...
Кортес впервые видел повелителя Темного Двора так близко, меньше чем в полуметре, и впервые видел его без капюшона. Череп с многочисленными наростами и длинные заостренные уши делали его отдаленно похожим на масана клана Носферату, на очень уродливого масана. Губ у князя не было, изо рта торчали черные клыки, между которыми во время разговора проскальзывал черный раздвоенный язык. Но особенно примечательными были глаза: угольно-мрачные, глубоко запавшие, они черными бриллиантами пронзительно пылали на морщинистом лице. И глубокий древний ум переплетался в этом сиянии с глубокой и древней яростью.
— Ты не сможешь ей помочь, — проклокотал князь. — Пусть они разберутся сами.
— Я должен ей помочь, хотя бы тем…
— Она видит тебя. Знает, что ты здесь. Этого достаточно.
Наемник закусил губу.
— Но…
— Она смелая женщина, — продолжил повелитель Нави. — Тебе повезло, человек.
— Я отправил ее на смерть.
Князь тихонько вздохнул:
— Посмотри вниз, человек.
— Что? — не понял Кортес.
— Посмотри себе под ноги.
Наемник опустил глаза:
из серых камней, прямо у его ботинка, упрямо торчала тонкая травинка. Тонкая-тонюсенькая, она пробила мощенную камнем землю, она счастливо избежала пристального внимания дворников, она преодолела все и теперь терпеливо ожидала восхода солнца.
Кортес посмотрел на князя.
— Тебе не кажется, человек, что, видя эту картину, глупо говорить о смерти
раскрыть ветку (1)