке. — Ещё чего! Буду, как ты, червяк, в грязи копаться ради жалких крох?!

Я кивнул и продолжил сбор. Раньше я тоже вряд ли подобрал бы камень, если в нём было менее нескольких сотен тысяч опыта. Сейчас выбирать не приходилось.

Слизни и кладка принесли мне еще 2100 единиц опыта. Теперь общий счет составлял Опыт: 7 753. Неплохо. Еще чуть-чуть — и смогу повысить сразу два навыка благодаря одной лишь Ясности мысли. А там уже рукой подать и до следующего уровня активности.

Стримерша всё это время активно болтала с чатом. Комментировала мои действия, старалась вызвать смех, но выглядела так, будто пытается оправдаться перед кем-то невидимым.

— «А он крут...» — зачитала она донат на своём языке, думая, что я не понимаю. — Да где он крут? Спасибо за донат, но вы только гляньте, он в слизи копается!

Она сопроводила свой комментарий мягким движением руки в мою сторону — таким, каким отмахиваются от назойливых мух.

— «А он крут, заставил тебя, Вел, сделать за него работу, смайлик смеха», — продолжила она читать следующий донат. — Во-первых, он слишком тупой, чтобы это спланировать. А во-вторых… ну… я не рассчитала свою силу.

Я слушал её оправдания с усмешкой. Чат, судя по тому, как быстро бежали строки, был в восторге. Донаты сыпались один за другим. Кто-то требовал продолжения, кто-то восхищался моей «наглостью», кто-то просто ставил смайлики.

На выходе из гнезда она снова обратилась ко мне. Голос её звучал ровно, нейтрально, но я чувствовал, как ей трудно даётся этот тон.

— Ты сегодня смог развлечь мой чат и подписчиков, — сказала она, и в этой фразе не было ни издевки, ни насмешки. — Можешь передать им привет.

Я в тот момент проверял очередную машину в поисках новых проводов. Наматывая медный кабель на руку, я посмотрел на зильфарийку, а потом перевел взгляд на окно, куда она указывала — там, по её словам, находились зрители.

— Вы уже привыкли видеть крутых парней, — обратился я к невидимой аудитории. — Но наверняка впервые видите того, кто использует в своих целях... хе-хе... ну...

Я махнул рукой в сторону крылатой, давая понять, о ком речь.

— Я тот, за кого работают стримеры. Вы знаете, что делать, если хотите видеть такое почаще. А теперь мне пора заняться делом.

Я отвернулся и больше не обращал на нее внимания. Сел на асфальт, отсоединил аккумулятор, собираясь вместо него использовать блок из кристаллов. Если всё получится, пушка прослужит дольше и будет мощнее, к тому же можно сделать её работающей на полщадь. Если нет — придется искать другие источники энергии.

— Чего ещё ждать от червяка, — пробормотала она, и в ее голосе слышалось что-то странное. — Сам-то он вряд ли справился бы...

Она еще немного поговорила с чатом — я слышал обрывки фраз, смех, какие-то прощальные жесты, — а потом исчезла в разноцветной вспышке, оставляя после себя цветочный аромат и утихающий перезвон сотен колокольчиков.

— Хм... хм... — я задумчиво посмотрел на кристаллы в своей руке. — Будет о чём подумать.

═════════════════

Азарот. Город-казино внутри огромного астероида, перестроенного в гигантское игровое пространство. Здесь не было ни улиц, ни домов в привычном понимании — только залы, переходы, галереи, лабиринты, где каждый шаг мог стать выигрышным или проигрышным. Астероид вращался на границе обитаемых миров, купаясь в свете умирающей звезды. Её красное свечение окрашивало всё вокруг в кровавые тона, делая и без того роскошные интерьеры ещё более зловещими.

Лоренцо дель Фуэго стоял у огромного окна, выходящего в открытый космос. В одной руке он держал бокал любимого темно-красного, почти черного напитка, с ароматом, который нельзя было спутать ни с чем во всей галактике. Другой рукой он поглаживал подвеску на своей груди в виде песочных часов.

Внутри часов вместо песка переливалась какая-то светящаяся пыль. Она текла то вверх, то вниз, то замирала, то ускорялась, подчиняясь неведомым законам. В галактике поговаривали, будто это души грешников. Будто бы каждый, кто заключит сделку с Лоренцо, оставит здесь частичку самого себя. Что он способен предвидеть судьбу любого живого существа во Вселенной.

Он усмехнулся, убирая подвеску под одежду. Сделал глоток, медленно смакуя, позволяя напитку растечься по языку, обжечь горло, оставить послевкусие, от которого у неподготовленного смертного потемнело бы в глазах.

Его взгляд был направлен на умирающее солнце. Оно было огромным, размером в сотню раз больше стандартной звезды, и его красный свет был настолько ярким, что обычный человек не смог бы смотреть на него без специальных фильтров. Лоренцо смотрел. Он смотрел на этот мир, который когда-то был живым, который когда-то был домом для миллиардов существ. Теперь здесь осталась лишь пыль.

Он поднял бокал, словно произнося тост.

— Прошлое, — сказал он тихо. — Настоящее. Будущее.

И допил вино до дна.

Продолжение следует!) (Книга совершенно бесплатна) - https://author.today/work/524934