Надеюсь, я вас всех спасу (часть 1)⁠⁠

Дверь чуть не свалилась, когда Леонид Александрович толкнул её. Вроде всего лишь легонько надавил на старое скрипучее дерево, а дверь уже повисла на проржавевших петлях, грозя оторвать их и грохнуться в коридор, поднимая облако пыли. А пыль будет точно — видно невооружённым глазом, что тут давно никто не живёт. Как и во всём полуразвалившемся доме. Все квартиры пустуют. Только поэтому это место и было выбрано для очередного...

— Леонид Александрович, — устало раздалось где-то в глубине помещения.

— Да-да, — пробормотал мужчина, тряся головой. Сколько он уже не спит? Мысли с каждым днём становятся всё медленнее, всё сложнее рационально соображать, давать поручения...да даже выполнять свою собственную работу настолько тяжело, что...Ну, вот...забыл, что хотел сказать... — Иду.

Шаги громко отдались по коридору, подошвы туфлей скреблись по дощатому полу, противно проникая в уши. Мужчина поморщился и постарался поднимать ноги повыше. Сейчас в пыли заметно множество следов, но несколько часов назад тут были только отпечатки больших ботинок, с толстой подошвой. Толку с этой информации...

Пальто зацепилось за почти неприметный кусок дерева, который будто нарочно торчал из дверного косяка. Мужчина дёрнулся, чудом не разорвав плотную материю.

— Чёрт, — пошатнувшись пробормотал Леонид Александрович, смотря на измазанный пылью рукав. Мысленно плюнул.

"Потом отряхнусь"

Зашёл в комнату, пропустив грязную тёмную кухню и мелкий закуток — скорее всего туалет или ванная. Скудное освещение, благодаря солнечному свету пробивающемуся сквозь мутные стёкла, давало различить такой же скудный интерьер. Вещи, которые за всё время не разграбили и не унесли — односпальная кровать у двери, шкаф с различной посудой, пара тумбочек, кособокий стул, настолько древний, что даже касаться его было страшно, пузатый телевизор с разбитым экраном, прямиком из 90-х, и зеркало напротив - большое и...чистое. Всё остальное вокруг в пыли, наверное толщиной с палец, а вот зеркало..."трельяж"— подсказал внутренний голос ненужную на данный момент информацию ...чистое, ни единого пятнышка.

Зато пятнышек много в другом месте. На полу. Красных, навсегда впитавшихся в дерево.

Посередине всего этого безобразия стоял молодой человек, лет тридцати — тридцати пяти. Невыспавшееся и усталое лицо, всклокоченные волосы, форма, толком не заправленная и отсутствующий взгляд — сейчас примерно так же выглядит и он сам.

— Здравствуй, Игорь, — слабо махнул ему рукой мужчина. Хотелось присесть, но он знал, что если сейчас куда-нибудь завалится, то может просто отключиться. Лишь постоянные звонки от начальства, да крепкий кофе — вот две вещи, которые не дают ему провалиться в спасительное забытье.

— Всё тоже самое, — сказал Игорь, протягивая фотографии.

Мужчине совсем не хотелось на них смотреть...но это нужно. Лучше так, чем приехать сюда на полчаса раньше и лицезреть всё своими глазами. Хотя в первые разы он так и делал.

Даже зная, что на них запечатлено, Леонид Александрович всё равно сглотнул мерзкий ком, грозящий вырваться наружу. Хорошо, что он сегодня не завтракал. И скорее всего уже не пообедает.

— Никаких изменений?

Глупый риторический вопрос...Надежда, что в этот раз где-нибудь тварь ошиблась...

— Как и в прошлых семи случаях — анонимный звонок с "левой" симки, которая обнаружилась здесь же, приехали...ну и нашли...очередной "подарок" от Спасителя.

— Хватит его так называть! — процедил мужчина, смотря прямо на ошеломлённого Игоря своими красными от усталости глазами. — Долбанные журналисты дали кличку и теперь все её наперебой цитируют. Какой, к чёрту, Спаситель стал бы так делать?!

— Извините, — пробормотал парень, взлохматив волосы. Покраснел от волнения и уставился в пол.

— Ты меня извини, — своим обычным тоном продолжил Леонид Александрович. — Просто...

— Понимаю, — не стал обижаться Игорь. Печально покачал головой. — Я сам виноват. Не стоило идти на поводу у прессы.

— Снова никто ничего не видел? — ещё один риторический вопрос.

— Он продолжает выбирать самые заброшенные места. И безлюдные. А оцепить их во всём городе никогда не получится — слишком много нужно человек...

Другого ответа Леонид Александрович и не ожидал. Ради чего он сюда приехал? Узнать, что опять ничего не известно? Бред...все эти недели как бред безумца или сон сумасшедшего...хотя лучше чтобы всё и оказалось его обычным кошмаром. Чтобы он сейчас проснулся и с весёлой улыбкой пошёл завтракать с сыном, а не стоять в замызганной заброшенной квартире, пялясь на пол и стены. На одну из стен он пока что так и не посмотрел.

— Мда, — хоть тело уже убрали, но вокруг всё равно витал прогорклый запах. Запах смерти. И вонь, впитавшаяся в пол...и скорее всего начавшая проникать в пальто. Но это привычно — одежда тоже повидала на своём веку многое. То, отчего он сам время от времени не может уснуть, либо просыпается в конвульсиях. Происходящие уже два месяца события рассудок переносит очень плохо.

— Езжай назад, — Леонид помассировал веки пальцами. — Я тут ещё побуду, может всё таки что-нибудь найду...

Игорь открыл рот, но тут же передумал, глядя на осунувшегося коллегу. Тот был слишком упрямым человеком. А это дело уже настолько въелось в него, что жажда разыскать безумца похоже всё больше превращает Леонида Александровича в какого-то зомби. Он хотел предложить довести его до дома, хоть немного вздремнуть, но вместо этого пожал протянутую, чуть потрясывающую руку, и вышел.

Оставшись один Леонид наконец-то развернулся и уставился на грязную стену. Эта вещь тоже повторяется из раза в раз — надпись прямо под телом. На полуотклеившихся обоях было написано красной краской..."не ври себе, ты прекрасно знаешь, что это не краска"... красивым, даже каллиграфическим почерком — Надеюсь, я вас всех спасу.

Кулак со всей силы впечатался в буквы, отдаваясь жгучей болью в костяшках.

* * *

Спасителем его как раз и прозвали из-за подписи. Журналисты, как всегда и бывает, про всё узнали и придумали такую кличку, сразу же прилипшую намертво. Вначале в кавычках, показывая тем самым негативный смысл слова, но затем со временем их убрали, хотя люди продолжают жаловаться на это. Сам убийца никак не реагировал на прозвище — просто продолжал звонить в полицию, говоря адреса, по которым следует прибыть.

Леонид Александрович притормозил на светофоре,через пару мгновений загорелся красный и по переходу прошествовал грузный мужчина, шатаясь, но непонятным чудом держась на ногах. Заныли отбитые пальцы от желания врезать по этой пьяной морде. Злость требовала выхода.

"Но какая вина подвыпившего мужичка? Ты сам бы хотел так сделать - нажраться до беспамятства, забыться хоть на одну ночь"

"Нет" — Леонид попытался отрицать очевидное.

"Да, и ты это прекрасно знаешь" — неумолимая правда разбила все неуклюжие попытки.

Звук сигнала еле-еле проник в уши. Через несколько секунд повторился. Только тогда Леонид встрепенулся. Увидел в зеркало заднего вида яростно сигналящую машину.

— Чёрт! — задумался и пропустил зелёный. Да и чуть не задремал.

Бухой дядька невозмутимо продолжал ковылять по асфальту, уходя дальше.

Вот таким вот...людям...похрен на всё — и на позднее время, и на отсутствие людей, и на маньяка, орудующего в городе. Из-за которого даже днём боятся оставлять детей без присмотра. Но которые продолжают исчезать...и появляться потом в неприглядном виде. Уже первый труп потряс город своей жестокостью. Точнее второй...первый на время удалось скрыть от общественности, думали, что обойдётся...привыкли, что городок тихий и почти ничего не случается. Испугались паники, которая непременно начнётся.

А тут такое.

Его разбудил рано утром звонок от начальства, даже толком не объяснившее что к чему. Лишь приехав на место — древний, провонявший плесенью частный дом где-то на окраине, он понял почему никто не смог ничего рассказать. Это надо было видеть своими глазами.

Труп ребёнка, лет десяти, прибитый гвоздями к полу. Один удар ножом в сердце. Глаза вырезаны — аккуратно и, как потом скажут эксперты, профессионально. А дальше...дальше убийца вскрывал тело. Тоже методично и осторожно. Ну и последний штрих — непонятные символы, которые он чертил жертве на руках. Закорючки так и остались неразгаданными - не нашлось совпадений ни на одном языке. Просто сумасшедшие каракули.

Либо маньяк был умнее и пытался распылить внимание полиции на несуществующих деталях. Что на время ему даже удалось.

В любом случае только когда появилось второе тело подключилось телевидение. Кто-то слил некоторые нелицеприятные моменты. Хотя в эпоху всеобщего интернета и большого количества камер спрятать хоть что-нибудь становиться всё труднее.

Но этой твари удаётся. Удаётся каждый раз!

После третьего трупа началась всеобщая паника, которой хотели избежать. На них стали давить сверху, видимо думая, что такие вещи расследуются по взмаху руки, от любого щелчка пальцев.

После пятого получили взбучку те, кто повыше. От тех, кто ещё выше. Но толку не было — никаких следов, никто ничего не видел. Понятно только одно. Маньяк забирал лишь тех, кому было десять лет — ни больше, не меньше. Дети из вполне благополучных семей, возраст, в котором ты уже не сядешь в машину и не подойдёшь к незнакомцу, который хочет угостить конфеткой — и всё равно исчезновения продолжались. Из парка, с улицы, с остановки, даже из дома — Спаситель умудрялся каким-то образом не попасться ни на одну камеру, никто не смог его сфотографировать или увидеть. И как ему удавалось заговорить ребёнка так, чтобы тот пошёл с ним? Леонид Александрович стыдливо радовался, что его сыну четырнадцать — явно неподходящий возраст для этого урода.

Ещё в убийствах не было порядка. По поводу второго ребёнка он позвонил в полицию через пару дней, третий — почти неделю, четвёртый — практически сразу на следующий день. Никто не знал, когда тварь нанесёт удар, что ещё больше деморализовало людей. После седьмого, ублюдка не было слышно целых семнадцать дней, но Леонид Александрович точно знал — это совсем не конец.

Озлобленные горожане, доведённые до кипения, сами начали патрулировать свои районы, не надеясь на правоохранительные органы, но...Спаситель был как призрак. Некоторые особо умные стали реально его считать каким-то высшим созданием, наказанием, отбирающим самое ценное.

Единственные так называемые улики — отпечатки ботинок и предполагаемый мотив. Поданный тоже не без помощи журналистов и повылазивших изо всех щелей доморощенных экспертов по криминалистике. Что маньяк убивает детей, думая, что они попадают в рай. Тот тип серийных убийц, которые считают, что у них есть какая-то великая миссия.

Ищет самые невинные создания, отправляя их наверх. Оттуда и подпись — Спаситель пытается сказать, что детишки в лучшем месте.

Какого хрена они тогда так обезображены? На этот вопрос все скромно затыкали рты. Но находились люди, верящие в такое безумие. В соцсетях появились группы поддержки...но не семей погибших, а этой пародии на человека!

"Безумное время...Ещё несколько жертв и у него могут появиться подражатели, вот тогда начнётся самая жесть..."

* * *

Он неспешно прогуливался по парку. Весна только недавно началась — поэтому под ярким солнцем пока ещё довольно прохладно, время от времени порывы ветра подталкивают вперёд, словно намекая на то, что нужно поторопиться.

"Может это тоже знак?"

"Может быть" — он не стал спорить. — "Ко многим вещам, которые сейчас происходят нужно прислушиваться"

Прошёл мимо детской площадки. Очень мало мамочек с колясками, мелкотни, бегающей по асфальту и скатывающейся с горок. Несмотря на светившее солнце людей почти нет. Хоть и с телевизоров сотню раз сказали возраст погибших детей, но все негласно решили, что проще перестраховаться. Редкие прохожие поглядывают с опаской друг на друга.

"Что поделать, такая цена... Мне жаль, но по другому никак..."

Чуть подальше дети под присмотром взрослых, уныло раскачиваются на качелях. Он присмотрелся...Нет, никто не подходит. Увидел, как одна из мамаш толкнула плечом, сидевшую рядом подругу, кивая на него.

"Ну, конечно, просто так человек не может проходить мимо. Обязательно в каждом видеть маньяков и убийц..." — тут же перебил себя. — "Не буду их винить...вина всё равно лежит на мне. Но скоро всё должно закончиться"

Он не сбивая шаг, прошествовал дальше, даже не вздрогнув под взглядами женщин. Пусть смотрят, даже если его остановят — документы на месте и объяснение почему он тут гуляет тоже. Так что нет никаких проблем. Тем более подходящих кандидатур не видно. Такое происходит время от времени, он уже привык, что по несколько дней, а то и недель, ему не попадается нужное. Главное — быть готовым, когда придётся совершать то...что необходимо. Пора ехать дальше.

Он развернулся и, спрятав руки в карманы длинной куртки, дошёл до парковки. Сел в свою машину, откинувшись на сидении. Заболела голова, покалывая виски. Неприятное ощущение разлилось от затылка, проникая всё глубже. Жаль нельзя принимать таблетки, от них он слабеет и становится более уязвимым. С пятым так и произошло — ребёнок чуть не сбежал от него, просто чудом удалось предотвратить ужасное... Сложно тянуть этот груз в одиночку, но он должен справится. Обязан.

"Потерпи, осталось немного" — внутренний голос подбодрил. — "Помни, ради чего ты всё делаешь"

Мужчина прислонил лоб к рулю, ощущая слабость. Ужасно хочется спать...чем ближе он к цели, тем меньше остаётся сил. Но после "ритуалов" на несколько дней пропадает аппетит, а заснуть получается всего лишь на пару часов.

"Ты сам решился, поэтому терпи"

Встряхнулся, заглушая боль, загоняя её в дальний уголок мозга. Похрустел шеей и широко зевнул. Завёл машину и поехал по дороге, посматривая то в одну, то в другую сторону. Его чувства обострены до предела, он буквально ощущает малейшие изменения в поведении окружающих людей. Точнее детей... Малочисленных, но всё же. Неважно, проходят ли они мимо или сидят дома — "компас" проникает даже сквозь стены, отсеивая неподходящих. Главное быть неподалёку. Как это всё работает...? Ненужный вопрос — значение имеет только лишь цель. Цель, которая видится остальным, как нечто ужасное, неправильное...даже безбожное. Но он не будет ничего им объяснять — сделает, что требуется, а дальше...дальше неизвестность. Но она не страшит его.

Резко ёкнуло в груди. Настолько быстро и болезненно, что он еле справился с управлением, чуть не пропустив светофор. Нельзя привлекать лишнее внимание! Мужчина скривился и потёр рукой в районе сердца, чувствуя, как оно трепыхается, как разливается адреналин по телу. Еле сдерживаясь припарковался неподалёку и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. Всё нужно делать без суеты — это главное правило, особенно сейчас.

Что же его так взбудоражило? Спокойно, спокойно... дыши размеренно. Он сделал вид, что копается в телефоне, но взгляд в это время перебегал с одного лица на другое. Зашагал вперёд, продолжая выискивать необходимое. Грустные, весёлые, в морщинах и молодые лица проплывают мимо, не обращая на него никакого внимания. Не то, всё не то...

Центр города, одно из немногих оживлённых мест, тут будет довольно сложно поймать свою цель. Если она найдётся. Пока что проходят одни взрослые, лишь изредка попадаются дети и подростки. Обычные.

Сердце всё равно продолжает колотиться, а по телу волнами расходятся мурашки.

Что...? Взгляд зацепил идущего на него человека. Не...не может такого быть...А ведь он его знает, видел не один раз!

Мужчина потерянно похлопал глазами, не веря себе. Мысли молниями носились в голове, ища объяснение, но его не находилось.

"Что же делать?"

Человек шёл, не обращая внимания, уткнувшись в дорогу. Ещё секунд пятнадцать и будет совсем рядом.

"Что делать?" — повторный вопрос так же исчез в тишине.

Он накинул капюшон на голову и присел, якобы отряхивая штанину. Чуть отвернулся в сторону. Мышцы напряглись, готовые к предстоящему. Закололо кончики пальцев — ещё один безошибочный знак, вкупе с пульсирующей болью, гудящей в висках.

"Не здесь...Нужно знать точно. Аккуратно проследить и увидеть всё своими глазами"

Продолжение следует...