Реформы и инфляция в КНДР
Все те, кто интересуется историей Северной Кореи, помнят о денежной реформе 2009 года, которая окончилась грандиозным провалом.
Главной, хотя и не единственной, причиной этого провала было то, что в ходе реформ зарплаты всех работников госсектора были одномоментно увеличены ровно в 100 раз. При этом организаторам реформ (скорее всего, лично Ким Чен Иру, ведь подобные решения утверждаются только на таком уровне) тогда не пришло в голову то, что увеличение зарплат в 100 раз приведёт не к 100-кратному увеличению доходов трудящихся, а быстрому и пропорциональному (т.е. 100-кратному) увеличению розничных цен. Собственно говоря, это тогда в КНДР и произошло.
Однако похоже на то, что урок этот впрок не пошел. И на наших глазах разворачивается повторения сценария 2009-2010 годов, хотя и в более мягкой форме.
В 2023-24 годах в Северной Корее решили резко увеличить уровень жизни населения. Понятно, что сделано это было самым очевидным (очевидным любой бабушке на лавочке) способом: резко, в 10-30 раз, увеличили зарплаты в государственном секторе.
Результат однако оказался немного предсказуемым. Почти сразу за увеличением зарплат на страну обрушилась гиперинфляция. За период с октября 2022 и до марта 2026 года цена килограмма риса на рынке увеличилась примерно в 5 раз, а курс доллара к северокорейской воне вырос в 10 раз.
Разрыв между ростом розничных цен и курсом валюты довольно примечателен, и, скорее всего, отражает то обстоятельство, что начинает работать карточная система, попытки перезапустить которую, предпринимавшиеся уже в течение долгого времени, кажется, наконец начинают приводить к определённым успехам. Тем не менее, инфляция очень велика. Её размах обнуляет (как и следовало ожидать любому человеку, немного знакомому с азами экономики) увеличение зарплат.
По отрывочным сведениям, поступающим из пхеньянских коридоров власти, видно, что Ким Чен Ын обеспокоен происходящим. Правда, возникает вопрос: а чего, собственно, ещё можно было ожидать после того, как зарплаты в стране за пару лет подняли в 10-30 раз?
При этом ситуация в стране не является катастрофической. Скорее наоборот. Урожай в прошлом году был весьма неплохим (по северокорейским меркам конечно) – 4,9 млн тонн. Это конечно меньше чем 5,5-6,0 млн тонн, которые необходимы для самообеспечения страны продовольствием. Но это всё-таки лучше, чем в былые годы.
Экономика в целом растёт - если верить оценкам южнокорейского центробанка, то есть Банка Кореи, растёт она со скоростью около 3% в год. Российские и, возможно, китайские поставки продовольствия закрывают имеющуюся нехватку (повторяю: очень небольшую по северокорейским меркам). Тем не менее, галопирующая инфляция явно раздражает как руководство, так и широкие народные массы.
Ирония ситуации в том, что ее появление было практически неизбежным, и предсказать её мог бы любой первокурсник с экономического факультета. Но, кажется, первокурсников на этот раз не спросили…
Андрей Ланьков
