Ответ на пост
Фото из интернета
Тётю Валю мы все звали тётей, хотя кровной родственницей она нам не была. Супруга маминого самого любимого дяди, у которой мы гостили летом по нескольку дней, а иногда она приезжала к нам за 1000 км.
В 27 лет тетя Валя осталась вдовой с двумя детьми: молодого мужа- весёлого красавца - завалило в шахте. Говорят, 30 тонн угля обрушились внезапно и не только унесли молодую жизнь шахтёра, но и навсегда разрушили судьбу его жены. На чёрно- белых фотографиях с похорон (не знаю, зачем делали и хранили эти фотографии) упавшая на гроб рыдающая женщина, растерянный малыш лет 5-6 и маленькая девочка, вцепившаяся в мамину юбку, в окружении сочувствующих родственников.
Страшная картина. Я ещё не родилась тогда, но и через много лет родня вспоминала ту ужасную смерть в шахте и похороны.
Шахта, как бы издевательски это ни звучало, выплачивала семье в месяц 3 советских рубля компенсации.
Но речь не об этой "космической" сумме, а о том, как сложилась дальше жизнь этой семьи.
Тетя Валя пошла работать на экскаваторный завод диспетчером. Женщина она была и в старости видная, а в молодости - красавица. И мужчин было много вокруг, влюблялись, звали замуж.
Как бы ни была тяжела утрата, со временем всё же боль притупляется, остаётся только память сердца. И собралась тетя Валя замуж. Пришел жених знакомиться с детьми, а сын лет 14, дочь и того меньше, заявили, что чужой мужик в доме им не нужен. Не потерпят посторонних. Думала тётя Валя, что это возраст такой, что изменятся дети, объясняла, разговаривала - все без толку. Ничего не изменилось. Привыкли они, что все внимание только им. Что мать в лепёшку разобьётся, а достанет джинсы модные, платье из журнала.
Она тогда вязала на заказ, смену отработает - и за крючок или спицы, потому что лучшее должно быть у детей. Шила много себе и людям. Рабочая лошадь, источник средств для весёлой жизни равнодушных потребителей.
Конечно, она виновата во многом сама, что они такими выросли. Слишком баловала, стараясь заменить собой и отца. Не напрягала, не утруждала. Образование дала обоим. Она тогда ещё и участок дачный взяла, домик поставила маленький и ходила туда каждый сезон - от остановки ещё километров 5 пешим ходом. Овощи, фрукты деткам и на продажу. Никогда не видела я больше такой клубники - петушиный гребень называлась. С мужской кулак вырастала.
Дачу обработай, урожай собери, а потом ещё неси ведра до автобуса, с автобуса до дома, потом на этаж без лифта.
Сын женился в 19 в другом городе и почти не появлялся. Дочь - студентка один раз вместе с нами на даче была. Поела клубники, оборвала черешню снизу- тоже себе в брюхо, и легла на солнышке отдыхать. Выбесила она меня знатно этим, и я, десятилетний ребёнок, собрав ягоды со всех деревьев и грядок , выложила ей, спящей, травинками на спине :"Дура". Так она и загорела. Точнее, покраснела спина, а буквы белыми остались.
Дочь тёти Вали вообще переходила все мыслимые пороги здравого смысла и человечности. Не давая матери права на личную жизнь, сама с ранней юности по парням скакала. Меня не стеснялась ( что взять с малявки, кто ей поверит?) : у подъезда обжималась то с одним, то с другим. А на учёбе в другом городе отрывалась на материны деньги: рокконцерты, алкоголь. Хвалилась моей матери, что живет нескучно.
Мужчины. Она аборт приезжала делать на седьмом месяце - раньше некогда было,наверно. Конечно, отказали ей врачи в убийстве. Ребенок родился чёрный.
И опять всё на мать. А та любила дочь безумно, гордилась ей, верила, что все плохие, а доча молодец. И жениться на ней парня заставила, на которого дочь указала. Только парень белый был.
А мужчины всё еще засматривались на тётю Валю. Она сама рассказывала, когда курила у бабушки моей над зажжённой конфоркой (в доме никто не курил, а ей разрешали; со дня смерти мужа не расставалась со "Стюардессой"). Был, кто хотел вместе зрелость провести, старость встретить. Только вот "дети будут против, дети не простят" .
А потом квартира для одной матери стала слишком велика, по мнению потомков. Молодым деньги нужнее. Продала тётя Валя свою обжитую квартиру, которую с мужем получали когда-то , себе взяла маленькую однушку ( хорошо хоть ума хватило не остаться без жилья), а деньги разделила детям поровну.
О том, что тётя Валя умерла, мы узнали от бывшей жены её сына, а той сообщил бывший муж её дочери. Её нашли соседи, забеспокоившись, что давно не выходит. К тому моменту, когда полиция вскрыла дверь, тело пролежало минимум неделю. Это в наш век сотовых телефонов, когда в любой момент можно спросить у матери, как она там вообще.
Я не была особо близка тёте Вале, как и она мне. Она была как бы зациклена на своих детях, особенно на дочери, и остальные в её глазах проигрывали им во всём.
Она не стала травмировать детей и идти против их воли и не привела в дом мужа себе, чтобы у детей не было отчима который мог причинить им неудобства. Но её сын и дочь распорядилась своей жизнью, не оглядываясь ни на мать, ни на своих детей, которым пришлось жить с отчимами, ведь их мнения никто не спрашивал.