Профсоюз бомжей - это сила!
Моя жизнь уже 30 лет связана с командировками. Они напоминают вечную любовь, которая то вспыхивает, то немного гаснет, но к которой тянет, как только ты ее лишаешься.
Но, ладно просто летать, ехать, а со мной постоянно случаются какие-то приключения. Иногда, даже, кажется, что некоторые анекдоты или байки на моем примере и сочиняли.
Видимо, я легкомысленный человек или настолько любопытный, что не попасть впросак или ситуацию, мне просто не суждено.
Насчет легкомыслия расскажу немного. С 1993 по 1997 год у меня не было никакой прописки в паспорте. Так купил квартиру, что документы не сделал сразу, а потом вечные проблемы со временем. Вот так я летал в Москву. А в столице любили людей без прописки, особенно, милиционеры.
Справа через дорогу от гостиницы Измайловская (корпус Альфа) есть отделение милиции( сегодня оказывается на этом месте уже супермаркет, добавлено 13.0412г.), которое я поневоле посещал десятка полтора раз. Посижу в камере предварительного заключения с час, другой , а потом меня отпустят.
Ни разу, кстати, с меня не брали взятки. В камерах, обычно, весь народ черноволосый.
Однажды, когда я попал туда в очередной раз, меня, то ли чеченец, то ли дагестанец, спросил:
-А тебя, то за что забрали?
Видимо, намекал на славянскую внешность. Отвечаю ему, что профессиональный бомж.
Он говорит:
- А почему в галстуке?
Я решил пошутить:
- Пытаюсь организовать профсоюзы. Мы, бомжи, очищаем страну от мусора, перерабатывая треть всех человеческих отходов, а не только прав никаких, но и без прописки на выборы не пускают и партию не регистрируют.
Он так непосредственно удивился:
- Вам же пожрать дают? Собирайте и молчите. Какая Вам партия?
Тут мужик с горбинкой на носу, армянин, подходит и говорит:
- Может, Вам еще путевки в санатории давать?
Я гну свою линию:
- Не мешало бы, работа вредная и опасная с точки зрения травматизма.
Нас обижают и наградами. Кому дают ордена и медали сейчас? То ученому, то артисту, а для рабочего человека нет места для государства, а это означает, что оно не хочет, чтобы мы работали, создавали реальные вещи или чистили землю от грязи бытия. Вот мы и боремся за свои права. Кстати и Вам не мешало бы свои организации создать.
И все спокойно, уверенно. Минут через десять настроение почти всей камеры начало меняться в лучшую для меня сторону.
Тут вызывает меня сержант и говорит:
- Все, документы в порядке.Можете идти.
А у меня разговор в самом разгаре с сокамерниками. Я милиционера прошу:
- Оставьте меня еще минут на десять- двадцать. Тот в ответ громче:
- Можешь идти!
Открывает камеру и ждет. А на меня легкомыслие напало.
Я его спрашиваю:
- А за что народ задержали? Выпустите всех, а я один не пойду.
Тот закрывает и говорит:
- Но и сиди, если хочешь.
Надо сказать, что обитатели после такой выходки прониклись большим уважением, то ли ко мне, то ли к профсоюзу. Это чувствовалось, потому, как они на меня стали смотреть и почтительно спрашивать.
Азербайджанец из Сумгаита, Тагир, стал жаловаться, что денег нет, а его просто так не выпустят, пока знакомых не найдет.
Схожие проблемы были и других, но не у всех, по крайней мере, некоторые не говорили.
Я уже перезнакомились со всеми, но имен сразу не запомнил, кроме Тагира и Марата, армянина, потому что переключились на проблему Нагорного Карабаха. Я им говорю:
- Вот, Вы, в России не конфликтуете из-за него. Может, Вам и отдать эту территорию России, чтобы никому не обидно было, а тогда мы оба народа пустим в Нагорный Карабах, и снова будете мирно поживать?
Здесь подходит лейтенант и просит меня выйти, чтобы поговорить.
Когда мы остались одни, он спросил:
- Вы, зачем устраиваете концерт? Мы пробили паспорт, все нормально и идите на все четыре стороны.
Я его спрашиваю: А остальных пробили?
- Пятерых, да. А на остальных времени больше потребуется – отвечает.
Легкомыслие мое пошло дальше, чем я бы мог предположить.
- Давайте я схожу куплю коньяк и закуску, а Вы, если захотите, то выпустите, хотя бы пятерых?
Он посмотрел на меня внимательно:
- А зачем это Вам нужно?
- Если честно, не знаю. Но, буду Вам благодарен. Тем более, что Вы не нарушаете при этом закон. Я сначала покупаю, а Вы можете не выпускать. Если посчитаете, что можно отпустить, то хорошо. Если нет, то тоже нормально. Договорились?
Лейтенант смотрел на меня, и чувствовалось, что какие-то мысли воевали друг с другом в его голове, даже вихрь волос начал подниматься.
-Ну, ладно, до встречи – не дождавшись ответа, я двинулся на выход.
Быстро перейдя дорогу, зашел в один из магазинчиков и купил, что обещал.
Вернувшись в отделение, я молча поставил сетку, заполненную закусками и бутылкой коньяка» Арарат» и быстро вышел.
Достал сигарету и закурил медленно с наслаждением, выпуская дым. Потом закурил вторую, которая уже не доставляла удовольствие, но щекотала гортань.
Неожиданно, один, за одним показались мои сокамерники. На улице они шумно хлопали меня, что-то говорили почти разом. Потом еще раз закурили мои сигареты.
Они улыбались по-детски, не скрывая радости. Мне было приятно, и, прощаясь, я им сказал:
- А Вы не верили в наш профсоюз?! Запомните, что бомжи - самые свободные личности!
А поэтому, мы - сила!