Но есть ещё порох.⁠⁠

Дата Туташхиа (დათა თუთაშხია) мрачно пил пиво, сидя за колченогим столиком на веранде кафе. Пиво было тёплым и слегка затхлым.

Его сердце было не на месте. Лучше бы он этого не видел. Но картинка, всплывая перед глазами, вновь и вновь рвала ему душу. Кто-то выложил на ю-тубе видео, тайно снятое в батумском отделении полиции. На нём нелюди в форме измывались на достойнейшим человеком Нодари Чхартхишвили — Нодари Батумским. Они засунули ему в анус рукоятку от половой щётки. А ведь Нодари не совершил ничего предосудительного. Он просто похитил двенадцатилетнего сына у всеми презираемого владельца продуктового рынка Ачика Мдиваняна с целью выкупа. Нет никакого сомнения в том, что Нодари хотел раздать полученные деньги беднякам. Он хотел восстановить социальную справедливость. Ну оставил бы себе немного на жизнь, что в этом такого. И с пленником он поступил гуманно, отрезав тому всего один палец, который затем послал торгашу-папаше, чтобы тот стал посговорчивее. Но подлец Ачик обратился к шакалам-полицейским. Куда катится этот мир?!

Взяли Нодари в казино Цезарь, когда тот слушал чудесную песню «Владимирский централ», которую исполняет хоть и не грузин, но тоже хороший человек. Это видели все. И видео, снятое в застенках батумской охранки, тоже видели все! Нодари Батумский стал Нодиком Дырявым. Эпоха абрагов, этого символа стремления простого люда к свободе, закатилась. Ужасно! Неслыханно! Подло!

Избавляясь от утонувшей в пиве мухи, Дата Туташхиа бросил взгляд на улицу. Там мужчина (можно ли назвать существо в подобном прикиде, в бесстыдно облегающих тело шортах и футболке, мужчиной? грузин не должен носить подобного облачения!) поставил у входа в кафе велосипед PINARELLO DOGMA F10 — мощная карбоновая рама красно-чёрной расцветки, руль, ощетинившийся рычагами тормозов, широкие протекторы. Мужчина зашёл внутрь и заказал стакан колы с круассаном.

Дата сразу же подумал о своей соседке Бечуни Пертия, бедной вдове, которая в одиночку растила сына-подростка. Женщина мечтала купить мальчику велосипед и даже стребовала со своего отца-таксиста деньги на эту покупку. Батоно Туташхиа отставил в сторону пустую кружку, кивнул бармену: за мной (в этом кафе ему ещё верили в долг), и направился к выходу. Выйдя на улицу, он оглянулся на велосипедиста. Тот сидел спиной, самозабвенно углубившись в поедание булочки. Дата Туташхиа резко вскочил в седло двухколёсного коня и помчался на нём вниз по улице, да так, что только ветер засвистал в его ушах. Есть ещё порох…