Вспомнился рассказ, вроде бы П. Бормора, про кафе, где можно поесть, соблюдая религиозные ограничения.
Соответственно, процесс питания выглядит так - приходит какой-нибудь еврей-ортодокс, делает заказ, и спрашивает у владельца кафе (который лично приносит еду) - действительно ли при приготовлении еды соблюдались все религиозные предписания. Хозяин отвечает - нет. Ну, тогда я не буду это есть - заявляет посетитель. Хозяин достаёт дробовик, наставляет на посетителя - ну, тогда я тебя пристрелю. Посетитель картинно вздыхает и принимается за еду.
Фишка в том, что и у евреев, и у мусульман, и у христиан есть правило - если от еды зависит жизнь, то можно есть что угодно.
Журналист, который решил взять у хозяина интервью, хватается за голову, и говорит - так к вам же никто не будет ходить! Хозяин - да нет, постоянно ходят. Во-первых, дешевле, чем в других местах, где действительно всё выполняется по правилам. Во-вторых, так они могут попробовать запретные для себя блюда.
Вспомнился рассказ, вроде бы П. Бормора, про кафе, где можно поесть, соблюдая религиозные ограничения.
Соответственно, процесс питания выглядит так - приходит какой-нибудь еврей-ортодокс, делает заказ, и спрашивает у владельца кафе (который лично приносит еду) - действительно ли при приготовлении еды соблюдались все религиозные предписания. Хозяин отвечает - нет. Ну, тогда я не буду это есть - заявляет посетитель. Хозяин достаёт дробовик, наставляет на посетителя - ну, тогда я тебя пристрелю. Посетитель картинно вздыхает и принимается за еду.
Фишка в том, что и у евреев, и у мусульман, и у христиан есть правило - если от еды зависит жизнь, то можно есть что угодно.
Журналист, который решил взять у хозяина интервью, хватается за голову, и говорит - так к вам же никто не будет ходить! Хозяин - да нет, постоянно ходят. Во-первых, дешевле, чем в других местах, где действительно всё выполняется по правилам. Во-вторых, так они могут попробовать запретные для себя блюда.