Консульская проверка. Наше посещение посольства Израиля
Первая статья Закона о возвращении (1950 г.) гласит: "Каждый еврей вправе репатриироваться в Страну". То есть для получения статуса репатрианта необходимо:
> пройти консульскую проверку;
> получить визу на ПМЖ;
> подняться в Израиль.
Да, именно подняться. Ивритский глагол лаалОт имеет значение "подняться, возвыситься, репатриироваться". В ходе проверки у консула нужно доказать своё еврейское происхождение.
То есть доказать, что ваш родственник по прямой восходящей линии — еврей (мама или папа, бабушка или дедушка). Необходимо предоставить документы с записью о национальности: паспорт, свидетельство о рождении. Чем длиннее будет цепочка, тем лучше. И каждое её "звено" должно быть подтверждено документально. А так же копии теудат зеут (удостоверений личности) родственников, проживающих в Израиле, если таковые имеются.
Важно быть убедительным при объяснении причин, по которым вы хотите вернуться на историческую родину.
В нашем случае требовалось подтвердить Женино еврейство и нефективность нашего брака.
С первым никаких проблем не предполагалось. Благодаря двоюродному дедушке мужа, семья сохранила уникальные документы. По своей исторической ценности эти ветхие бумаги могут соперничать с музейными экспонатами. Например, свидетельство о рождении Жениной прабабушки Розенсон С.М. (1905 г.). Оно и стало нашим главным "козырем".
Кроме того, в Израиль в разное время уже репатриировались многие близкие родственники мужа. Почти 15 лет назад двоюродный брат, чуть позже тётя с мужем и дочкой. Примерно за 1,5 года до нашей проверки уехал троюродный брат. А за полгода до описываемых событий — родная бабушка.
Иметь в числе своих родных граждан Израиля — это большой плюс, если вы хотите к ним присоединиться.
Что касается нашего подлинного брака, здесь дело обстояло чуточку сложнее. Мы были женаты только год.
История наша интересная. Самая настоящая любовная любовь. Мы познакомились, когда мне было 19 лет, а Жене 20. Мы встречались. Потом разошлись. Потом опять встречались и расходились. Потом дружили. Потом дружила только я... Так прошло 10 лет. И однажды встретившись, в новогоднюю ночь, мы решили, что пора уже жить вместе. А через год поженились. Но не рассказывать же всё это консулу!
Город N находится рядом с Москвой. Поэтому на проверку мы записались в столицу. За месяц. Нам назначили дату: 15 февраля. (Есть еще консульства в Санкт-Петербурге и Екатеринбурге). Огромный пакет документов был подготовлен: все бумаги разложены по файлам и папкам, сделаны необходимые ксерокопии (как выяснилось, зря). Можно и о себе подумать.
О чём думает девушка, которая планирует получить визу? Помимо самой визы? О том, как она получится на фотографии. Свои фото привозить нельзя. После ночного поезда выглядеть привлекательно можно, но сложно. И что делает девушка в такой ситуации? Правильно, наращивает ресницы. А чтобы наверняка, то сразу 3D. Не учла девушка, что её глаза просто обалдеют от такой красоты и будут периодически плакать от счастья. Что придётся брать с собой глазные капли. И очень напрягаться, смотря на что-то, чтобы не быть похожей на пчеловода.
И пусть это будет единственным разочарованием от запланированной поездки.
В Москву мы прибыли около 6 утра. И на метро доехали до консульства (ул. Большая Ордынка, 56). Пускают на территорию строго с 9:00. С собой нельзя брать ничего, кроме документов и телефона. Правда, я видела, что разрешают проносить еду для детей.
Даже стоять и ждать у входа в посольство нельзя. Нужно находиться на расстоянии примерно десяти метров от дверей. И сразу стало понятно, зачем посреди тротуара навес и лавочка.
О суровых правилах мы знали. Осенью муж сопровождал в консульство свою бабушку. Можно сказать, что мы были ко всему готовы. Но, как ни готовься, а простоять на улице больше двух часов в минус 10–минус 15 градусов непросто.
Да, мы прибыли на место почти в 6:30. Как сейчас помню. Чёрное, почти ночное небо, пустая улица, колючий воздух. Попытки согреться притопываниями, прихлопываниями и объятьями. Минут через 30 мы поняли, что ещё больше хотим жить в тёплой стране. И отправились в ближайший McDonald's.
Вернулись на свой пост в 8 часов. Были первыми. Очень скоро начал собираться народ. В день с намерением получить визу сюда приходит от 50 до 100 человек. Так было в 2018 году.
Выстроились в очередь. Общались, делились впечатлениями. Многие приезжали не в первый раз, многие — не в последний. Ближе к девяти большинство соискателей начали танцевать.
И вот, наконец-то, нас стали запускать на территорию посольства. Небольшими группами. Тщательно досматривали те немногие вещи, которые у нас были при себе. То, что нельзя проносить — а это практически всё — сдаётся в камеру хранения в здании через дорогу.
Далее вся толпа постепенно заполняет большой зал со столами и стульями. Есть телевизор, кулер, автомат с напитками и шоколадками, стеллаж с книгами. Там выдаются анкеты — 1 на семью. То есть заполнять приходится по очереди. Вопросов много. Переписываешь практически всю свою биографию. И ближайших родственников тоже. Потом ждёшь какое-то время, и тебя вызывают... Нет, не к консулу. Фотографироваться.
Фотографируют всех. Только 1 раз. Только 1... Сфотографироваться повторно нельзя. Нельзя даже посмотреть, что получилось. А я прибыла с лицом невыспавшегося бортника, которого ещё и проморозили хорошенько.
Ладно, это уже не важно. Просто никому не покажу эту визу, если вообще её получу!
Итак, мы зашли на территорию посольства в 9:00. А вызвали нас на проверку... в пятом часу. Что было в этом интервале: заполнение анкеты, кофе из автомата, залипание в телефоне, коллективный поход в туалет... Набирается группа желающих. Работник посольства провожает людей в отдельно стоящее строение. И так же обратно, строем, в том же количестве. И дверь на замок.
И опять: телефон, шоколадка, ещё кофе, попытка уснуть. Осознание того, что один и тот же мультфильм для детей показывают уже 5-й раз. И никто его уже не смотрит. Дети даже не орут и не бесятся. Телефон, кофе. Поход дружной компанией в туалет.
Мы знаем почти всех по фамилии. Потому что их вызывают по несколько раз. А нас никто не звал. Только фотографироваться.
Попытка уснуть, попытка читать книгу, селфи на память, телефон, желание умереть. Мысль о том, что мы опоздаем на обратный поезд. Мысль о том, что не нужен никакой Израиль... те...
Нас вызвали. У консула мы были минут 5–7. Все документы в порядке. Родные в Израиле — прекрасно. Зачем едем? Работать и рожать детей. Отлично! Так сколько мы женаты?.. Год?
Можем ли доказать искренность чувств и чистоту намерений? Пожалуйста: на столе пачка фотографий. А на них мы, счастливые. И в родном городе N, и в северной столице, и в других городах России-матушки. И из кафе, и со свадьбы. И фото шестилетней давности. И разные-разные мои причёски на них, что важно.
— Когда планируете вылетать?
— Как только получим визу.
— Хорошо. Визу я вам ставлю. 5 минут подождать в зале вас не затруднит?
И через 5 минут нам выносят загранпаспорта с заветной страничкой и... самой страшной моей фотографией на документах. Но это уже не важно.