После последнего посетителя⁠⁠

Аннотация: Ограбить ювелирку в торговом центре ночью - реально. Особенно если ты работал в этом же ТЦ охранником, а девушка твоего друга и сейчас работает в этой ювелирке. Но есть одно "но": новая система безопасности, из-за которой в ночные смены живые секьюрити уже не нужны.

***

Новость о том, что Тимоха, один из старожилов Аквариума, написал по собственному, удивила многих. Мужик он был свойский: к нему одинаково хорошо относились и уборщицы, и менеджеры, и продавцы — хотя все они и контактировали с Тимохой по минимуму, на уровне «привет-пока».

Коллеги-охранники его, естественно, тоже любили. В начальство он не рвался, но с начальством был на короткой ноге. Хотя поздновато было ему в карьеристы идти: несколько лет — и пенсия. Кстати, вот вам еще одна причина, по которой многих удивило, что Тимоха решил уйти, оттрубив в ТЦ почти пятнадцать лет — с самого его открытия. Доработал бы спокойно, и на покой.

— И куда ты теперь? — Спросил его я, пересекшись на перекуре. Этот вопрос Тимохе наверняка уже задавали раз -дцать, так что можно было спросить кого другого. Но собирать сплетни — не мое. Да и с Тимохой у меня отношения почти дружеские, как-то даже на рыбалку ездили с ночевкой.

— К зятю пойду сторожем. У него столярка с большим складом в промзоне. По бабкам столько же даст по-семейному, а на сменах теперь буду как белый человек — спать, а не ноги трудить. — Охотно поделился тот.

— А-а-а… То есть местечко потеплее нашел, получается. А я-то думаю-гадаю, куда такой ветеран намылился.

И тут Тимоха замялся. Оглянувшись, словно собирался выдать какую-то важную тайну, он наклонился ко мне поближе. Обдало запахом выпечки — небось опять все пончики с джемом выжрал.

— Вот тебе, Димон, пожалуй, побольше скажу, чем остальным… Только дай слово, что никому. Я об этом только Артеменко рассказал, и тебе вот щас. В вас уверен, что не растрепете.

— Заинтриговал. — Я отхлебнул кофе и согнул руку в локте, повернув к нему ладонь.  — Даю слово, что не выдам твою загадочную причину ухода. Если, только, там не какая-то госизмена, конечно, или еще чего подсудное.

Но Тимоха мои вялые юмористические потуги проигнорировал:

— Короче… Разгонят скоро весь отдел охраны. Ну, может, про «весь» и перегибают, но большинство точно на выход попросят. 

— Херасе! — Я опешил. Тимоху на балабольстве никто не ловил, мужиком он прослыл честным. Да и шутить с таким даже дурик-Разняцкий не стал бы, чтоб не накликать дурное. — Откуда инфа?

— Не важно. Я с тобой делюсь, и со мной тоже поделились. — Тимоха ткнул пальцем вверх. Наверное, Алексей Юрьич намекнул. Они с Тимохой вместе рядовыми охранниками службу начинали. Только мой собеседник так и остался по этажам тыняться, а Юрьич выбился в начальники.

— А че так?

— Будут внедрять какую-то новую систему. Там что-то навороченное и автоматизированное. Короче, ночных смен точно не будет, да и дневников урежут. Поэтому я бы на твоем месте тоже что-то начинал присматривать. Говорят, что до начала октября уже все реструктурируют.

С Тимохой я прощался рассеянно. Судя по тому, что остальные коллеги вели себя как обычно, тот и вправду поделился инсайдом только со мной. За это я был ему благодарен сильно-пресильно: до обещанного октября оставалось три месяца. Конечно, сразу писать увал я не собирался. Но беспокойство он во мне заронил.

Тем же вечером я провел полчаса, листая вакансии. Так, на всякий случай.

***

— Не-е, к нам, увы, не варик. Без скилла не берут. Сам понимаешь, тачки чинить тебя за неделю не научат. — От моего друга Сани я именно такого ответа и ожидал.

— Так я и думал. На всякий случай скорее спрашивал — а вдруг…

Промаявшись после разговора с Тимохой еще две смены, я принял решение: все-таки буду менять профессию. Если бывший коллега прав, то сыграю на упреждение. А если нет… Ну, в детстве я все-таки не мечтал провести всю жизнь в охранниках. Так что если ошибусь, то буду считать Тимохины откровения за знак свыше.

Параллельно с мониторингом HH и подобных мест я обратился и к друзьям. Впрочем, скорее ради вежливости, ибо и у Сани, и у Свята с работой тоже было не ахти. Первый был неплохим автослесарем, но из-за буйного характера то в коллективах не приживался, то с клиентами сцеплялся. Второй же и вовсе перебивался случайными и нечастыми подработками. На его счастье от папаши он унаследовал почти модельную внешность, и навострился жить за счет воздыхательниц. Как раз такой халявный период был у него сейчас: последние пару месяцев Свят жил у Инны, которая волею случая работала со мной в одном ТЦ на ювелирке. Была она девушкой неплохой и внешне, и по характеру — так что другу я втайне завидовал.

— Ну а я, сам знаешь, для работы не создан. — Как раз подал голос наш Казанова.

Отвечать ему я и не стал — лишь рукой махнул. Мол, с тобой и так все ясно.

— Были бы бабки… Открыли бы с тобой покраску-рихтовку. Золотая жила, братан. — Мечтательно протянул Саня, выдув сигаретный дым в сторону шумно гудящей вытяжки. Мы сидели на кухне у Инны. Курение та не переносила, но сейчас была на работе. Свят недовольно косился на друга, но молчал.

— Ты про свою рихтовку уже который год затираешь нам, а? Сам бы и открыл.

— Были бы пару лямов хотя бы — и открыл бы! Как раз тебя и взял бы в помощники. Это тебе не электрика и не моторы перебирать — освоить можно быстро.

— Ага, осталось только пару лямов найти. — Вернул я на землю размечтавшегося Саню. — Кредит мне вряд ли дадут, да и стремно на бизнес брать. Пока раскрутимся — кто выплачивать будет?

Саня прищелкнул языком. Такие приземленные вопросы навевали на него тоску. Мне, впрочем, было еще тоскливее. Ибо слова Тимохи все-таки не шли из головы. И в конце концов он оказался прав.

Объявление о том, что отдел охраны ожидают сокращения, донес до нас начальник. Судя по тому, что лицо и шея у него были не пунцово-красными и потными — как обычно происходило от злости — он и впрямь про это уже знал, и соломку подстелил. Поэтому наигранный виновато-извиняющийся тон лично меня не впечатлил. Да и других, впрочем, тоже не особо — мысли теперь у всех только про поиски работы.

К счастью, совет Тимохи я все-таки не заигнорил. Правда, с отведенными сроками он малехо прогадал, и вместо трех месяцев мы спокойно проработали почти пять. Я за это время успел пройти курсы по автомалярке — Саня все-таки уломал. Хотя он же все и организовал: нашел где обучат, насуетил каких-то знакомых гаражников, которые согласились на практику взять и поднатаскать.

Не скажу, что мне нравилось. Нет, сам процесс в целом оказался прикольным и даже затягивающим. Но вместо твердого оклада, как в охране, меня посадили на сделку, для старта в четверть от суммы. Саня, услыхав это, покривился, но сказал, что новичку сойдет. Мол, через полгодика поднатаскаешься, процент поднимут.

***

С момента, как я сменил профессию, прошли почти три месяца.

В совпавший у всех выходной мы снова собрались у Инны — только теперь и сама хозяйка составила нам компанию. Правда, пить отказалась, заявив, что на неделе у нее ответственная смена, из-за которой она уже сейчас вся на нервах:

— Чего там у вас такого ответственного может быть? — Хохотнул Свят, по хозяйски похлопав девушку по бедру. — Десяток клиентов в день заходит, и то не всегда.

— Да заказы новогодние привезут, а начальство опять на нас всю сортировку и складирование спихнет… Не дай Бог где напутаешь или потеряешь — хорошо, если просто уволят. Весь день мудохаться будем в поте лица, а прибавки — ни копейки!

— И чего, простым девахам вот так вот пару кэгэ золота доверят? — Вскинул брови Саня.

Инна замялась:

— Вообще, конечно, не должны. На крупные разгрузки Анна Сергеевна из головного офиса прибывает, ну и наш Игорь Саныч, естественно, своими руками все делает. Но Сергеевна с гриппом слегла аж в больничку. А у Саныча завелась одна мадам. — Инна провела руками по воздуху, показав фигуру. — Раньше он про свои похождения прям при нас по телефону дружбану своему хвастался. А сейчас попритих. Про баб — ни-ни, и наоборот при звонках тихарится. И походу она его настолько окрутила, что приходится грубо нарушать инструкцию. Вот и завтра сказал, что занят.

— Все беды от баб. — Вздохнул Свят, потянувшись за очередной бутылкой. — Охомутала мужика, что он башку потерял.

Но заметив, как Инна прищурилась, тут же добавил:

— Хорошо, что мне с тобой повезло!

— То-то же! Хотя в чем-то ты и прав. Боюсь, недолго Санычу нами руководить. Донесет кто, что этот дурик на ночь оставляет ювелирку просто в подсобке — его же в тот же день попрут!

— А чего, так много всего оставляет? — Поинтересовался я.

— В этот раз почти четыре сотни изделий привезут. Почти половину — по заказу к праздникам, поэтому побольше обычного.

Я присвистнул. Ювелирка, где работала Инна, магазин часов на третьем, и пункт обмена — это были места, куда отдельно направляли охранников в дни «загрузок».

— Ага. И ты прикинь, мы почти целый день будем все это добро принимать, перевзвешивать, сверять артикулы и пробы, а затем просто в подсобке оставим. От сейфов-то ключи только у Саныча! А он на следующий день только припрется…

Ее телефон тренькнул.

— Все, граждане тунеядцы, я на маникюр! Приберешься после, я с новыми ногтями посуду и стол за вами мыть не собираюсь. —  Это уже отдельно Святу. Тот лениво козырнул.

Когда в подъезде зашумел лифт, увозивший Инну, Саня поставил на пол пустую бутылку, и задумчиво протянул:

— А ведь это шанс, пацаны…

Свят и я переглянулись, не сразу поняв, к чему тот клонит. И Саня нас огорошил:

— Давайте Инкин магаз обнесем?

Я прыснул пивом.

— Ну ебана рот, Димон! — Возмущенно заорал Свят.

— Извини-извини, ща вытру. — Я вытащил сразу треть пачки влажных салфеток. — Просто не ждал Дэнни Оушена сегодня встретить.

Саня отмахнулся и подался вперед, оперевшись локтями на стол:

— Да я серьезно щас… Димон, ты же в охране сколько отпахал? Неужели у вас там такая неприступная крепость, что даже ты не знаешь, как такое провернуть? Ну, чисто теоретически, хотя бы…

— Санек, бля, тебе, походу, хватит уже. — Пришла моя очередь отмахиваться. — Сейчас тебе не нулевые, а ювелирка — не дача твоего деда в СНТ. В нее, как ты сам должен понимать, просто так не попадешь.

— Ты же сказал, что у вас там охрану поразгоняли, и на ночь почти все камеры вырубают?

— Ну-у… Да, но ведь новую систему охраны поставили. Ты ж не думаешь, что наверху такие дурачки сидят, что на безопасности просто сэкономить решили? 

Саня надул щеки и шумно выдохнул. Видать, он ожидал и от нас большего энтузиазма, и от меня совсем другого ответа. Мол, «конечно, ювелирку обнести — чуть сложнее, чем дачу в заброшенном СНТ».

Свят наконец закончил оттирать брызги, которые я выдал из-за Саниного вопроса:

— Слышь Бонни и Клайд, го лучше в зал, на Ютубе че-нить включим.

Тогда никто не ожидал, что к Саниному вопросу мы вернемся очень быстро.

***

Спустя всего три дня наш общий чат в Телеге пискнул уведомлением невообразимо рано. Я бросил взгляд на часы: семи еще не было, полчаса до работы спать можно. Но дофаминовая зависимость сделала свое дело, и рука сама потянулась за телефоном.

— Ну Свя-а-ат… — Удивленно протянул я, сфокусировавшись на фотке.

На фоне уже знакомой Инкиной кухни красовался тест на беременности. Естественно, с двумя полосками — кто ж станет с одной-то фоткать? Залетов у нашего Казановы раньше не случалось, хотя, казалось бы, с его-то активностью должны быть привычным делом. И, судя по всему, становиться батей он как минимум очковал. Пробежав глазами пару десятков панических сообщений, я запостил удивленный стикер и решил еще доспать.

К тому времени, как я снова взял в руки телефон, к разговору подключился и Саня. Судя по тому, как Свят отреагировал на подколы друга — шутить не стоило.

— Че делать-то думаешь? — Спросил я первым делом, но уже вживую.

Собрать совет по такому поводу решили не у Инки — гостей принимал я. Свят мерил шагами мою небольшую спальню. Три шага вперед, три назад. Я обратил внимание, что носки у него разного цвета и длины, а на белой футболке темнели пятна от кофе или чая. Невообразимое дело для друга, который всегда и везде старался выглядеть неотразимо.

— Че делать, че делать… — Пробормотал Свят. — Кабы сам знал!

— А Инка что говорит?

— Да тоже в шоке! Мы-то с ней сколько вместе? Полгода максимум… Не, у нас, конечно, с ней вроде все серьезно. Но не настолько же!

Свят выдохнул, остановился, взял стул и сел, оседлав его.

— Почти тридцать тыщь намотал сегодня, прикиньте. — Нервно хохотнул он, бросив взгляд на фитнес-трекер. — С четырех ночи места не нахожу.

— Бабки нужны. — Веско отрезал Санек. — Хоть на роды, хоть на… Другой варик.

— Ясен хер! — Голос Свята чуть не дал петуха. — Инка не миллионерша. Я… Сами знаете… Короче, по бабкам у нас совсем швах. Не поверите, я часа два сегодня работу искал. Начал даже звонить по каким-то объявам, пока нахуй не послали. Оказывается, в полшестого утра эйчары собеседований не проводят.

И тут Саня подскочил:

— Мне кажется, это знак! Помните, несколько дней назад я предлагал…

— Санек, плиз… — Поморщился я. — Давай без влажных фантазий, а? Человеку не до рофлов.

— Да какие рофлы! — Горячо заговорил Саня, подавшись вперед. — Бабки нам нужны? Нужны. А тут все складывается так, как будто судьба нам их в руки толкает!

Свят уставился на него остекленевшими глазами. В такой ситуации, наверное, он был согласен не то что ювелирку — Одинокую гору обокрасть, лишь бы снова вернуться в свою привычную зону комфорта.

— Товарищи! Товарищи! Я шарю в этой теме! За все время, что я в охране работал — краж повидал много, не спорю. Но в основном по мелочи. Зумеры всякие Зары на шмотки обносили — такого много. Незакрытые тачки на парковках обносили — бывало. Кошельки на фудкортах тырили, но редко. Косметику и всякие такие мелочи тянки часто «забывают» оплатить. Но что-то крупное, и чтоб потом не поймали… На пальцах одной руки пересчитаешь. Три года назад мужик несколько часов на пару лямов вынес — самый большой улов. Да и то там в подозреваемых директор магаза ходил, как соучастник. А ты предлагаешь за меньше чем неделю организовать кражу ювелирки, правильно?

Мой скептицизм в словах и во взгляде оба то ли не заметили, то ли проигнорили.

— А если я Инку попрошу помочь? — Задумчиво протянул Свят.

— Хэзэ, братан… Ты ее лучше знаешь. Конечно, с ее помощью легче было бы. Только вот если на нее подумают?

— Она ж не сама будет кольца с серьгами себе по карманам пихать! Да и вряд ли на нее подумают. В прошлом месяце сразу две девахи поперли. Одна подбухивала почти на каждую смену, ее со скандалом прямо посреди дня выгнали. А вторая микрозаймов набрала, и коллекторы додумались ее шефу звонить. Таких, сам понимаешь, не держат рядом с ценностями. Если на кого и подумают — так на этих.

— Ну-у… Если она в адеквате от такой новости, можешь с ней поговорить сегодня?

— Да-да! Точно! — Свят уцепился за эту дико тупую идею, как утопающий в спасательный круг.

— Але! Вы в своем уме? — Я пощелкал пальцами перед глазами обоих.

— Димон, мы без тебя — никак, сам понимаешь. — Хотя бы до этого Саня додумался. — Давай, братан… Удача сопутствует смелым, помнишь, как ты мне в школе сказал, когда я ссался за Дианкой из параллельного?

— Смелым, но не долбоебам!

Продолжать разговор на эту тему мне расхотелось. Один был на эмоциях, а второй — просто недалекий. Хлопнув по плечу Свята, я выгнал обоих, и завалился спать. Не подозревая, что мое неприятие этой идее улетучится часов через десять.

***

Следующий день у меня не задался еще с рассвета. Часа в четыре весь дом — и меня в том числе — разбудил какой-то кретин, пронесшийся под окнами на мотоцикле. Пожелав ему намотаться на ближайший столб, я попытался уснуть, но получалось плохо — лег-то спать я рано. Поэтому до подъема провалялся на пропотевшей кровати, урывками проваливаясь в сон. Снилась всякая дичь: Тимоха, жрущий огромные пончики в курилке, Саня в школьные годы, срывающий сирень в подарок своей первой возлюбленной, и даже мой начальник по охране, почему-то оказавшийся манекеном в отделе мужской одежды.

Кофе, как назло, закончился — пришлось покупать латте по дороге на работу. Пока стоял в очереди и злился тому, насколько подорожал любимый напиток — опоздал на автобус. К счастью, ехать всего три остановки, поэтому я отправился пешком. Почти не опоздал, зато промок — по закону мировой подлости заморосило, как только я вышел из-под козырька остановки.

Естественно, что и на работе в такой день без проблем не обошлось.

— Димон! Где Димон?

Тон, которым меня звал мастер, мне сразу не понравился. Я бросил недоеденный бутер на стол, вытер руки, и выскочил из комнаты отдыха.

— Ты крыло обеспыливал вообще? — Мастер, как я и подозревал, был чуть ли не в ярости.

—Э-э, ну да. Все как учили…

— Учили его! Пойди под светом погляди! Клиенту вечером тачку забирать, а тут крыло под перекрас целиком! Пыль за километр видна, а там такой чел, что свою бэху разглядывать под микроскопом будет!

Следующие пять минут я обтекал и закипал. Хотя доверять ответственную задачу новичку не стоило, но если я уж работал не как стажер, а как маляр — то и спрос с меня по справедливости должен быть полный.

Окончательно испорченное настроение добил тот самый клиент, который приперся вечером, и разорался на всю мастерскую. Выслушав еще и его — пиздюка, которому батя подарил машину — я решил, что Санина идея, в принципе, не так уж плоха. Тем более что я примерно знал, как ее реализовать.

*** 

— Короче, через стену от Инкиного магаза у нас Икея.

Я постучал карандашом по листу, лежащему перед нами. Это был план этажа с магазинами, взятый с сайта ТЦ.

— Вот здесь. — Ткнул карандашом уже прицельнее. — У нас закуток с угловой кухней. Шкафы висят на бетонной стене, но слева стоит широкий шкаф, за которым только гипсокартонная перегородка. А за перегородкой…

— Подсобка Инкиной ювелирки! — Воскликнул Саня, приглядевшись к той части, куда я тыкал карандашом.

— Именно!

— И че, проектировали это настолько тупые люди, что поставили гипсокартонную стенку между ювелиркой и обычным магазом? — Скептически прищулирся Свят.

— Представь себе, но да. Икея очень сильно хотела именно такую расстановку комнат, какую ты видишь сейчас, иначе отказывались заезжать. Поэтому ради них снесли бетонную стену, которая на этом месте была, соседнее помещение — где ювелирка — уменьшили вдвое. А сроки поджимали, поэтому наскоро зашили все гипсокартоном, и так и оставили. Правда, это было лет десять назад, и там тогда не ювелирка была, а какие-то купальники, поэтому и прокатило.

Мой план оказался простым, как мебель из этой самой Икеи. Перегородка в несколько метров шириной была хлипкой. Два листа гипсокартона, металлический каркас, два слоя какой-то звукоизоляции, еще пара листов ГКЛ — и все.

— Санек, понадобится твой реноватор. Там и пила сойдет, но вручную пилить будем долго. А Девалтом — за минут пять управимся.

— Будет сделано! — Козырнул тот.

— Идем все втроем? — Спросил Свят.

Я задумался. С одной стороны — хватило бы и кого-то одного. С другой — все-таки лучше отправляться всем.

Саня лучше всех умеет работать руками. Выпилить дырку реноватором я и сам смогу, но если вдруг на пути возникнет какая-то другая преграда — могу не справиться. Я лучше всех разбираюсь в планировке ТЦ и в том, как себя нужно вести, чтобы не попасться. Свят же будет играть роль запасного и дополнительно следить за обстановкой на всякий случай. Ну и наконец оставлять кого-то одного — глупо. Если попадемся, то попадемся все. Если попадутся двое, и кто-то из них сдаст третьего — будет обидно. А если все пройдет гладко, то третий, получается, хапнет свою долю на халяву, и двум другим будет еще обиднее.

— Да, втроем. — Твердо ответил я. — Завтра утром я сгоняю на разведку и постараюсь заснять как можно больше всего, что нам пригодится.

***

В «родном» ТЦ я не был со своей последней смены. Ноги сами понесли меня к служебному входу, но я быстро одумался. С первого взгляда никаких изменений не было. Посты охраны стояли там же, где и были. Я кивнул Димычу — крепкому молчаливому мужику, который одним своим видом мог успокоить даже компанию горячих южных ребят, решивших поклеить девчонок на фудкорте. Еще двух охранников — в атриуме и у входа на парковку — я не знал. Странное дело: значит, почти весь отдел разогнали, а после — набирали новых? Оба новичка, впрочем, смотрелись серьезно.

Убив добрых два часа на неспешную прогулку по двум первым этажам, я завернул передохнуть в кофейню. Любимое место в отгороженном закутке оказалось свободно. Отхлебнув и отставив еще горячий кофе, я взял телефон и по-быстрому записал свои наблюдения.

Первое, что бросилось в глаза — камер видеонаблюдения почти не осталось. Раньше они покрывали чуть ли не всю площадь общих пространств. Сейчас — охватывали лишь входы, эскалаторы, атриум и фудкорт, да и то издали. Зато вместо них густо натыкали датчики движения.

Второе — манекены. Я точно помнил, что у каждого магазина они были свои. Для подростковых шмоток — более худые, ярких цветов. Для взрослой одежды — покрупнее, но все равно разные: где-то черные, где-то белые, где-то серые. За годы работы в охране я настолько свыкся с их молчаливым присутствием, что мог назвать магазин, просто взглянув сквозь витрину на стоящие там манекены.

А теперь такое мне бы не удалось. Все фигуры были абсолютно одинаковыми. Смяв стаканчик и выбросив его в урну, я решил приглядеться к манекенам повнимательнее. «Явно новье» — промелькнула первая мысль.

Манекен в любом магазине только издали выглядит аккуратно. Если же приглядеться — станет ясно, что он покрыт кучей мелких царапин из-за частых переодеваний: молнии и пуговицы оставляют их на пластике. Вдобавок остаются следы от грязных рук — липких, в остатках косметики, да и просто из-за пота и налипающей на него пыли. Тем более что эти фигуры были обтянуты тканью — а она собирает грязь намного быстрее.

Следующий звоночек прозвенел, когда я обходил манекен, который сидел на подиуме. Его голова, обращенная «лицом» ко входу, была слегка наклонена вперед. Сзади на шее, где начинается спина, у него красовались мелкие логотип и надпись. Притворившись, что фоткаю понравившийся мне свитер, я постарался захватить в камеру и затылок манекена — чтоб после приблизить и разглядеть.

И тут он повернулся. На какие-то считанные градусы, едва-едва. Если сперва увидеть манекен, после отвернуться, и снова посмотреть на него — разницу и не заметишь. Но я увидел само движение. И да, когда я вошел в магазин, голова была повернута строго ко входу. Теперь же она смотрела чуть влево.

— Бу! — В идеально подходящий момент мне на плечо опустилась чья-то рука, и я чуть не заорал на весь зал.

— Дианка! Ты хочешь со смены раньше уйти, потому что у вас в зале кто-то инфаркт словит, и «скорая» приедет?

Так вовремя меня напугала Диана — девушка, которая работала в этом магазине. Одна из немногих, с кем я продолжал общаться спустя несколько месяцев после увольнения. Она же иногда подкармливала меня, если мне доводилось дежурить возле ближайшего к ее магазину эскалатора. А я и рад: девушка отучилась на повара, проходила кучу кулинарных курсов, и просто любила готовить.

— Познакомился уже с нашим Виталей? — Невинно спросила она после обмена последними новостями.

Я скосил глаза на манекен.

— Ага, он самый! Мы его Виталей прозвали. В честь одного типа, что здесь с полгода назад работал. Да не напрягайся, ты ж не всех продаванов знаешь. Тем более что этот еле-еле месяц протянул до первой зэпэшки, и сбежал. А вот вел себя точно как эта пластмасска — встанет или сядет где-то обездвиженно, что крокодил в реке.

— Стремный ваш Виталя какой-то… — Буркнул я. — И чем старые манекены начальству не угодили?

— А хер его! — Пофигистически махнула рукой Дианка. — Их же по всему ТЦ заменили одним махом, аккурат после того, как охрану сократили. Говорят, целый отряд инженеров приезжал, и только по ночам работал. У-у-у-у!

Она выпучила глаза и помахала в воздухе руками. Однако быстро натянула обратно дежурную улыбку, хлопнула меня по плечу на прощанье, и заспешила куда-то вглубь зала — на зов клиентки. 

— И я был рад тебя видеть. — Уже в спину бросил ей я.

И только выходя из ТЦ я понял, что еще меня насторожило. Манекены не были закреплены. Ни платформы на полу, ни штыря, ни троса — я открыл фотку с Виталей, позумил ее, но ничего подходящего не нашел. Чертыхнувшись, вернулся обратно и заскочил в первый попавшийся магазин с манекенами. Пришлось сделать вид, что меня заинтересовали джинсы, которые были натянуты на одну из фигур.

Но догадка подтвердилась: обе стопы можно было спокойно подвигать. То есть манекен стоял сам по себе, ни к чему и ничем не прикрепленный.

***

— У-у-у… — Протянул Свят, бросив взгляд на мое фото с манекеном.

— Ага. — Согласился я.

Под краем воротника рубашки красовался логотип, который я не успел разглядеть вживую. Принадлежал он корпорации White Room. Все, что делали WR — делали круто. И если манекен под названием Aegis — а именно такая надпись красовалась на тыльной стороне шеи — был как-то связан с новой системой безопасности, то лезть ночью в такой ТЦ мне перехотелось.

— И че? — Недоуменно уставился на снимок Саня. — WR много чего выпускают, вплоть до жидкого мыла. Может, это просто манекен, без каких-то функций суперохранника?

— Ага, и начальство ТЦ в припадке благотворительности закупила такие в каждый магаз.

— Ну тогда не закупила, а выиграла где-то? Или какой-то олигарх сдуру подарил? Или даже сами WR — они же вечно что-то кому-то дарят! 

Я не стал отвечать и махнул рукой. Но глянув на Свята понял, что тот хочет больше верить Сане, чем мне. Поймав мой взгляд, тот уткнул глаза в пол и пробормотал:

— С Инкой говорили… Оставляет ребенка в любом случае. И я тоже понял, что не смогу… Ни ее бросить, ни на аборт отправить, если вдруг она передумает… Короче, Димон, деньги нужны по-любому мне. Манекены, не манекены — пох вообще сейчас…

— Ага, а если тебя поймают и на «семеру» уедешь — то-то Инка обрадуется! — Взорвался я. — Как раз к первому сентября своего ребенка и вернешься, отец года, бля!

Тот не ответил, но и глаз от пола не поднял. Притихший Саня хлопнул его по плечу. Мой запал так же резко иссяк: Свята стало жалко. Дурной он, конечно, и живет одним днем. Жил, по крайней мере, пока две полоски не увидал… 

Я бессильно вздохнул и сдался:

— Надеюсь, если нас поймают, то в разные камеры посадят. Иначе я вас, дебилов, сам удавлю.

***

План был настолько простой, что в случае нашей поимки мы наверняка получим какое-то обидное прозвище. В принципе, ничего нового мы к нему не добавили: ближе к вечеру прячемся в Икее, сразу после закрытия ломаем стенку, берем неприметную мелочь, и прячемся обратно в Икее. Конечно, внутри магазина были натыканы камеры. Но этот вопрос я решил, навернев по коридорам со шведской мебелью несколько кругов и найдя несколько слепых зон. Самое главное: нужная нам стена как раз оказалась в одной из них.

Сильнее всего меня тревожил этап отхода.

Утром в ювелирку придут сотрудники. Естественно, что они заглянут и в комнату, где хранятся приехавшие изделия. Даже если они не сразу заметят, что прибывшая партия уменьшилась — то дыру в стене вряд ли пропустят. То есть мы можем дождаться открытия, и уже на выходе нас и примут.

Решение было только одно: просить о помощи Инну.

На мое удивление девушка согласилась. Судя по опухшим глазам, осунувшемуся лицу и трясущимся рукам беременность шокировала ее куда сильнее, чем Свята. А судя по радости — как и Свят, она понимала, что проблема в первую очередь в деньгах.

Мою идею она сразу отвергла.

— Если я упаду в обморок или симулирую что-то подобное — как раз-таки первое, что сделают коллеги, это ломанутся в подсобку. У нас там же и аптечка. 

— А если какую-то аварию устроить? Ну, типа, сигарету зажечь под датчиком дыма? — Влез Саня. — Я такое в каком-то старом фильме видел, с Беном Аффлеком, кажется. 

— Не катит. — Отмел его вариант я. — Магазы открываются в 9, но сотрудники приходят раньше.

— В 8.45 мы уже на месте. — Вставила Инна.

— Во-во. То есть в ТЦ еще не будет покупателей, и мы, бегущие из Икеи, сразу привлечем внимание.

— Придумала! — Обрадованно подняла палец вверх Инна. — Замок в подсобке заедает. Месяц назад было такое, что Светка дверь не могла открыть, и Саныч не смог.

—И че? — Переглянувшись с нами, озвучил общее недоумение Саня.

— И ниче. Если замок еще раз не сработает, то мы снова будем мастера дожидаться. В прошлый раз почти два часа прождали. Мастер сразу сказал, что цилиндр менять надо, но Саныч не захотел: говорит, он какой-то дорогущий и хитрый.

— Заклинить замок? — Сразу додумался Саня.

— Да. Сможете?

— Ну-у… Не со всеми цилиндрами прокатит, да и вообще я ж не мастер по дверным замкам. Но на месте можно что-то придумать. Накрайняк ручку заблокируем, это точно получится. Ключ задвинет ригель в замок, но язычок останется. Короче, дверь дамы открыть не смогут.

Внезапно Инна расхохоталась:

— А ведь мы зря огород городим! К стене, которая с Икеей граничит, у нас придвинут диван. Если ломиться на уровне от пола и до пояса, не выше, то в него упретесь. Но он мелкий и легкий. Главное — после за собой задвинуть, и спинка закроет дыру.

После ее слов на смену напряжению и нарастающей пришла эйфория. Теперь всем казалось, что все выгорит.

***

— Уважаемые посетители, магазин IKEA закрывается через пятнадцать минут. Пожалуйста, завершите покупки и проследуйте к кассам. Благодарим вас за посещение и желаем доброго вечера.

Свят ткнул меня локтем:

— Хорошо, что антидепрами зарядились. Иначе я бы щас прямо здесь в обморок упал.

Идею с переодеваниями я придумал в самый последний момент. Теперь из трех молодых мужчин обычной внешности мы перевоплотились в даму средних лет с черным каре и в очках, офисного клерка с ноутбучным рюкзаком, и модного хипстера в мешковатой одежде и с большими наушниками. В ноутбучный рюкзак мы запихали реноватор, а Саня добавил еще каких-то инструментов. Под мешковатую одежду хипстера — собственно, это был уже мой образ — я надел еще несколько кофт, чтобы казаться толстым. Конечно, я не был уверен, что нехитрая маскировка так уж сильно поможет. Но по крайней мере мы нашли чем себя занять в последний вечер, когда нервы уже начинали сдавать, и появились предательские мысли отказаться.

— Александра, вы сегодня так восхитительно выглядите, что если бы не загруженный график, я бы вас куда-то пригласил. — Промурлыкал Свят-клерк.

— Молодой человек, вас, вообще-то, беременная избранница дома дожидается! — Шикнул на него я. Самому Сане говорить не стоило. Если забудется, выйдет из образа и заговорит своим басом — проходящие мимо точно запомнят.

— Расход по позициям, пацаны! — Отдал финальную команду я. Еще несколько минут — и пути назад уже не будет.

В Икею и вообще в ТЦ мы, естественно, пришли отдельно и в разное время. Но случайно пересеклись сразу втроем в просторной кухне, и сделали вид, что каждому вдруг стало интересно наполнение шкафов.

Я оглянулся.

В конце длинного прохода мелькнула форменная рубашка. Сотрудница прошла мимо, не глянув в мою сторону, и свернула в подсобку. Я коротко выдохнул, еще раз оглянулся, и чуть ли не запрыгнул в широкий низкий шкаф.

Потянулись долгие минуты ожидания. Телефоны, естественно, остались дома: не хватало еще привлечь внимание светом от экрана, или еще лучше — выронить гаджет. Поэтому минуты на фитнес-браслете таймер отсчитывал ужасно медленно.

Ждать решили еще час после закрытия. Я точно знал, что около получаса в Икее оставались люди: старший менеджер, как минимум один кассир и пара сотрудников, которым выпала очередь делать обход всех зон. Плюс персонал оставался и в других магазинах, так что кто-то мог увидеть нас, вылезающих из своих укрытий, просто через стекло. Как оказалось, так мы сделали не зря: спустя пять минут после закрытия мимо моего шкафа быстро прошла девушка, обсуждающая по телефону предстоящий поздний ужин с каким-то Пашкой.

Наконец шаги, голоса и звуки передвигаемой мебели. А еще через семнадцать минут трекер на руке наконец слабо завибрировал: пора!

Руки дрожали — когда я выбирался из шкафа, то готов был в первую же секунду услышать, как испуганно кричит припозднившийся сотрудник. Однако темная Икея все-таки оказалась пустой. Чертыхаясь про себя, я потянулся: и ноги, и спина, и плечи покалывало отпускающее онемение.

Слева зашелестела одежда, и в дверной проем заглянул Саня:

— Димон, ты тут? — Прошипел он. — Коленом ударился, пока из-за дивана выбирался! 

— Тут-тут. — Я махнул рукой. Света в Икее хватало — он проникал через остекление из коридора ТЦ.

Дождавшись Свята, который прятался за свисающими до пола тяжелыми шторами, мы без промедлений двинулись к цели. Нужный нам шкаф, скрывающий перегородку, оказался прикручен к ней же. Ситуацию спас Саня — в его рюкзаке оказалась отвертка с трещоткой. Крепежи нашли и выкрутили, потеряв не больше пяти минут. Куда дольше двигали сам шкаф. И хорошо, что отправились все трое — вдвоем можно было и надорваться.

— Вроде ширпотреб, а тяжеленный! — Недовольно пропыхтел Саня.

— Дык почти три на три метра, хули ты хотел! — Отдуваясь, ответил я. — Херово, что задняя стенка толстая. Так ее бы тоже распилили.

В безлюдном зале звук реноватора оказался ужасно громким, поэтому Саня сбросил скорость до минимальной. Но даже так мне казалось, что нас слышно даже на подземной парковке. К счастью, насадка проходила через гипсокартон, как горячий нож сквозь масло. Сперва Саня выпилил квадрат размером около полметра на полметра с нашей стороны, потратил еще несколько минут на стенку уже на стороне ювелирки — и вуаля.

— Готово, принимай! — Глухо донеслось из-за шкафа. Жужжание реноватора смолкло, и Саня выдвинул второй выпиленный квадрат.

Вырезанные куски мы складывали за ту же штору, где прятался Свят, и после тщательно замели осыпавшуюся пыль — благо, в углу нашлись совок и веник.

Саня выбрался из щели между шкафом и стеной, открыл рюкзак и начал запихивать туда реноватор. Пока он возился, я решил выглянуть из нашего закутка и убедиться, что пыли не осталось. Напоследок бросил взгляд на остекление, и нахмурился.

В магазине женской одежды, напротив Икеи, у двери стоял манекен. Делать там ему было нечего: он замер точно перед входом. Если бы я сейчас решил войти в магазин — то толкнул бы фигуру дверной створкой. Причем манекен стоял по струнке, поставив ладони на стекло. В такой позе женские платья — а облачен он был в легкомысленный летний сарафан по колено — точно не показывают…

— Че за дичь… - Пробормотал я.

— Ты тут решил остаться? — Из-за спины прошипел Саня. — Мы готовы!

Наверное, свое дело сделали успокоительные — иначе я бы точно не выбросил из головы странный манекен так легко.

***

Перегородка между помещениями оказалась намного толще, чем я предполагал. Мне думалось, что она в толщину сантиметров двадцать. Но, видимо, здесь решили сделать какую-то техническую линию. Поэтому внутри перегородки между Икеей и ювелиркой можно было протиснуться боком. И хорошо, что пустоту не стали закладывать, а просто заполнили утеплителем, иначе весь наш план провалился бы.

Диван в подсобке сдвинулся легко. Последним в ювелирку вполз Свят. Саня, забравшийся первым, уже включил фонарь — окон здесь не было. Камер, кстати, на удивление тоже. Как сказала Инна — и сотрудницы, и их предыдущая начальница здесь переодевались.

В небольшой комнатушке со сдвинутым к центру диваном втроем было тесновато: все стены от пола до потолка занимали шкафы. Я сглотнул: это сколько ж тут добра-то? Хорошо еще, что все закрыто, по-быстрому не взломаешь — иначе мы могли бы соблазниться взять сверх запланированного.

Цель нашего визита — аккуратно сложенные коробки — ждала у дальней стены, на стеллаже. Часть коробок были бархатными, остальные — картонными. Видать, те, что подешевле.

— Берем рандомные, но не самые верхние. — Прошептал я. — И смотрите аккуратно, чтоб не завалили стопку, иначе до утра собирать будем.

В первой же коробке оказались кольца — сразу десять штук, одинаковых. Я подцепил пальцем три с краю, обернул их в пупырчатую пленку, и скинул в рюкзак. Саня закинул еще один сверток, с тонкими цепочками. И еще, и еще, и еще…

— Все, харе. — С трудом решил остановиться я спустя пару минут.

Весы показали привес в 571 грамм.

— Перебор! — Прошипел Свят.

— Не раскладывать же треть обратно? — Разумно возразил Саня. — Какая вообще разница, четыре сотни грамм брать, или шесть?

— Забейте, и так сойдет. — Согласился я. — Складываем аккуратно коробки на место, и погнали обратно.

— Эх, здесь бы покопаться… — Мечтательно протянул Свят, кинув жадный взгляд на ряды закрытых шкафов.

— Покопаться-то несложно. А куда ты потом все это добро денешь? Ту мелочевку, что в рюкзаке, мы хоть сумеем понемногу скидывать. А все более-менее приметное хер кто купит после новостей про то, как ювелирку обнесли. Еще тебя же и сдадут!

На все про все, включая возню Сани с замком, у нас ушло не больше десяти минут. Стеллаж после выглядел так же, как будто к нему и не подходили. И супер — чуть больше времени выигрываем.

Первым в дыру полез Свят. Фонарь пришлось выключить: свет через лаз уже мог попасть и в Икею.

— Какого… — Протянул я, выбравшись последним и выглянув в общий коридор Икеи.

Прямо у стеклянной двери стояли два манекена.

***

— Че там? — Подскочил Свят. Видать, даже в полумраке выражение моего лица заставило подельников напрячься.

Он сунулся было к проему, но я дернул его обратно. Со Свята станется просто выломиться в коридор, или не сдержаться и заорать. Хотя последнее, походу, уже и не страшно. .

— Манекены там, бля. Прямо у дверей. — Едва слышно прошептал я.

Саню отдергивать от проема я не стал, дав ему аккуратно выглянуть. Решит еще, что меня от успокоительных галюны посетили. 

— Сука! — Выдохнул он одним звуком. — Все трое как будто на меня смотрели!

— Как трое? — Опешил я. — Только что двое было!

Если бы не успокоительные — я бы, наверное, упал в обморок там же. Потому что когда я выглянул во второй раз, то увидел три фигуры. И еще одну, которая подходила слева. В ней я узнал Виталю из Дианкиного магазина.

—Приехали… 

Свят, выпучив глаза, переводил взгляд с меня на Саню.

— Че там? А? А?

— Хер его знает, братан… — Ошарашенно пробормотал Санек. — Походу манекены ожили и приперлись нас ловить.

— Ага, причем их уже четверо. Четвертый на моих глазах шагал.

Мозг кипел — таблетки, стресс и адреналин заставляли мысли метаться. В ушах застучало, и я задышал медленно и глубоко, пытаясь взять себя в руки. Свят рядом сполз по стене на пол. Саня присел на корточки перед ним, и что-то яростно зашептал, не давая запаниковать.

Щелк! Ш-ш-ш-ш… Резиновый уплотнитель, наклеенный на нижнюю часть двери, протяжно шаркнул по полу.

Затем послышались шаги. Тихие, но уверенные. И не медленные. Отскочив от Свята, Саня еще раз выглянул наружу, и резко дернулся ко мне:

— Димон, дверь открыта, этих тварей не видно. Думать некогда, вариков нет. Надо ломиться из Икеи, и после наружу.

Я прикинул: мы были на первом этаже, очень близко к выходу. Слева только зоомагазин и кофейня. Но даже если забить на камеры и датчики, то просто так входную дверь не выбьешь: она хоть и стеклянная, но прочная. Впрочем, эта проблема сразу отпала: на глаза попалась тяжелая металлическая этажерка — вытянутый вверх прямоугольник с парой полок. Если углом садануть, стекло не выдержит.

Дернув вверх окончательно расклеившегося Свята, я коротко обрисовал план. Вдвоем с Саней мы схватили этажерку — тяжелая, зараза!

Свят, почуявший скорое освобождение, взвизгнул и ломанулся к выходу первым. Однако уйти нам не дали. Тусклый свет перекрыла фигура. Манекен не спешил: он встал в проем и подался вперед, словно заглядывая. Поведя безлицей головой, фигура шагнула вперед.

Смысла в осторожности не осталось. К счастью, Саня как будто прочитал мои мысли. Едва я кинул на него взгляд, он встал рядом. Вдвоем мы коротко качнули этажерку назад, разгоняя, и впечатали ее в грудь твари. Что-то хрустнуло, и фигуру откинуло наружу.

— Погнали! — Заорал Саня и выскочил в коридор.

Сразу что-то загрохотало: видать, в полумраке Саня свалил какую-то мебель.

Мне помешало то, что я отвлекся на Свята — тот впал в прострацию, попятился и уперся спиной в шкаф, из которого мы вылезли минут десять назад. Я окликнул его — ноль реакции. Пришлось хватать за руку и тянуть. Но проем снова заслонили. Только этот манекен ждать не стал: сунув голову внутрь, он расставил руки и попер в нашу сторону.

И тут Свят не выдержал. Истошно заорав, он вырвался, кинулся к шкафу, и полез в прорезанный лаз — в ювелирку. Думать было некогда: манекену оставалось несколько шагов. Поэтому я, поддавшись панике, ломанулся за приятелем.

Однако у того, похоже, окончательно съехала крыша. Упав на четвереньки я увидел, как конец лаза темнеет слева направо. Этот дегенерат от страха задвинул диван, заперев меня в Икее! Сзади глухо стукнуло: манекен, похоже, тоже опустился на колени. Поэтому недолго думая я повернул налево — в пустоту перегородки.

***

Пространство оказалось чистым и неожиданно просторным. Поворачивал я без раздумий, поддавшись панике: лишь бы куда — но чтоб подальше от манекена. Несколько шагов я сделал боком, а после «коридор» внезапно повернул влево, как бы огибая ювелирку, и расширился настолько, что по нему можно было идти не плечом вперед.

Спустя несколько шагов я додумался остановиться и прислушался. Странно, но шагов преследователей не было слышно. Но где-то слева приглушенно что-то бормотал Свят. Слов было не разобрать, но это явно был он. После голос затих, но послышались звуки двигаемой мебели, а затем крик.

Зажав рот рукой, чтоб и самому не заорать от страха, я заспешил вперед — тихо, но быстро. Если манекен тупой, то он мог просто не понять, куда делась его добыча.

Поворот направо, метров пять снова в тесноте. Затем снова широкий проход, по которому пришлось идти пригнувшись: на уровне груди густо шли витки кабелей. Снова поворот, теперь налево, и опять узкий лаз.

Я тормознул, протер рукавом лицо от налипшей паутины и прислушался еще раз. Тихо, теперь даже Свята не слышно.

«А в какой он вообще стороне остался?» — промелькнула мысль. Количество поворотов вспомнить не удалось. То ли три, то ли четыре. А может, и пять… Самое плохое, что я понял сейчас: возможно, повороты могли быть не Г-образными, а развилками. И я просто пер наугад, поворачивая туда, где нащупывал пустоту. Если так — дело очень плохо: как найти путь назад? Или вообще хоть куда-то, где можно будет выбраться?

Паника подступала обратно, только теперь не острая, оглушающая, а наоборот: давящая. Где я? В какую сторону выход? Что делать, если я выберусь в закрытом магазине?

Ощупав стены я добавил к списку вопросов еще один: а как вообще отсюда выбираться?

Справа и слева был не гипсокартон. Слева — кирпич: я почувствовал швы. Справа — что-то цельное и грубое, скорее всего, бетон.

«Ебать, ебать, ебать, ебать…» — застучало в голове. Ситуация — хуже не придумаешь. Назад идти стремно: вряд ли за десяток-другой минут манекены разбежались. Поэтому кое-как успокоившись, я все-таки двинулся дальше, теперь ощупывая стены слева и справа.

И буквально через пару шагов справа нащупал ручку. Обычную, дверную. Едва сдержав радостный клич — давно ли убежал от манекена? — я осторожно нажал.

***

В приоткрытую щель заструился слабый, но все-таки свет. Я осторожно выглянул: пусто. Снаружи виднелся коридор торгового центра, но сколько я ни напрягал память — вспомнить этот участок так и не смог. Еще больше смутило, что освещен он был едва-едва. Мне была видна только одна вывеска, но надпись на ней — Level 33 — ни о чем не говорила.

«Возможно, какой-то перекрытый участок, где идет ремонт» — пришла в голову вполне логичная идея.

Самое главное, что сейчас было важно: манекенов ни в одной витрине не наблюдалось.

— Вряд ли технический лабиринт выведет меня наружу… — Уже вслух прошептал я, и осторожно вышел в молл.

Коридор тянулся в обе стороны. Потолок был высоким, но глухим, верхнего этажа отсюда не видать. Нижнего, кстати, тоже. Освещение было настолько тусклым, что левый конец коридора вообще терялся в темноте. Бросив взгляд в ту сторону, я твердо решил, что туда пойду только в крайнем случае. Например, если снова придется сбегать от оживших манекенов.

К счастью, справа светилась белым инфопанель. Идеально! Сейчас поймем, где мы очутились, и куда двигаться.

Звоночек в голове тренькнул, когда я подошел ближе.

На верхней части панели красовалась уже виденная надпись: Level 33. Ни логотипа нашего ТЦ, ни фирменной расцветки стенда. Ну да ладно — все-таки я уволился не вчера, и инфопанели могли заменить.

Зато не могли изменить планировку и размеры молла.

«Вы» — желтый треугольник, указывавший на мое местоположение — красовался в центре извилистых белых линий — коридоров. Линии густо переплетались, ветвились, соединялись, разрастались в площади разной формы. Кое-где я увидел пиктограммы эскалаторов и лифтов с указателями других этажей. Но почему-то соседних 32 и 34 не было — зато нашлись 35-ый, 4-ый, 14-ый, 2-ой… 

План казался бесконечным. Я потянул пальцами, уменьшая масштаб. Линий-коридоров и площадей становилось больше, больше, больше… Но краев не было.

— Бред какой-то. — Уже не сдерживаясь в полный голос произнес я, чтобы хоть как-то разрядиться.

Зря. Лязгнув, роллеты ближайшего магазина поползли вверх. Затем еще у одного, чуть дальше по коридору. И еще — прямо напротив стенда, в десяти метрах. И под плавно ползущими металлическими пластинами оказался манекен. Он не спешил и сделал первый шаг, только когда роллеты остановились, полностью сложившись.

Почти одновременно из других магазинов показались другие твари. Оказываясь снаружи, они поворачивались ко мне. Три, пять, восемь… В коридоре, из которого я пришел, манекены вышли, кажется, из каждого магазина — судя по нарастающему лязгу.

Когда первый из манекенов шагнул в мою сторону — я побежал.

Справа и слева слышался все тот же лязг. Но впереди, примерно через десяток помещений, виднелся эскалатор.

Ступить на него, впрочем, мне не довелось. Я выскочил из коридора и оглянулся. Света здесь было чуть больше, поэтому в полумраке позади меня манекены виднелись темными силуэтами. Ближайший был близко, но двигался еле-еле — даже если идти быстрым шагом, то не догонит.

Ситуацию это не спасало. На эскалаторах, ведущих вверх и вниз, стояли эти же твари. Они же виднелись и в трех других коридорах. Бежать было некуда.

Кроме… В стене слева я заметил три круглых отверстия. Левое было обведено синим, и над ним красовался черный смайлик. Правое — зеленое, с надписью Exit. Центральное — желтое, с несколькими вопросительными знаками. Радостно заорав, я прыгнул в центральное.

***

Инну тошнило.

Нет, до токсикоза было еще очень далеко. Тошнило от стресса: девушка переживала за Свята, который сейчас должен был так же нервничать где-то в дебрях Икеи.

Подсознательно она была готова увидеть у ТЦ полицейские машины и журналистов, спешащих снять сюжет про неудавшееся ограбление ювелирки. Но нет — ни у входа, ни внутри, у стойки администратора, ничего необычного не наблюдалось.

«Возьми себя в руки! А то коллеги потом скажут, что пришла на работу на нервяках!» — пронеслось в голове. Самосовет слабо, но помог.

— Кто эту хрень на Виталю нахлобучил? — Донесся слева возмущенный женский голос. — Снимайте давайте!

Инна повернула голову и увидела, как молодая девчонка стягивает с головы манекена парик — черное каре. Видать, кто-то из покупателей пошутил.

Ее магазин уже открыли — Светка пришла на несколько минут раньше. Перекинувшись с коллегой дежурными «добрыми утрами», Инна занялась своей утренней рутиной: включила подсветку витрин, тыкнула кнопку включения на ноуте, поправила повернутый стенд с логотипом одного из производителей. Привычный ритуал мгновенно отвлек, поэтому раздосадованный возглас Светки почти испугал:

— Опять замок дебильный заело!

Костеря замок, мастера, который его в прошлый раз «чинил», и уже тише Саныча, Светка пыталась открыть подсобку. Сердце Инны пропустило удар, а после застучало: значит, ребята были внутри! Значит, получилось!

Но тут изнутри глухо бухнуло. Раз, другой, третий — да так, что толстое полотно вздрогнуло.

Заорав, Светка побежала наружу.

Посетителей в ТЦ не было, до открытия оставалось минут двадцать. Но вокруг быстро стало людно. Высыпали из соседних помещений заинтересованные работники, примчались удивленные охранники, прибежала администратор.

Наскоро посовещавшись с кем-то вышестоящим и получив добро на активные действия, один из охранников скинул пиджак, и несколькими ударами выбил дверь.

Прежде чем потерять сознание, Инна успела заглянуть внутрь. В подсобке оказался Свят. Полностью поседевший, он мелко тряс головой и не сводил взгляда с дивана, даже когда его вытаскивали подоспевшие полицейские. Как после рассказал девушке следователь — парень бесповоротно сошел с ума.

***