Какая мерзость⁠⁠

Я решила оформить отдельным постом на один из комментариев на пост. Можете не читать, про то, что все 6 моих школьных подруг были изнасилованы. Потому что этот ответ показался мне даже более важным, чем основной пост. Кратко: вы врете - не может быть такого количества изнасилований на один квартал, я жил в таком же, но никого не насиловал; в моем окружении не было такого и все осуждали; это не могло быть в нашем обществе - вот в ЮАР так точно могло быть, а у нас - нет; тс придумывает - как с блокнотом и свечкой везде стояла; такое обсасывание и выпячивание мерзких деталей - явно девиант.

Вы, бл*дь серьезно? Вы как Ника из ЗАТО. Она тоже до 18 лет про такие преступления не слышала, разве что про один случай, когда изнасиловали дочку комдива. Но так шалашовка была, заслужила (нет, не заслужила).

Вы не знаете, как менты любили под разными предлогами, то отказ в возбуждении сделать, то замотать, то откровенно послать? По разным опросам регистрировалось не больше 10% изнасилований. Есть цифры и более нехорошие, но возможно субъективные. Не только из-за ментов, но и из-за других причин. Я не из тех психопаток, что кричат на каждом углу, что всех женщин изнасиловали. Масштабы не сопоставимы. В 1995 г. официально зарегистрировали примерно 12 500. В 1990 г. 15000. Т.е. официально нас насиловали куда реже, чем в 1990 г.! Ну и надо чуть умножить на погрешность ловкости рук.

Мы конечно не ЮАР, и есть фантазии у некоторых, что насильника на зоне тоже будут насиловать. Но при этом кучу изнасилований частично или полностью оправдывают сексуальной одеждой, флиртом, местоположением, состоянием, погодой, звездами, мыслями, доверием. В вашем окружении конечно все высокоморальные. Но никто вам из женщин в вашем окружении не расскажет, если она была изнасилована.

У вас не было в школе девчонок, которых после изнасилования высмеивали, булили и опять пытались затащить куда-нибудь? Ну так у вас видимо святой район был. Все пытались скрыть "бесчестье".

У нас дом и несколько рядом были почти сплошь заселен теми, кто этот дом и остальные десятки домов кругом, построили. Сплошь строители. Остальные дома вперемешку - кто завод, кто фабрика. И к 95-у многие из мужиков с нашего дома сгорели в алкогольном угаре без работы и в безнадеге. У нас в подъезде вышел мужик покурить, долго его не было, мать дочь семилетнюю отправила проверить где отец, а он висит. У меня такой жести в памяти - на, не объешься. Так и росли дети с папками мертвецами, космонавтами, да хлебоходцами. Вот вам новых мерзостей!

Меня в больницу привезла мама Ольги. Потому, что с ней она не говорила. Ольга выливала на меня всю эту грязь. Чтобы в себя не держать. Она рассказывала монотонно, отстраненно, как бы со стороны. Я охотно помогала ей, забирала эту мерзость. Таньке также, и им от этого стало легче. Они не вздернулись, не наглотались чего и не попрыгали с крыши. Ленка рассказывала про себя со злостью, что сама виновата и тоже ничего не скрывала, все в самых мелких подробностях. Что думала, что чувствовала. Даже какого размера член был у него. Олька рассказала про изнасилование так, как будто бы ничего не случилось. Я не знаю что у нее было на душе. А с Люськой, единственной из девчонок работал профессионал. С ней мы никогда об этом не говорили и кому-то покажется, что она то отделалась легче всех - была пьяна и без сознания. Я так не думаю.

Мужчина не рассказывает о насилии над собой - для него это слабость и бесчестие.

Женщина рассказывает, чтобы освободиться от этого, не держать сгорая внутри.

Мы не одинаковы и никогда не поймем друг друга полностью.

Я пишу о том, что меня беспокоит и от чего мне надо избавиться. Это иногда мерзость. И я понимаю - лично вы вообще бы не хотели никогда сталкиваться с изнасилованием, даже в посте. Но мне на вас плевать.