Пилот Шатариков ч.5⁠⁠

Предыдущие части:

Пилот Шатариков

Пилот Шатариков ч.2

Пилот Шатариков ч.3

Пилот Шатариков ч.4

– Шатариков, ты спортом каким-нибудь занимался? – спросила Лола.

– Фехтованием. В детстве.

– Слушай меня внимательно. Если тебе дорога жизнь – никому не говори об этом, и держись подальше от любого спорта!

– Да это то тут причем? И куда мы опять влипли?

– Есть одна древняя раса, с весьма необычным хобби. Находят дикую планету, объявляют себя богами, и давай агитировать за здоровый образ жизни. А через пару поколений – там уже сплошные спортсмены.

– Звучит не очень страшно, – выдохнул Яша. Паника, которой его заразила Лола, стала потихоньку отступать.

– Ну если ты не против метания копий или дисков в противника – тогда да.

– Так же и покалечить могут! – возмутился Яша.

– Естественно. В этом и смысл спорта. Ты бы стал смотреть соревнования, где все участники, например, бегут, а на финише их столько же, и с таким же количеством конечностей?

Тариков подумал, что на Земле существенно отстают от галактических тенденций.

– При чем здесь тогда здоровый образ жизни? – удивился он.

– Нужно быть всесторонне и гармонично развитым, чтобы выжить в состязании с другим гармонично развитым.

– Логично, – согласился Яша. – А может быть, тогда лучше просто не участвовать?

– Шатариков, в твоём обществе принято ходить без штанов?

– Я понял, – ответил Яша, уловивший суть аналогии, – Без спорта ты никто. И мы летим на такую планету?

– Хуже. Это рай для чемпионов.

– Как это?

– Шатариков, молчи и слушай! Сюда попадают великие победители, что поразили самих богов! Сарказм, если что. Атлеты здесь на положении аристократов, а все остальные – чернь. Твоя задача – ни во что не вляпаться, пока я не придумаю, как нам выбраться. Улыбайся, кивай, восхищайся чемпионами, если нет другого выхода. Усёк?

– Эй, – заподозрил неладное Яша. – Ты что, меня высадишь?

– Тут моего мнения, как бы, не спрашивают. Так что забейся под камень, и сиди тихо.

Корабль тряхнуло, на мгновение стало темно, и Тариков очутился то ли в храме, то ли в доме культуры. Его окружали белоснежные мраморные колонны, подпирающие высокий потолок, в центре стояла огромная статуя, а по периметру скульптуры поменьше. Яша материализовался возле двух каменных фигур, застывших в драке. Трёхметровый амбал как раз наносил сокрушительный удар одной из своих четырех рук стоящей на задних лапах ящерице. Рептилия, пропустившая хук в челюсть, замерла в неподвижности ровно за секунду до того, как свалиться на землю.

Чуть дальше стояли кентавры-лучники, а напротив них собрат, с занесенным для броска топором.

Все помещение было уставлено скульптурными группами, а стены расписаны красочными фресками с разнообразными сюжетами. Кто-то кого-то догонял, бил руками, лапами, мечом или подручными предметами, или же готовился метнуть дальнобойное оружие.

Яша подошёл к центральной статуе, и задрал голову, пытаясь рассмотреть уходящую ввысь фигуру. На первый взгляд, она походила на человеческую, но чересчур мощный торс, длинные руки, и несколько приплюснутая голова, не позволяли сделать однозначный вывод.

Вдоволь насмотревшись на чудеса античного искусства, Тариков решил, что пора искать место, где можно тихо отсидеться. Он толкнул тяжёлую дверь, и зажмурился от яркого солнца. В лицо пахнул лёгкий бриз, и Яша с удовольствием вдохнул полной грудью морской воздух, смешанный с запахом можжевельника и хвои.

Он стоял и наслаждался летним теплом и шумом моря, подумывая не поселиться ли прямо здесь. Пока что планета ему нравилась.

– Молодой человек, вы меня задерживаете, – раздался слегка раздраженный голос.

От неожиданности, Яша отпрыгнул в сторону и обернулся назад, ожидая увидеть скопившуюся за ним очередь, но позади никого не было.

– Я внизу, молодой человек. Будьте так любезны подойти.

Яша, наконец, понял, что стоит на небольшой площадке, а десятью ступеньками ниже находится будка, из которой на него уставились две змеиные головы. Точнее, наблюдала за ним одна. Вторая сосредоточенно решала кроссворд.

– Мне и отсюда хорошо вас слышно, – ответил он осторожно отступая назад.

Несмотря на мультяшный вид этих удавов, особую комичность которым придавали короткие ручки и милый оранжевый окрас, Яша чувствовал бы себя несколько спокойнее, будь у него в руках, хотя бы, палка. Но, к сожалению, место перед храмом было идеально убрано.

– Ну как хотите.

Первая змея нацепила старомодные очки, достала пачку листов, и начала с них читать:

– Согласно договору о похищениях существ уровня не выше Е2, вам надлежит немедленно подать ходатайство о добровольном вступлении в гражданство планеты Олимп. Документы я уже заполнил, вам остается лишь подписать.

– А если я не хочу?

– Тогда придется вас депортировать.

– Какая жалость! – обрадовался Яша. – Ну я пошел. Не подскажете, где мой корабль?

– О, об этом не беспокойтесь. Ваш прах будет доставлен за пределы орбиты за государственный счёт.

– Почему прах? – не понял пилот.

– Для уменьшения веса. Космические полеты, знаете ли, недешевое удовольствие.

– Но у меня же есть корабль! Я могу депортироваться без ущерба для бюджета!

– Ваше средство передвижения изъято до момента погашения затрат на транспортировку.

– Хорошенькое дело! – возмутился Яша. – Меня похищают, и я сам же должен за это ещё и платить!

– Можно подумать, что это мы вас заставили покинуть родную планету, – обиделся удав.

– А это тут при чем?

– Ну вы же планировали куда-то попасть? И не факт, что не нарушили бы правил въезда. Мы, можно сказать, нанесли превентивный контрудар, доказав, что закон для вас пустой звук, что подтверждает сам факт вашего пребывания здесь безо всяких разрешительных документов.

Яша переваривал услышанное. Если брать каждый пункт по отдельности, то возразить, вроде бы, и нечего.

Второй змей отложил карандаш, вытащил пистолет с широким плоским дулом и спросил:

– Выбираете депортацию?

– Давайте ваше гражданство, – поспешно сказал Яша.

– Ходатайство, – строго поправил первый, и протянул Тарикову бумагу и ручку.

Яша не глядя расписался, и вернул документы удаву. Он передал их товарищу, и тот, отложив пистолет, поставил печать.

– Поздравляю! – торжественно сказал первый удав. – Отныне вы гражданин второго сорта.

– Это как? – мрачно поинтересовался Яша.

– Вы имеете право заниматься общественно-полезной работой и пользоваться такими восполнимыми ресурсами как вода и воздух.

Окошко будки перед ним закрылось, а секунду спустя из нее выбрался удав. Обе головы оказались прикреплены на одном теле: одна спереди, другая сзади.

– Хорошего дня, – пожелала та, что в очках. – И поспешите зарегистрироваться по месту проживания.

Насвистывая, змей заковылял прочь на четырех лапах. Задняя голова все так же сосредоточенно решала кроссворд.

– Эй, подождите, – окликнул удава Яша, но тот уже не слышал, или же потерял интерес к человеку.

Тариков подумал, что нужно посоветоваться с Лолой, но браслет на руке не реагировал на вызовы.

Поняв, что ему не остается ничего другого, Яша отправился вниз по тропинке, вьющейся сквозь невысокую, редкую траву. Со скалистого утеса открывался великолепный вид на море, которое выглядело все соблазнительнее с каждой минутой. За то время, пока Яша общался с удавом, солнце стало ощутимо припекать. Немногочисленные кипарисы вдоль дорожки почти не давали тени, а деревья с более богатой кроной располагались сильно в стороне. У Тарикова возникло желание переждать солнцепек в тени небольшой рощи оливковых деревьев, но он опасался, что это могут расценить как уклонение от регистрации.

Поэтому Яша шагал вперед, справедливо полагая, что рано или поздно единственная дорога его куда-нибудь да приведет.

Настроение было паршивым, а бедность окружающего пейзажа его только усугубляла. Голые скалы с редкой травой и микроскопическими зелеными оазисами говорили о том, что с “восполнимыми ресурсами” вроде пищи, здесь могут быть проблемы. Скот на таких пастбищах не прокормишь, а оливками не наешься, если их вообще можно есть.

Тропинка нырнула в расщелину, круто вывернула, Яша сделал пару шагов, и остановился, разинув рот. Он стоял на широком карнизе над морем, а впереди на склоне горы раскинулся белый город. По большей части одноэтажные дома, вырубленные в камне или сложенные из известняка, жались друг к другу, образовывая сплошные белоснежные стены. Секунду спустя, Тариков разглядел лестницы, что поднимались снизу доверху, причудливо огибая здания, и соединяя уровень за уровнем. Казалось, дома строились безо всякого плана: прямоугольники с арками, куполообразными крышами, балконами, стояли вплотную, а выше на склоне следующие, словно выросшие из нижних, а над ним еще и еще, и сам город словно парил над бирюзовым морем.

Вдоволь налюбовавшись чудесным видом, Яша вспомнил, как здесь оказался, и настроение снова испортилось.

Спустя полчаса, он добрался до нижнего яруса города, что висел в паре десятков метров над морем, и оказался перед белоснежной лестницей. Другой дороги не было, и Тариков стал подниматься по ступеням. Узкий проход, где с трудом могли бы разминуться два человека, петлял между стенами, которые давали тень, и Яша, наконец, смог спрятаться от солнца.

Через сотню шагов он выбрался на большую площадку с двумя скамейками и деревом, с которой вели уже две лестницы.

– Иди по ближней – она ведёт в миграционный центр.

Яша повернулся на голос, и увидел вмурованную в скалу клетку. В ней стояла и с интересом смотрела на Яшу шестиногая птица ростом с человека. Острый клюв внушал некоторые опасения, но большая голова и длинная шея делали ее похожей на утку. Тариков решил, что даже если это и хищник, то прутья решетки выглядят вполне надежными, и счёл возможным вступить в диалог:

– А есть другие варианты? Такие, где не садят в клетку?

– Хам, – обиделась птица. – Я, между прочим, существо уровня В7. И ограничение свободы – мой собственный, осознанный выбор. Всякий труд, что позволяет закрыть ипотеку, не позорен, а платят зоологическому образцу здесь гораздо лучше, чем библиотекарю дома.

– Так вы же разумный, – удивился Тариков. – Как же вас напоказ выставлять?

– Иногда безопаснее сидеть за решеткой, чем взаимодействовать с социумом, – глубокомысленно заметила птица.

Яша не стал комментировать эту мысль, и попытался расспросить здешнего обитателя.

– Не подскажете, как можно отсюда выбраться, не считая депортации?

– Проще простого. Отрабатываешь контракт – и гуляй на все четыре стороны.

– Кажется, это не мой вариант.

– А, ну да. Ты же уже гражданин?

Яша кивнул, и спохватившись, что птица может не понять, продублировал голосом:

– Да.

– Тогда хуже. Либо накопить денег, и покрыть расходы за транспортировку, либо выиграть пари.

– Пари?

– Угу. Здесь любят соревнования, и охотно делают ставки.

– Я не очень разбираюсь в спорте, – расстроился Яша.

– Ну ещё за выдающиеся достижения отпустить могут. Правда заслуги признают, в основном, спортивного характера.

Прикинув свои шансы, Яша спросил:

– А можно мне с вами посидеть?

Подождать в клетке, пока Лола что-нибудь придумает, казалось не самым плохим вариантом.

– Это вряд ли. Город антропоморфный, так что на тебя местным смотреть будет не интересно. Иди в администрацию – там тебе предложат варианты. И вообще. Тебе пора зарегистрироваться, а у меня время сна.

Поняв, что другого выбора нет, Яша попрощался, и поднялся по ближней лестнице.

Она закончилась круглым пятачком размером с половину футбольного поля, и Тариков замер на краю, с удивлением разглядывая площадь.

Фонтан, брусчатка, скамейки – все сияло ослепительной белизной. Но больше всего его поразили жители города. Кузнечики, горгульи, сатиры – кого здесь только не было. Попади он сюда непосредственно с Земли, вне всякого сомнения, Яша бы испытал культурный шок. Но сейчас он быстро справился с удивлением. У всех есть голова, туловище, и парное количество конечностей. Ну а крылья, копыта или клыки, право же, такие мелочи, на которые и не стоит обращать внимания.

Тариков, стараясь держаться подальше от местных, торгующихся у лотков с фруктами, сидящих на траве или чинно беседующих, опершись о стены, прошмыгнул на другую сторону. Здесь находилось здание несколько больше остальных, со входом, украшенным колоннами. Яша совершенно не удивился, обнаружив внутри сидящую за столом двуглавую змею.

– Ну-с, с чем пожаловали? – без интереса спросила одна голова.

В отличии от первого удава, этот был несколько больше и коричневого окраса.

– Я только что получил гражданство…

– Понятно, – перебил змей – каким видом спорта занимаетесь?

Вспомнив наставления Лолы, Яша уверенно сказал:

– Спортом не занимаюсь, веду сидячий образ жизни.

– Это очень плохо для здоровья, – с осуждением сказал удав.

“Можно подумать, получить копьем в глаз намного полезнее”, – подумал Тариков.

– Ладно, каким видом спорта хотели бы заниматься?

– Не уверен, что вообще планирую участвовать в данном роде деятельности.

Змей достал картонную карточку, задумчиво покрутил ее в руках, и протянул Яше.

– Возвращайтесь, как будете готовы вписать род спортивных занятий.

– Боюсь, я не приспособлен для физических нагрузок, – с сожалением сказал землянин, забирая документ.

Удав издал короткий смешок:

– Боюсь, вы не понимаете, что спорт – это жизнь. В буквальном смысле.

Учитывая, что при вступлении в гражданство, ему предложили оплатить собственное похищение, Яша опасался, что при регистрации придется, как минимум, отдать почку, и был приятно удивлен простотой процедуры. Не дожидаясь, пока змей вспомнит о каких-нибудь формальностях, Тариков поспешил выскочить наружу. И тут же кто-то выхватил картонку, которую он продолжал сжимать в руке.

– Ух ты! Чистая! – раздался голос откуда-то сверху.

Яша повернулся, намереваясь вернуть свой единственный документ в этом мире, но увидев перед собой четырехрукого гиганта, разве что немного пониже статуи в храме, подумал, что, возможно, не так уж сильно и нуждается в инопланетном паспорте.

– Добро пожаловать, друг, – прогудел амбал, протягивая ладонь для рукопожатия, и одновременно пряча карточку в нагрудный карман жилета. Яша с тоской подумал, что без лестницы у него нет ни малейшего шанса вернуть свою собственность. Землянин осторожно двумя руками, пожал ладонь, напоминающую ковш небольшого экскаватора.

– Я – чемпион Уруф. Будешь моим гостем.

Подумав, что отказаться будет невежливо, и возможно, опасно для здоровья, Яша согласно кивнул.

Гигант развернулся, и размашистым шагом направился к лестнице, ведущей вверх. Яше приходилось бежать, чтобы не отстать. Поднявшись на несколько уровней, Уруф открыл дверь, и пропустил гостя.

Яша вошёл внутрь, и оказался в огромной роскошной комнате. Богатая отделка, стены, увешанные чеканкой, гобелен, с изображением хозяина дома. Тарикова удивил камин – он не мог себе представить, чтобы кому-то было холодно в таком климате. Но едва закрылась дверь, как внутри вспыхнул огонь, и из очага потянуло прохладным воздухом. Приглядевшись, Яша понял, что это всего лишь изображение, а сам камин, по-видимому, является замаскированным кондиционером.

– Холодный огонь, – с гордостью сказал Уруф, – не у каждого такой есть.

Явно хвастаясь своим жилищем, чемпион подошел к стеклянной стене, распахнул ее, и сказал:

– Иди сюда. Посидим на свежем воздухе.

Яша вышел наружу, и на секунду забыл обо всем от восхищения. Он оказался на террасе, на краю бассейна с прозрачными дном и стенками, откуда открывался невероятный вид на Белый город снизу и бескрайнее море вдали.

– Еды и вина, – услышал он за спиной.

Обернувшись, Тариков успел заметить, как на столе под навесом, из ниоткуда появляется амфора и продукты.

Хозяин сделал приглашающий жест, и землянин опустился в резное деревянное кресло, устланное подушками.

Уруф достал чашку, размером с ночной горшок, и наполнил ее до краев вином. Он даже не подумал предложить гостю, но Тариков был не в обиде. При виде такого привычного хлеба и сыра его желудок заурчал, и Яша, наплевав на приличия, сложил себе огромный бутерброд.

– Много ешь. Это хорошо, – одобрительно сказал хозяин. – Боксер должен быть тяжелым.

Яше кусок сыра стал поперек горла.

– Боксер? – тупо переспросил он.

– Ага. Завтра начнем тренировки, а через месяц будешь уже блистать на ринге!

Тариков посмотрел на своего тренера, и подумал, что если дойдет до спарринга, то до профессиональных боев он просто не доживет.

– Я не уверен, что хочу заниматься в жизни именно этим, – возразил пилот.

– Да что может быть лучше бокса? – удививился Уруф. – Разве я получил бы этот дом и все остальное, если бы продолжал пасти овец?

– А мне тоже дом дадут? – выразил Яша слабый интерес.

Уруф расхохотался, и землянину заложило уши.

– Нет, пацан, это земля чемпионов, дарованная нам богами. Такие демоны как ты, призваны сюда чтобы развлекать нас.

– То есть, раньше вы развлекали богов, а теперь стали равные им? – уточнил Яша.

– В точку, пацан. Смотри! Я одним движением руки могу творить чудеса! Убрать со стола.

Тариков с тоской смотрел как исчезает недоеденный сыр. Он надеялся, что гигант снова накроет стол, но тот призвал только амфору. Не зная когда удастся поесть в следующий раз, он спрятал недоеденный хлеб в карман.

– Меня никогда не привлекал спорт, – сказал Яша, и мысленно поблагодарил Лолу. Что-то ему подсказывало, что заикнись он о фехтовании – уже вовсю рубился бы на гладиаторской арене.

– Хитрые вы, демоны, – вздохнул Уруф. – Если сразу в карточку не запишите спорт – долго вас уговаривать приходится. Если тебе не нравится бокс, то меня и борьба устроит.

– Я не умею, – продолжал отпираться Яша.

– Я научу! Будешь выступать за меня, а если выиграешь – получишь часть ставки.

– А если проиграю?

– В таком случае, обещаю, что пристрою тебя в лучший дом инвалидов!

Такие перспективы пилота не радовали.

– А есть какие-нибудь менее травматичные варианты? – спросил он.

– Можно тебя еще в забег на одну лигу выставить, – скривился гигант. – Но это не престижно и неинтересно.

“Ну, бег это еще куда ни шло”, – подумал Яша.

– Там только и зрелища, когда через поллиги тигров выпускают, и те пытаются догнать бегунов, – закончил Уруф.

– Так. Значит бегать я тоже не умею, – вспомнил вдруг Тариков.

– Какой же ты несговорчивый, – рассердился четырехрукий. – Вот найду кого-нибудь, кто писать умеет, и сам тебе бокс запишу!

– А как ты сам спорт выбрал? – поспешил сменить тему землянин.

– О, это долгая история! – оживился гигант.

– Да я никуда не спешу, – подбодрил его пилот, и мысленно добавил: – "Уж не на ринг, так точно".

И Уруф принялся рассказывать. Он родился в довольно мрачном мире, где постоянно шел дождь, и практически не было солнца. Его семья выращивала дождевой хлеб и разводила каких-то животных, название которых браслет упорно переводил как "овцы". Несмотря на то, что гигант гордился своим местом на Олимпе, в его словах сквозила тоска по родине. Уруф вспоминал, как перед дождем закрывается цветок оруса, как пахнут джунгли, как приятны на вкус сладкие лианы… Яша не перебивал, лишь изредка, когда чемпион забывал о вине, подавал тому ночной горшок, и подливал рубиновую жидкость.

В лесах вокруг деревни в изобилии водились животные, и поэтому практически все жители с малых лет упражнялись с пращей. Но как бы они не были в этом хороши, ни разу никто не побеждал на ежегодных планетарных соревнованиях. А Уруф не был лучшим даже в деревне. Но очень хотел попасть на Игры. Поэтому он и выбрал бокс. В округе этот спорт был не очень популярен, и уже через два года четырехрукий смог обойти конкурентов, и пройти региональный отбор.

Уруф оказался весьма неумелым рассказчиком, и Яша едва сдерживал зевоту. Но продолжал слушать и подливать.

Гигант несколько раз повторил как победил на главных играх, был вознесен богами, и пустился в пространственные рассуждения о чудесах Олимпа. Наконец, вино сморило бывшего боксера, и тот начал храпеть так, что тряслись стены. Яша аккуратно вытащил карточку, и направился к дверям. Он опасался, что не сможет выйти, и придется выбираться через стены террасы, висящей над городом, рискуя свернуть себе шею. Но по всей видимости, воровать у чемпионов здесь было не принято, и дверь оказалась не заперта.

Тариков выскользнул наружу, и со всех ног бросился вниз по лестнице. Но за первым же поворотом врезался в идущего навстречу минотавра в солнечных очках.

– Безобразие! – возмутился тот. – Я не для того выжил в сотнях лабиринтов, чтобы меня зашибли на пенсии! Давай свою карту, мерзавец!

Яша, до которого стало доходить, что не стоит давать картонку кому попало, хмуро ответил:

– Нечего там смотреть.

– Чистая? – понял его слова по-своему минотавр, и его тон мгновенно сменился на дружеский. – Не думали заняться спортивным ориентированием, молодой человек?

Тариков предположил, что данное предложение как-то связано с задачей "выжить в лабиринте", и с сожалением развел руками:

– При всем желании никак не могу. Врождённый топологический кретинизм, плюс вестибулярный аппарат, подорванный годами в невесомости и плохой экологией.

– Ах ты бычок! – налет вежливости мгновенно слетел с получеловека, и он попытался схватить землянина.

Яша рефлекторно отбил руку неловким движением, и его ладонь прошлась по лицу минотавра, сбив с него очки.

– Мои глаза! – зажмурившись, закричал он, и упал на колени, шаря руками по ступеням.

Тариков перепрыгнул через противника, и побежал дальше. Вслед неслись проклятия, но пилот был уверен, что все сделал правильно – очень уж ему не хотелось портить зрение в темных лабиринтах.

Он еще не успел познакомиться с городом, но уже догадался, что местные жители настроены не совсем дружелюбно. Желая получить хоть какие-нибудь ответы, он примчался на площадку с клеткой.

Взъерошенная после сна птица его не замечала, занимаясь своими делами.

– Уважаемый, – позвал Яша.

Птица подпрыгнула от неожиданности, и уставилась на землянина.

– Божечки! Да нельзя же так пугать! Заикой оставишь!

– Простите. Вы не могли бы ответить на пару вопросов?

– Ну да, ну да. Конечно. Напугать старину Зуру, а потом изводить вопросами. Конечно. Почему бы и нет?

Яша подумал, что для обитателя зоопарка, пусть и такого небольшого, птица очень обидчива. Вспомнив о припрятанной еде, он решил задобрить узника, и протянул лакомство к прутьям.

– Хотите?

– Хлебушек? Мне? – умилился Зуру. – Да у меня тут трехразовое питание, и десерты через день.

– Ну и ладно, – разозлился Тариков. – У меня, между прочим, с утра во рту маковой росинки не было!

Он присел на скамейку, и жадно вцепился в сухой хлеб.

– Тебя что, не покормили? – удивилась птица. – Это ж к какому нищеброду ты попал?

– К Уруфу, – ответил Яша с набитым ртом.

– Этот да, прижимистый. А какой спорт выбрал?

– Никакой. Не хочу я этих ваших соревнований.

– Ну тогда тебе прямая дорога в квартал бездельников.

– Это почему? – обиделся Яша. – Я не бездельник. Я, между прочим, работаю.

– Здесь тех, кто не занимается спортом, считают слабаками. Убогими, – птица склонила голову набок, и весь ее вид говорил о том, что она разделяет это мнение. – Вот и отселили таких ущербных подальше от глаз.

Тарикову стало обидно, и он спросил:

– Так чего ж они за меня так ухватились? Этот Уруф, а потом еще и минотавр?!

– Все чемпионы – с отсталых планет. Там не хватает времени на развлечения. Все что они знают – работа в поле, и Игры, – Зуру говорил медленно, словно с умственно отсталым. – Одержав победу – они попадают сюда, получают дом и какое-никакое содержание. То есть – это предел их мечтаний. Дом и не надо работать. Получается, что времени много, а чем заняться – они не знают. Вот и продолжают культ спорта.

– Так и пусть соревнуются между собой. Я то тут при чем?

Зуру запрокинул голову, и разразился карканьем. Тариков не сразу понял, что так птица смеется.

– Ты думаешь, они вкалывали долгие годы, рисковали жизнью и здоровьем потому, что любят спорт? Да он им в печенках сидит. Просто других целей у них нет. Вот и тренируют новичков, а потом выставляют на соревнования. Тут тебе и занятие на каждый день, и развлечения, и ставки. Только новичков на всех не хватает, вот чемпионы и стараются первыми отловить новоприбывших. А уж если в карточку можно вписать любое занятие – то это вообще подарок. Так что, либо выбирай тренера, либо иди к бездельникам.

– А лабиринт – это опасно? – поинтересовался Яша.

– О, да! – оживился Зуру. – Спортсмены должны добраться до финиша, минуя ловушки и монстров. Увлекательнейшее зрелище. Рекомендую.

Выбор между боксом и лабиринтом был очевиден.

– Покажи в какую сторону квартал бездельников, – решительно сказал Тариков.

Добираться ему пришлось весь остаток дня. Яша осторожно крался по белым лестницам, и натыкаясь на оживленные площади, искал пути обхода. А когда это не удавалось, подолгу прятался в щелях между домами, и потом рывком преодолевал открытое пространство. Иногда это удавалось легко, а иногда его пытались схватить, или упорно преследовали. Но видимо, лучшие годы чемпионов остались позади, и Тарикову, хоть и с трудом, удавалось оторваться.

Наконец, уже в сумерках, он добрался до окраины, где внизу и был расположен квартал бездельников. Здесь лестницы заканчивались, и с перевала к кварталу вели тропинки. После нарядной архитектуры белоснежного города и разноцветных крыш, он выглядел убого. На относительно ровном плато стояли серые строения, по виду напоминающие бараки. Яша устроился в засаде, принялся наблюдать. С первого взгляда было ясно, что он попал куда нужно. Здесь не старались как-то облагородить местность, здания были разбросаны как попало, а единственным украшением служила редкая пожухлая трава на камнях. Но самое главное было то, как выглядели местные обитатели. Один – словно собран из хвороста, на который насажена тыква, и того и гляди переломится. Другой был похож на подушку, к которой прикрепили руки и ноги, третий – на бутылку. Яша насчитал около пятидесяти жителей, и несмотря на принятую здесь антропоморфность, не было и двух похожих. Теперь было ясно, почему чемпионы оставили их в покое. Большие головы, тонкие конечности, или крайне неповоротливое тело, как у человека-камбалы, словно говорили, что этим людям спорт противопоказан.

Решившись, Яша спустился вниз, к успевшей собраться небольшой толпе, и подняв руки над головой сказал:

– Приветствую вас, братья по разуму!

Но братья не спешили отвечать. В руках они сжимали гаечные ключи, кухонные ножи, и прочее, казавшееся несерьезным, оружие. При всей комичности банды доходяг, Яше пришла на ум фраза: "Нож в печень – никто не вечен".

– Братья, друзья, – поспешно сказал он. – Я пришел к вам, ибо разделяю ваши ценности, и хочу поселиться в этом чудесном месте!

При этих словах, несколько обитателей покосились на обветшалые дома, и запущенный пустырь, а потом, уже с недоверием, на новичка.

– Ты слишком развит. Похож на вербовщика, – высказал за всех сомнение инопланетянин, похожий на таксу, стоящую на задних лапах, и с воздушным шаром вместо головы.

Яша достал карточку, и продемонстрировал ее с обеих сторон. Убедившись, что она чистая, местные обитатели расслабились, и опустили оружие.

– Извини, товарищ, – сказал такса. – Иногда сюда забредают чемпионы, которым не хватает проворства перехватить ученика, вот и приходится быть осторожными. Я – Степрастифилистригрон, пойдем, провожу тебя в наш дом.

Оказавшись внутри барака, Яша приуныл. Разбросанные по глиняному полу охапки травы, рваные матрасы, явно выброшенные из богатых домов, и грубо сколоченный общий стол с лавками – вот и вся обстановка. Не то чтобы он рассчитывал на люксовые апартаменты, но и не ожидал столь спартанских условий.

Степа, как окрестил про себя таксу Тариков, зажёг чадящие лампы, и указал землянину на подстилку из плотно сбитых водорослей:

– Спать пока что будешь здесь, а потом поищешь себе что-то получше.

После скромного ужина из непонятного, дурно пахнущего месива, Яша завалился спать. Водоросли кололи щеки, противно хрустели при малейшем движении, и уснуть удалось лишь под утро. Тарикову показалось, что он только что закрыл глаза, как его разбудил шум. Землянин перевернулся на другой бок и попытался уснуть, но этого ему не позволили. То один, то другой обитатель барака тормошил его, и звал к завтраку. Перекусив запеченными листьями какого-то местного аналога алоэ, Яша собрался было вернуться к прерванному сну, но Степа раздал всем задания. Тарикову выпало собирать моллюсков. Взяв корзины, он спустился к морю вместе с Оркюстом. Этот трехглазый инопланетянин походил на человека, но был невероятно широк в бедрах, и при этом имел крайне узкие плечи.

На пустынном галечном пляже Яша переобулся в заботливо выданные Степой шлепанцы, и шагнул в воду. Теплое море приятно ласкало кожу, но дно, усыпанное острыми камнями, не вызывало желания немедленно броситься в волны, и обо всем забыть.

Оркюст показал, как выглядят раковины и где их стоит искать, после чего Тариков погрузился в работу. Солнце припекало все сильнее, голова болела от недосыпа, и Яша то и дело заходил поглубже, окунаясь с головой, чтобы хоть ненадолго прийти в себя. Идти. Смотреть. Взять раковину. Идти. Смотреть.

(Ссылка на продолжение в комментариях)

UPD

Ссылка на продолжение

Пилот Шатариков ч.5.1