Отличная статья 2012 года. Часть 2
В целом же в арабском мире начинаются не лучшие для свободы и демократии времена, хотя старт «арабской весны» был так хорош! Если действительно восторжествуют политические и социальные ценности, пропагандируемые исламистами, то все арабские страны постепенно станут выглядеть как уже не раз упоминавшийся «ваххабитский тандем» (только без его высоких доходов), а скорее всего как Пакистан времен генерала Зия уль-Хакка с публичными порками, забиванием камнями и отрубанием правой руки, Афганистан при господстве талибов с их средневековыми представлениями обо всем, начиная с положения женщины и кончая отношением к памятникам культуры или же Судан Хасана ат-Тураби, где в 1989–1999 гг. жестоко наказывали кнутом и членовредительством всех нарушителей канонов шариата, торговцев спиртным и всех, кто торговал по пятницам, ввели раздельный проезд для мужчин и женщин и прочие правила, позволявшие ат-Тураби сказать, что «Судан – самое исламское государство в мире, более исламское, чем Иран»[xxx]. Это трудно себе представить, но это возможно, особенно, если будет усиливаться и всячески нагнетаться религиозный фанатизм, проповедоваться идеи джихада и борьбы за всемирное торжество исламизма. Ибо в этих идеях и проповедях легко утопить социальное недовольство масс неимущих, переплавить его в этническую и конфессиональную ненависть, направить по руслу нетерпимости к иноверцам, а также – прославления всего «своего», в том числе – отживших или полузабытых традиций, наиболее наглядно противопоставляющих «свое» «чужому».
Неизвестно, как долго будут исламисты доминировать в политической жизни арабов и будут ли они в ней монополистами. Но в любом случае их доминирование будет опасно и для Запада, ныне их поддерживающего. Скорее всего, это будет исторически краткий период. Однако он вряд ли будет отмечен какими-либо завоеваниями свободы и демократии, а также – активным продвижением арабов по пути построения гражданского общества. Более того, он может стать периодом войн и конфликтов, насилия и нестабильности, в ходе которых могут просто исчезнуть даже те ростки демократии и прав человека, те элементы гражданского общества, которые уже были буквально выстраданы арабами к началу XXI века.
Демократические свободы и права человека могут существовать и развиваться только в современном социуме, субъекты которого взаимосвязаны, взаимозависимы и просто вынуждены уважать интересы друг друга. Этого нет и не может быть там, где они не обладают равными возможностями, а общество строится по иерархическому принципу, руководствуясь древними традициями, родовыми обычаями и племенными канонами. Все это старинное наследие до наших дней сохранилось в аравийских монархиях и до сих пор не утратило своих позиций окончательно и в прочих арабских странах. Современное арабское общество – это симбиоз (а кое-где и синтез) вполне современных капиталистических, госкапиталистических и полукапиталистических укладов с элементами патриархальной общины и кланового бытия, кровно-родственных связей, иерархий феодального или полуфеодального, а иногда – даже рабовладельческого характера, а также – еще не изжитых многообразных форм хозяйственной эксплуатации и социального подчинения, которых Запад и не знал никогда.
В таком обществе человек мыслит категориями не гражданского, а в основном традиционно-патриархального социума, руководствуется в первую очередь не индивидуальными интересами, а установками своего клана, рода, племени, этноса, конфессионального сообщества, включая секту или духовное братство. Все эти древние социальные связи (некоторым из которых не одна тысяча лет!) опутывают человека на всем протяжении его многотрудного пути к гражданскому обществу. И пока этот путь не завершен, человек просто не понимает, как он может быть равен патриарху семьи или клана, вождю племени, священнослужителю, ученому богослову, главе братства или секты, тем более – эмиру или султану. И если его все же заставляют принять участие в выборах, он будет исходить не из своих соображений или интересов какой-либо политической партии, а из того, что подскажет ему отец, старший в роде, вождь, священнослужитель и т.п. И ему совершенно не понятно, что от его голоса простого пастуха, ремесленника или мелкого торговца зависит, быть или не быть тому или другому правителю. Он такого правителя и уважать-то не сможет (поскольку и сам-то себя не очень уважает). В этом – одна из главных (наряду и с другими) причин краха всех попыток внедрения на Востоке западных политических институтов. По мнению Арнольда Тойнби, такие попытки только компрометируют эти институты, которые на Востоке обычно повисают в воздухе, не имея естественной опоры, и часто представляют собой лишь декорум, маскирующий реальные структуры и механизмы власти, весьма далекие от западных концепций и представлений.