О женщинах на корабле.⁠⁠

Ещё до того, как я понюхал морского воздуха, слышал фразу "женщина на корабле - к беде". На самом деле, на рыбацком флоте, где команды, порой, достигали полутора сотен человек, женщины были всегда. Уборщицы, официантки, поварихи...

Надо быть отчаянной дамой, чтобы отправится в море на полгода с 60 мужиками на борту. У нас на судне "отчаянных" было четверо. Две, правда, при мужьях на этом же судне, но это глобально дела не меняло.

Первая, была уборщицей, прачкой, помогала на кухне, и если аврал, то и в цеху и трюме. В общем, баба-конь, мягко говоря. Одно дело мужикам раскидать 600 тонн рыбы в ящиках по 27 килограммов, другое дело, женщина. Она была самая сильная на судне не только среди женщин, поэтому по вопросам телесной близости к ней никто не обращался, даже думать об этом было боязно. В этой связи, она выбрала себе жертву сама и насильно переехала к нему в каюту. По судну ходила шутка, что к концу рейса он будет беременным. Женщина, в принципе, была хорошая, но сильная, а это страшно.

Чаще всего, на судах повар, он же кок - мужчина. Но, у нас была женщина.

Кстати, лирическое отступление. После моей краткосрочной карьеры матроса, я работал в снабжении Инфлота. Тогда, потихоньку советские люди начинали просачиваться и в иностранные команды. Сейчас то с английским языком у наших беда, а тогда "Ландон из э кэпитал оф Совиет Юнион" - было максимумом. Я привёз продукты на борт одного из пароходов, а там менялась команда. Мы поделили "дискаунт" за доставленные мной продукты с капитаном пополам и открыли дверь. На палубах мельтешил народ, передавали друг другу дела, в общем, суета. А повар, в первую очередь должен нравится капитану, поэтому, вновь прибывший, ждал своей аудиенции у каюты. Оказался русским. Мы с ним, с профессиональной точки зрения, обсудили продукты, которые я привёз. Мастер пригласил его в каюту и протянул ему руку, со словами "Джон Манглс - кэптэн." Повар протянул свою и сказал "Василий - кок". Для тех, кто не в курсе, "кок", в очень мягком переводе с английского "писюн".

Возвращаясь же на борт Янтарного Моря "Dzintarjura" , судна на котором ходил в море я - повариха у нас была просто фантастическая. Их было две, но фантастическая была одна. Буквально пара фактов, которые мгновенно делают её богиней: Она однажды нарезала мясного салата, на всю команду. А это, как вы понимаете не тазик. 60 здоровых рыл. Ну и вообще полная чума, однажды, она налепила пельменей. Даже, если бы она утопила судно, после этого, никто бы ей слова бранного не сказал.

Была у нас и вторая повариха, но она в море пошла просто довеском к мужу. А так как готовить дома мужу и на судовую команду, несколько разные вещи, ничего хорошего о ней вспомнить не могу. Ну, разве что она сильно округлилась в районе живота, к концу рейса. Пацану уже 23 года.

Но, была у нас на судне и официантка. Так получилось, что бог был то ли занят чем-то, то ли вообще был в отпуске, но ни красоты, ни женственности, ни шарма, ни формы, ни содержания ей не досталось, посему пошла в море с мужиками. Ну, хоть какой-то шанс. К концу рейса, шансом воспользовалась большая часть команды и она как заправский фокусник, выходила то из одной, то из другой каюты, нервно покашливала и поправляла нелепо надетую одежду наспех. Иногда не свою, что хоть как-то компенсировало отсутствие изюминки. Её ещё и безбожно укачивало, ко всему. В общем, весь набор.

По итогу рейса, уборщица разрушила крепкий семейный союз матроса и выдала его за себя за муж.

Повариха, та что настоящая, покидала борт с кучей подарков от команды, под аплодисменты и слова благодарности.

Как я уже упоминал, вторая повариха привезла из рейса живот с будущим сыном.

Ну а официантка, в последнем порту в Голландии подралась с проститутками на борту и ей выбили зуб, что в принципе, ничего в её жизни в худшую сторону не изменило, так как куда уже хуже то.

Будь я женщиной, в жизни не пошёл бы в море, ибо стирать бельё на 60 человек - точно не моё, мне своё то лень. Готовить я люблю, но на команду, каждый день чистить картошку - проще и дешевле застрелиться. Ну, и при всей моей вселенской доброте, отдать себя толпе голодных я бы не смог, а уж драться с проститутками и отдать им зуб, за гранью добра и зла, я считаю.)