Не состоявшееся обвинение⁠⁠

В середине 80-х мне было тридцать лет, а моей девушке Люде 18 лет. Моей девушке – это громко сказано. Мы с ней за три недели общения вступили в близкие отношения всего лишь два раза. Но, зато второй раз это было очень романтично: поздно вечером, после танцев, в заброшенном саду за физкультурным диспансером, в центре города.

Как-то тёплым сентябрьским вечером я, Люда, Юрка по прозвищу «Гусь» и наш знакомый парень Виталик гуляли по городу. Юрка Гусь предложил навестить одного друга на улице Пирогова. Мы зашли к этому другу, но его дома не оказалось. Мы решили его подождать, он с работы в ресторане «Воронежский» возвращался в 11 часов ночи. Мы стояли у овощного ларька рядом с домом. В окне соседнего дома виднелась стоящая у стены красная крышка гроба, и какой-то пожилой мужчина то ходил по комнате, то выходил во двор.

Гусь с Виталиком пошли просить у прохожих сигарету. А я по своей глупости предложил Людке, пока их нет, заняться любовью. Люда сняла тонкие ажурные гипюровые трусики и держала их, зажав в кулаке. Мы легли на тёплые сухие листья возле забора у ларька. Неудобно. Мы встали. Я обнял Люду спереди. Но тут вернулся нахальный Юрка Гусь и обнял Люду сзади. Он давно пытался Люду переманить от меня к себе, считая, что я для 18 летней Люды в мои 30 лет староват, а он – 20 летний Гусь – в самый раз. Мы стояли, обняв Люду с двух сторон, как вдруг шестое чувство сообщило мне об опасности.

Я поднял глаза и увидел в 10 метрах от нас двух милиционеров. У одного из них на плече висела переносная маленькая радиостанция. Я сказал Гусю тихо: «Милиция. Отойди подальше и не подходи, пока я сам с ними не разберусь». Гусь отошёл от нас и остановил Виталика, принёсшего сигарету.

Милиционеры подошли к нам и потребовали: «Девушка, пойдёмте с нами» Я ввязался: «Это – моя девушка, и никуда она с вами не пойдёт». Один из них заявил: «Нам надо с девушкой поговорить. Отойдите от неё». Я отошёл метров на 10, подождал минуту и подошёл к ним со словами: «Это моя девушка. Она уйдёт только со мной». Оба сотрудника МВД с досадой вздохнули. Добыча уплывала из рук. Провокация им не удалась. Мы с Людой развернулись и ушли из двора. Виталик и Гусь пошли с нами.

По пути Люда рассказала содержание разговора с доблестными сотрудниками МВД. Они сказали ей: «Девушка, вас пытались изнасиловать. Пойдёмте с нами в опорный пункт, вы напишете заявление о попытке изнасилования». Люда возразила: «Никто меня не пытался изнасиловать. Я со своим парнем. Мы ждём его друга с работы». Её спросили: «А сколько вам лет и где вы живёте?» Люда соврала: «Мне 20 лет, я живу на этой улице, на другом конце». На самом деле Люде 18 лет ещё не исполнилось, и жила она далеко от этого места, в другом районе. По закону она считалась несовершеннолетней. Похоже, что тот мужик, который то заходил в дом, то выходил из дома, сбегал в опорный пункт милиции (он был в 100 метрах от овощного ларька) и соврал, что я Люду насилую. Люда, разговаривая с милицией, в кулаке прятала свои ажурные гипюровые трусики.

Всё-таки Гусю удалось переманить Люду к себе, но меня утешало то, что Люда Гусю также изменила с другим моим знакомым мужчиной, тоже Юрой по прозвищу «Француз». Гусь об этом не знал, а я знал, но ему не рассказывал. И не потому, что Люда об этом меня попросила. А потому, что Гусь потихоньку Люде изменял с другой девушкой, уж очень он был любвеобильный парень. Но я Людке об этой измене Гуся не рассказывал. Всё-таки и Люда и Гусь были моими друзьями. Они мне доверяли свои маленькие тайны, и я не имел права их подвести.

Ну, кто же доносит на друзей?

июль 2020 года

Алексей Алексеевич Агапов (Э. Э. Алмазов), г. Воронеж