РПЦ и поцелуи мужиков⁠⁠

Тут иеромонах Макарий приоткрыл для нас то, что не все знали о традициях православия – оказывается, Писание никак не запрещает целоваться в губы, щеки и плечи вне зависимости от пола. Главное, чтобы это не носило «интимного характера». Братский поцелуй в плечи, а? Неплохо.

Не будучи дураком, Макарий прикрыл свой вывод цитатой из Нового Завета:

Приветствуйте друг друга святым лобзанием.

Где, ясен пень, ни слова ни говорится о том, кому и как конкретно «лобзаться». Библия это вообще такой текст, который можно трактовать как угодно: от оправдания геноцида во время крестового похода до объявления анального секса супругов «содомией» (последнее: реальная практика инквизиционных процессов).

Поэтому, по мысли иеромонаха, как мужчины так женщины вольны целоваться в губы, ведь прямого запрета в тексте Писания нет. Что звучит крамольно на фоне того, что сцены «однополых поцелуев» или просто слова вырезают даже из фильмов: Эйфория, Белый лотос и другие были жестко цензурированы из-за риска «пропаганды ЛГБТ». Которое не так давно вообще признано экстремистским, а штрафы за пропаганду этого дела по 6.21 КоАП начинаются от 50 тысяч. Через интернет так и вовсе от 200.

И тут может выйти забавно, если «правоохранители» придут теперь к Макарию с этой статьей, а он в свою очередь обвинит их по ст. 148 УК об «оскорблении чувств верующих». Это могла бы быть эпичная битва современного отечественного «правосудия», отлично отражающая дух времени.

И да, оф. спикер РПЦ тов. Кипшидзе уже выбежал и пояснил, что целоваться именно в губы – «не в традициях Русской Церкви». Кипшидзе, разумеется, виднее, но у нас есть и другая, советская традиция целования. С ней как быть?

PS Невольно вспомнился анекдот:

Брежнев проводил какого-то дипломата из Африки. Самолет уже точкой в небе, а Брежнев все еще стоит в аэропорту - в небо смотрит.

Ему говорят:

- Леонид Ильич, поедемте в Кремль, поздно уже. Да и стоит ли так расстраиваться - дипломат какой-то, даже не посол. И политик он никудышний...

Брежнев:

- Да, как политик он, конечно, говно... Но зато целуется как!