Ласка
Проходил я апгрейд по детской неврологии в одной большой больнице. Пришел в отделение детской невропатологии и впрягся во все дела... Доктора там были опытнейшие, по 20-30 лет стажа.
Сразу меня предупредили - детей "не приласкивай"! Я в начале даже рассердился - вот, думаю, кряквы старые, очерствели до беспамятства! Потом присмотрелся, мама дорогая! Ребятишки в это отделение свозились со всей области. Естественно без родителей, и посетить их могли, в лучшем случае, раз в месяц...
Таких "голодных" на ласку глаз я в своей жизни тогда еще не видел... В одной палате, развеселившимся в тихий час пацанятам, я почитал 15 минут какую-то сказку... Все честно легли и задремали. Но что началось потом!
Я ходил по отделению как гусь по пруду.... меня везде сопровождал выводок! Молча. Они шли следом как тени. Они сидели у других палат, когда я делал там обход, они сидели у ординаторской, пока я писал истории болезни, они сидели у туалета, у процедурной, у дверей из отделения...
Я пробовал на них строжиться, хмуриться и ругаться, они исчезали на 20 минут и снова, под любыми предлогами, появлялись рядом. Они ловили каждое слово и взгляд... Народ, это было страшно... Они не вздорили между собой, но и не пускали в свою группу "чужих". Было им тогда по 6-7 лет ... Я уже сто раз себя выругал за ту сказку.
Другие доктора понимающе вздыхали и утешали "Скоро уже выпишем..." я не знал куда деваться. Они счастливо замирали во время осмотров и хвастались друг перед другом - у кого я пробыл подольше сегодня... Однажды один из них, в мое ночное дежурство,постучался в ординаторскую и позвал меня в коридор...
"Там Васька... тово... ревет..."
Васька был "чужой", но плач его не выдержала бы, наверное, и больничная каталка.
Он сидел на кровати, обняв пустую литровую молочную бутылку, и выл:
- Мамка! Где ж ты, мамка! Забери меня, мамка!!!"
Я присел рядом и попытался его разговорить. По замурзаной моське, слезы и сопли, катились сплошным слоем.
- Мамка вот была.... давно... молока привезла! Я выпил... и осталась у меня от мамки.... одна только бутылка-а-а-а-а-а!
Что ему было сказать? Как утешить? Как приласкать, зная, что завтра ты уйдешь, а он будет опять выть, но уже потому, что его снова "бросили". Что больнее, скажите мне?
Вот вы придете. Искренне приласкаете, поиграете и уйдете... А у них рвется сердце, с хорошо слышимым треском...
Расскажу как волонтер по этим самым больницам и детям без родителей.
Нужна ласка, очень нужна. Не хватает ее безумно. А думаете, что потом ему будет грустно - так жизнь его и так поломала и еще поломает, а вашу ласку, да доброе слово он через всю жизнь пронесет, как удивительное чудо, как отношение, когда на него как на ребенка посмотрели, а не как на вещь. Это же не еды кусок, когда съел и на следующий день опять голодный, это остается с ним, как бы мал не казался вам ваш вклад в него.
Дети после волонтеров оживают, впервые ими вообще кто-то интересуется.
Вы знаете, что младенцы, оставленные в роддоме, перестают через некоторое время плакать? Плач - это единственный способ сказать маме, что есть проблема. И через это событие и реакцию мамы и формируется первая в жизни привязанность. А у оставленных деток никто на плач не приходит. И у них четко формируется осознание, что им конец. Потому что человеческие детеныши не способны выжить без взрослого. И они лежат, в выделениях, голодные и молчат. Потому что все происходит по расписанию, потому что до их потребностей никому нет дела. Они теряют так много в этот период с рождения до года, что добрать это потом практически невозможно.