Сержант Хендрикс: Я хочу, чтобы ты объяснил этим новобранцам, как худший солдат в подразделении умудрился застыдить их всех.
Риз: Я просто перестал думать. Вся проблема была в том, что я использовал мозг — не только здесь, вообще всю жизнь. Если делать только то, что мне сказано, и больше ничего, то всё становится просто. Дело не в том, чтобы быть тупым или умным. Нужно просто превратиться в инструмент. И теперь я счастлив. Я счастливый инструмент!
Сержант Хендрикс (едва сдерживая слезы восхищения): Тебе есть чем гордиться, сынок.
Риз: Не знаю, горжусь я или нет. Я жду, пока вы мне это скажете.
Сержант Хендрикс: Боже мой... Такой солдат появляется раз в тысячу лет!
Сержант Хендрикс: Я хочу, чтобы ты объяснил этим новобранцам, как худший солдат в подразделении умудрился застыдить их всех.
Риз: Я просто перестал думать. Вся проблема была в том, что я использовал мозг — не только здесь, вообще всю жизнь. Если делать только то, что мне сказано, и больше ничего, то всё становится просто. Дело не в том, чтобы быть тупым или умным. Нужно просто превратиться в инструмент. И теперь я счастлив. Я счастливый инструмент!
Сержант Хендрикс (едва сдерживая слезы восхищения): Тебе есть чем гордиться, сынок.
Риз: Не знаю, горжусь я или нет. Я жду, пока вы мне это скажете.
Сержант Хендрикс: Боже мой... Такой солдат появляется раз в тысячу лет!