Как выбирались чудеса света⁠⁠

Традиционный перечень Семи чудес света сформировался в Древней Греции. Само число семь имело для греков символический характер (сравним с перечнем семи мудрецов, к примеру).
Традиция выделять какие-то достойные восхищения сооружения идет от Геродота, который много путешествовал и обобщил свои наблюдения в масштабном сочинении «История». В частности, он выделяет три чуда на о. Самос: тоннель для водоснабжения, дамба и храм Геры (Hist., III, 60). Видел Геродот и знаменитые пирамиды (Hist., II, 124 sq.), однако они относились к другой, не эллинской, культуре (в отношении первых трех сооружений он специально замечает, что это наиболее грандиозные сооружения в Элладе).

Со временем список приобрел известный нам вид. Исследователи связывают его появление с небольшим стихотворением Антипатра Сидонского (II–I вв. до н.э.), где перечислены стены Вавилона, статую Зевса в Олимпии, висячие сады (Семирамиды) в Вавилоне, колосс Родосский, пирамиды, гробница Мавсола (Мавзолей) и храм Артемиды в городе Эфесе. Сам поэт считает, что все прочие сооружения мира (ойкумены, т.е. известного грекам населенного мира) меркнут перед этими.
Существовали вариации, где вместо Вавилонских стен указывали Фаро́сский маяк в Александрии.

Понятное дело, что перечень Семи чудес света не мог иметь единообразного вида, так как указанные в нем постройки создавались в разное время, а в список чудес их включали реальные люди со своими мнениями и предпочтениями. Например, римский поэт Марциал в конце I века н.э. отмечал (Lib. spect., 1), что все эти чудеса меркнут перед Амфитеатром Флавиев (Колизеем). И его можно понять: римлянам тоже хотелось, чтобы их постройка вошла в число чудес света.

Если подводить итог, то чудом света называлось некое сооружение, производившее впечатление своим масштабом и искусностью.