Последняя казнь⁠⁠

Старый палач подошёл к электрическому стулу. Проверил ремни, провода, крепко ли стул привинчен. Он в этом и не сомневался, но процедура обязывала. Всё чисто, натёрто, готово к экзекуции. Оставалось проверить, всё ли в порядке с рубильником, поступает ли ток.

Молодой ученик тенью следовал за своим учителем. Всё это они много раз проходили в теории, но сегодня он наконец-то будет участвовать в казни. Он так долго ждал этого, но люди просто отказывались нарушать закон. Как будто сговорились. Что ж, сегодня он возьмёт своё, станет полноценным палачом.

Старый палач спокойно прошёл в рубку, дождался своего ученика и проверил показания счётчиков. Ток шёл.

- Похоже, всё готово?

- Да, осталось только помыться и побриться. Помни, ты - представитель Закона, ты - его лицо здесь и сейчас, твой голос должен быть твёрд, стой прямо, движения - уверенные. Никаких эмоций. Чётко следуй должностной инструкции. Никакой отсебятины. Всё ясно?

- Всё ясно, сэр.

- Хорошо, идём, надо приготовиться к казни.

Старый палач и его ученик покинули зал экзекуции. До казни ещё оставалось время привести себя в порядок. Старый палач зашёл к себе в комнату. Аккуратно повесил старый мундир в шкаф, взял полотенце и пошёл в душевую кабинку. Сегодня последний день. Больше не будет он здесь жить, смотреть на плохо покрашенные стены и облупившийся потолок, работать за старым потрескавшимся столом, ножку которого погрызла крыса, а на боку его предшественник вырезал перочинным ножом "Сэмюэл Кёртис - жопа". И прижимистый директор Кёртис скоро будет в прошлом. И этот самовлюблённый идиот Кэлвин, наконец, не будет ныть как ему охота кого-нибудь поджарить, ой, простите, казнить. Идиот, как будто мы тут барбекю жарим, а не людей в последний путь отправляем. Наконец, скоро он со всем этим порвёт.

Старый палач закрыл кран, вытерся и подошёл к зеркалу. Протерев его полотенцем, старый палач посмотрел на своё отражение, потрогал подбородок. Открыв шкафчик, достал бритву, пену и помазок. Нанеся пену, старый палач аккуратными движениями сбрил всё, что успело вырасти за неполный день. Затем он нанёс пену на череп, хотя и там толком брить было нечего.

Закончив, старый палач вернулся в комнату, оделся и направился в зал экзекуции. Сегодня его последний рабочий день, последняя казнь. Его собственная. Он не задавал вопросов, не стал выяснять, не ошибка ли это. Раз пришёл приказ казнить его сегодня, значит так и будет.

Вдохнув побольше воздуха, старый палач последний раз вошёл в зал экзекуции и закрыл за собой дверь.