Как я преступление совершал...
Первое солнце, первая травка, пережит тяжелый год коронавирусной войны, уже виден день победы над этим злобным вирусом (в столицах, говорят, уже и послабления объявлены) и от того вдвойне обиднее быть пораженным карающим молохом правосудия за несколько дней до великого Дня Победы...
Сходил, как говорится, за хлебушком...
Причём буквально...
Ведь именно в хлебном магазине доблестные сотрудники полиции мужественно и героически защитили нашу Родину - рискуя собственными жизнями - обнаружили и ликвидировали организованную преступную группировку посмевшую явиться в храм торговли без намордника.
Итак, как это выглядело.
Два полицая, спрятавшись за прилавком, зорко следят за входом в магазин. И как только видят лицо без маски - резко выпрыгивают из-за прилавка и фотографируют это самое лицо.
После чего достают чистый бланк, озаглавленный "Протокол об административном правонарушении" и предлагают в конце этого - незаполненного - бланка написать фразу "С моих слов записано верно, мною прочитано и понято" и расписаться.
Две женщины передо мной так и сделали, а вот мне эта идея как-то сразу не понравилась.
И я рискнул уточнить…
Почему рискнул? - А потому что видел, что эти два полицая, возрастом совсем немного за 20, упиваются властью. Гордая осанка, презрительный взгляд и стойка с широко расставленными ногами - прямо как в фильмах о Великой Отечественной Войне.
Именно поэтому — рискнул.
И сразу же - видимо от волнения - допустил очень большую ошибку в формулировке - я спросил - "А если я всё-таки хочу дать объяснения?"
На что воин добра и света ответил - "Вы (да-да, на "вы", тут никаких претензий) хотите чтобы я перестал быть добрым? Так я сейчас перестану быть добрым!"
Я изобразил испуг чуть более, чем испугался на самом деле и уточнил - "Извините, но я не понимаю вашей реакции. У вас бланк моих объяснений, я готов дать свои объяснения, в чём проблема?"
"Свои личные объяснения" - пояснил мне защитник простого люда — "Вы сможете дать после того, как я организую вашу доставку спецтранспортом в ближайшее отделение полиции!"
Тут мне уже стало страшно уже чуть более, чем я изображал, и я включил заднюю - "Я только спросил, чо такого?.."
"Вы по-прежнему хотите пройти всю процедуру составления протокола до конца?" - уточнил воин добра
"Хочу" - ответил я и получил в ответ взгляд в котором было столько ненависти, что ещё одно слово со стороны народного защитника и я бы, наверно, подписал бы и чистый лист.
Но слова не последовало.
Дальше было МОЁ объяснение, написанное моим защитником о том, что надеть маску я просто забыл, данное нарушение уже устранил, в нарушении полностью раскаиваюсь и прошу назначить мне минимальное наказание в-связи с тяжелым материальным положением.
И в качестве бонуса - ещё один взгляд полный ненависти - после того, как я попросил разрешения перечеркнуть пустые строчки между "моим" объяснением и моей подписью.
Потом был бланк в котором надо было расписаться с объяснением уже народного защитника о том, как он обнаружил и героически пресёк совершаемое правонарушение.
Потом был бланк в котором надо было расписаться о том, что ко мне не были применены никакие силовые воздействия и спецсредства.
Потом был чистый лист, где я должен был написать заявление о том, что прошу судью рассмотреть данное правонарушение без моего присутствия.
Тут я опять решил побычить и сказал, что хочу присутствовать при рассмотрении дела.
Народный и мой защитник сказал что это заявление ничего не значит и меня всё равно пригласят для рассмотрения.
- Ну если не значит - уточнил я - значит можно его не писать?
- Нет - ответил защитник - его надо написать или - уточнил он у меня — я по-прежнему хочу все дальнейшие объяснения давать в отделении полиции, куда меня доставят спецтраспортом?
После недолгих препирательств сошлись на варианте, что высочайшим соизволением мне разрешается добавить от себя три слова - написать не "прошу рассмотреть в моё отсутствие", а "в случае моей неявки прошу рассмотреть в моё отсутствие" и в комплекте - этот незабываемый взгляд, полный ненависти и презрения одновременно.
И наконец последовал последний бланк, в котором я должен был расписаться о том, что я получил копии всех документов о своём правонарушении.
Тут я опять недальновидно ступил и спросил - "А где копии?"
На что Тот, Чьё Имя Закон, дёргая свою маску и утирая под ней пот, возмущенно спросил "Вы что, хотите чтобы я сейчас переписывал это всё ещё и для вас??"
- А почему бы и нет? - видимо опять потеряв всё уважение к нелёгкой службе защитников моего спокойного сна спросил я.
- Сууууууууууууука!!!! - читалось в ответном взгляде, но изо рта вылетело - Пойдём... те.... выйдем... на улицу. Тут очень жарко…
Прочитав во взгляде моего оппонента тайное послание и вспомнив, что этот воин добра знает мои имя и адрес - я с максимальной скоростью опять врубил заднюю - "Нет-нет!!! Не надо!!! Я ж не знал что всё это надо переписывать вручную!!! Где расписаться что я всё получил, и можно я пойду?"
"Идите" - прозвучало высочайшее позволение и я с максимально доступной мне на тот момент скоростью покинул этот храм торговли.
И вот сейчас, проанализировав случившееся и изливая свои мысли на бумагу, - я пытаюсь понять — что я испытываю к этим пацанам, которым дали почти неограниченную власть и обязали эту власть отработать…
И понимаю. что вместе со ненавистью (чуть-чуть) и злобой (поболее) я ещё испытываю к ним жалость.
Надеюсь, не надо объяснять - почему?..