Птицы не пели, они кричали⁠⁠

ГЛАВА 13

Он набрал в рот побольше воздуха, чтобы не задохнуться в смраде мертвых птенчиков. Так пахли объятия. Все те последние, что Бен получал от отца. Скорлупки лопались от гноя, из них высовывались желтые клювики. Они кричали, звали маму, но горло быстро наполнялось личинками мясных мух, и птички навсегда замолкали.

Сейчас же они запели!

— Ты хороший. Очень хороший.

А с горизонта не набежали тучи. День не превратился в ночь, а свет во тьму. И хоть земля под ногами так же исчезла, Бен не упал, как раньше, в бездонную яму. Он воспарил.

И воздух тоже стал чудесным. Со всей округи к ним слетелись яблоки и груши. Их сочные плоды последнего урожая. Корзинки с пионами. Корзинки с котятами. И нежный аромат ванильного суфле.

— Правда?

Бен тоже обнял Алису. Он почувствовал, как его сердце вот-вот выскочит из груди, и ему казалось — ее тоже.

— Да.

Позже за Алисой приехала мама. Бен махал рукой до тех пор, пока пикап не скрылся из виду. А потом развернулся и поплелся домой. Иногда он шел по дороге, но все чаще нырял в осенний лес. Там он искал птицу.

Самую прекрасную на Земле!

Но здесь такие не жили. Поползни, крапивник и даже голубая сойка — всем им не хватало чести, чтобы Бен мог назвать их Алисой. Не хватало красоты, которой он так хотел заменить слова.

А может, такой птицы вообще не существовало?

Кроме как в голове у Бена.

На стол посыпались карандаши. Красные, зеленые, синие и желтые. Сначала Бен нарисовал глаза — голубые, с золотой сердцевинкой. Еще долго они смотрели на него среди белого полотна, пока он думал, что же дальше. Сереньким легли вокруг них перышки. Зеленым расправились крылья. А лиловым закончился хвост. В лапках птичка держала цветок — горшочек с ростком, подписанным «Робин».

«А Л И С А!» — вывел Бен большими разноцветными буквами.